Русская Америка. Сухой закон 5 (СИ) - Дорохов Михаил Ильич - Страница 2

Вчера вечером я связался с теми людьми, которые словно тени постепенно заполоняли Нью-Йорк. Масса их соотечественников уже жила здесь. Но члены их подпольных организаций предпочитали пока не светиться. Скорее, оценивали обстановку и не спеша наводняли город.

Мне выдвинули простые требования — увидеться на той территории, что не вызовет подозрений. Поэтому встреча у меня в офисе была нежелательна. А вот пересечься с «посыльным» в «Горе», поехав якобы осматривать место вчерашнего налёта — вполне себе вариант. Раз мои убийцы узнали, что я буду вечером в «Хадсоне», то могут следить за моими заведениями в Бронксе.

Кстати, об этом…

Я задал вопрос шулеру:

— Илья Митрич, я вот всё думаю — откуда убийцы все узнали?

— О чём?

— О том: где и во сколько я буду вечером? Машина с Пророком уже ждала меня около «Хадсона»…

Я пристально посмотрел на шулера.

Он поиграл желваками и спросил:

— Думаете, у нас есть шпион?

Я пожал плечами, забыв про повязку на ране. Боль снова пронзила тело. И сказал:

— Другого объяснения я не нахожу. Чтобы отследить мой «Паккард», пришлось бы постараться. Например, весь день болтаться за мной по городу. Но такой хвост мы бы заметили. Вчера ещё до общего совещания я дал указание Синицыну составить список всех, кто мог знать, что я поеду в театр. И проверить — все ли они сегодня вышли на работу…

Шулер хотел что-то ответить, но раздалась телефонная трель. В тишине ресторанного зала она звучала оглушительно.

Казак зашёл за барную стойку и снял трубку. Затем поднял на меня глаза:

— Это Капитан.

Я подошёл к Семёну и принял доисторический «приёмник с динамиком»:

— Слушаю.

— Ростислав исчез… — глухо послышался в трубке голос Синицына.

Я поднял глаза на Волкова и Молотова и кивнул в сторону телефона, мол, вот и новости.

— Водитель второй машины? — переспросил я у Капитана.

Ростислав последние дни сидел за баранкой авто, в котором за моим «Паккардом» катались дополнительные телохранители. А вчера его сменил другой человек.

— Да. Он вчера сильно заболел, и я его заменил. Соседи сказали, что он ушёл из дома под вечер. Примерно в пять часов. Я начал поиски всего списка подозреваемых ещё вчера, но решил убедиться во всём точно, прежде чем докладывать вам. В общем… в квартиру Ростислав не возвращался… Мы ищем его.

Понятно… Скрылся прямо перед покушением. Ведь мы с Блум ехали к шести часам, чтобы прибыть в театр пораньше. Там в ресторане при «Хадсоне» у нас был заказан столик и ждало хорошее шампанское.

— Ещё кто-то пропал из списка? — стиснув зубы, процедил я.

— Нет, Лексей Ваныч, все, кто мог знать про нападение — на месте. Божатся, что ни при чём.

— У нашего беглеца есть семья?

— Нет.

— Копайте! Найдите его! Узнайте про всё, про долги, про то, с кем он общался, с кем виделся? Я хочу знать, что он делал последние месяц-два! По минутам! — выдохнул я, справляясь с эмоциями.

— Будет сделано!

Я повесил «трубку». Сжал ручку слухового аппарата в кулаке до белого каления в костяшках пальцев. Повернулся к своим людям:

— Вот и возможный шпион… Водитель машины сопровождения. Найдём его — распутаем всю цепочку.

— Но как же та визитка? — спросил Волков, — Джо Массерии. Выглядит как послание.

Когда Пророк был ликвидирован, а машина его пособников скрылась, Кислов поднял из лужи визитку, что была при сектанте. И я её знал прекрасно… Видел несколько дней назад в Атлантик-Сити на «сходке боссов». На ней было выбито золотыми буквами «Джузеппе „Джо Босс“ Массерия».

Мой водитель предусмотрительно забрал картонку ещё до появления фараонов. А затем приехали люди от Капитана. И принесли весть, что «Гора» и «Лоск» подверглись налёту… Похоже, именно к клубам спешили те машины полиции, что я видел, когда мы подъехали к «Хадсону».

— Понимаю, — согласился я с Волковым, — Но я хочу узнать вообще о каждом, кто участвовал во вчерашнем покушении. Кто стоит за ним. И добраться до них.

Добраться и отомстить. Так, чтобы никому и никогда не пришло больше в голову поднимать оружие на тех, кто мне дорог.

В эту секунду испепеляющее желание превратить все притоны Массерии в филиал ада — снова захлестнуло меня с головой.

Но я сдержал себя. Месть — блюдо, которое подают холодным. Нужно не просто физически уничтожить самого Джо, но и обрушить полностью всю его организацию в Нью-Йорке.

Кое-что мне всё-таки не давало покоя. Признаться, каким бы расчётливым умом я ни обладал, смерть Блум выбила меня из колеи. Но я старался не сбиваться на эмоции и думать…

И здравый смысл подсказывал мне, что во всей этой картине есть существенные пробелы.

И так понятно, что Массерия точит на меня зуб. А расстрел клубов укладывался в логику действий мафии этого времени. Вопрос: к чему устраивать нападение на меня? Примерно в одно и то же время с налётом.

Пальба по «Горе» и «Лоску» выглядит как послание. Очень громкое и понятное. Это демонстрация силы в исполнении Джо «Босса» и приглашение к переговорам. На которых я, по его мнению, должен сдаться и уйти в сторону, оставив дела в Нью-Йорке. Как говорится, забиться под плинтус и не отсвечивать. А если я отвечу тем же, то градус борьбы только повысится.

Но тогда зачем стрелять в меня? Ведь если меня прикончить, то с кем вести переговоры? Думаю, Массерия в курсе того, что из себя представляет моя организация. Если убрать меня, то придётся беседовать не с «главным» мозгом «Соколов и Ко», а со всеми моими замами.

А если они не договорятся и не выберут нового лидера? Или кто-то решит продолжать борьбу до конца? Зачем такая спешка с покушением? Слишком странный ход.

Пророк явно стрелял не для того, чтобы напугать меня. Он палил на поражение. И к сожалению, он уже ничего не сможет рассказать. Как его вообще нашёл Массерия? Или сектант сам вышел на него? Сомневаюсь. Этот ублюдок безвылазно просидел в Аунего столько лет! Не думаю, что он был в курсе подробностей того — кто заправляет в Нью-Йорке и как без проблем попасть к нему «на приём».

В общем, вся эта картина никак не укладывалась в моей голове в стройную систему. Во что бы то ни стало надо найти Ростислава. И допросить. С пристрастием…

Молотов облокотился на стойку передо мной:

— Лексей Иваныч… Вы подумали над нашим «ответом» Джо «Боссу»?

Казак блеснул тёмными глазами, в которых читалась холодная решимость.

Отвечать Массерии нужно было не затягивая. Я понимал, что если мы «проглотим» всё это, но Джо не остановится. Более того, остальные игроки теневого бизнеса могут посчитать мою власть слабой. Мелкие банды подумают, что в Бронксе больше нет серьёзной силы. А крупные воротилы сделают себе «зарубку», что «соколовцев» можно прижимать и не бояться мгновенного отпора.

Отвечать нужно. Но делать всё осторожно, ибо теперь я под прицелом газет. А мне лишние слухи о связи с криминалом — не нужны.

— Подумал, Семён, — твёрдо ответил я, — Расскажу всё на общем сборе сегодня в офисе. И ещё… после него я хочу видеть Горохова. Нашему «снайперу» придётся поработать…

Я повернулся к Волкову:

— Илья Митрич, пожалуй, нам снова понадобятся ваши… навыки.

Шулер молча кивнул. На его лице обозначилась жестокая усмешка.

А мне нужно было позвонить Николаю Лесному. Пора моему киллеру размять кости. Причём, очень основательно размять. Ведь у Массерии много «бригадиров». И это поголовье нужно сокращать…

Взяв с собою Волкова, я поднялся по ступеням на второй этаж «Горы», где располагался большой танцевальный зал и ещё одна зона со столиками. Меня ждали. Около возвышения для джаз-бэнда сидел невысокий человек в тёмно-синем костюме, застёгнутом до горла.

Гость встал, когда я приблизился и, прижав руки к телу, слегка поклонился. Как того требовали правила этикета его народа…

Я слегка кивнул и заговорил, протянув ладонь для приветствия:

— Итак, мистер Синг прислал вас в качестве посредника…

— Да, мистер Соколов…