Форс-мажор. Книга 1. Пробуждение (СИ) - Быченин Александр Павлович - Страница 27

Мало того, меня ещё и мотнуло, стоило лишь оказаться на своих двоих. И только тогда до меня, наконец, дошло, что это всего лишь очередной «откат». Хотя с фига ли, если я переключил «Экзот» на батарею брони? С чего бы это вдруг ему снова из меня энергию тянуть? Разве что на кратковременную перегрузку списать… впрочем, пофиг — эффект оказался быстротечным, и уже через пару секунд я уверенно шагал к потенциальному трофею. Рядом с которым и остановился, не решаясь протянуть руку и подобрать. Оробел внезапно. И это факт.

— Что с вами, мастер Алекс? — забеспокоился Искин.

— А?.. — очнулся я. — Не, ничё…

Хм… пожалуй, с этого вот ракурса потенциальный трофей больше всего походил на самый настоящий наконечник копья, причём продвинутой конструкции, характерной для некоторых африканских (?) племён. Не спрашивайте, откуда я это знаю. На уровне ощущений. Память же упорно молчит, из чего я делаю вывод, что инфа из самых дальних закромов. То есть не факт, что я и в нормальном состоянии вспомнил бы что-то конкретное. Где-то что-то когда-то читал, либо, на худой конец, видел. Ну а сейчас вот и в руках подержать сподобился…

— Ц-ц-ц!..

Согласен, как-то суховато… да и малоинформативно, чего уж греха таить! Однако… у меня просто слов не нашлось, чтобы передать возникшие ощущения. Причём изначально я… ладно, пусть будет ножик! — короче, вот его аккуратненько, двумя пальцами, за рукоять к себе подтянул. И ничего при этом не произошло. Я имею в виду, чего-то сверхъестественного или хотя бы угрожающего. Подозрительно лёгкий? Ну да. Скользит по полу, ни за что не цепляясь? И это правда. Но куда удивительнее другое — от продукта неведомых технологий за версту веяло соразмерностью, гармоничностью и, пожалуй, баланса. Во всём — от внешности до распределения веса, от обвода режущих кромок до поперечного профиля в буквальном смысле слова вырастающей из клинка рукояти… или наоборот? Впрочем, пофиг. В целом общий вид оружия (орудия?) я бы охарактеризовал ёмким термином «эльфийский», в самом классическом значении данного слова — никаких резких линий, за исключением тех самых кромок, плавные переходы от одной части к другой, сглаженная, но при этом удивительно «хваткая» поверхность рукояти… биодизайн как он есть. Ну и ещё забавное ощущение, что нож не изготовлен, а выращен. Из кристалла, из хитина, из «умного» металла — не суть, да и не смогу я точнее определить в текущих условиях. И надобности такой нет. Главное, что и в трофее присутствовал тот самый серебристый отлив, что и во всём чудике-пришельце в целом. Плюс эффект камуфляжных переходов от чёрного к множеству градаций серого и обратно. А вот белого отсвета нет… зато есть еле заметный голубоватый… или даже фиолетовый! Вон, аккурат по режущим кромкам пробегает, если под нужным углом смотреть.

— Сань?..

— Да, мастер Алекс?

— Ты… про это? — не удержался я, чтобы в очередной раз полюбоваться едва различимым, но… натуральным коронным разрядом! Правда, специфическим. — Как у чудилы… помнишь?

— Ответ положительный, сударь. Полагаю, эффект вызван предполагаемым дополнительным поражающим фактором. Рекомендую проверить, прежде чем принимать решение о дальнейшем использовании.

— Э-э-э?..

— Да я же вижу, что он вам понравился, себе-то не врите, мастер Алекс! — мастерски — и неотразимо — срезал меня Искин. — Думаю, повышенные режущие свойства артефакту придаёт встроенный силовой контур, эмиттерами которого являются кромки лезвия.

— Или вибрационный? — предположил я, прислушавшись к ощущениям.

— Ответ отрицательный, сударь, — подтвердил мой вывод Саня. — Вибраций не фиксирую. Впрочем… не могли бы вы взвесить артефакт на ладони, мастер Алекс?

— На.

— Ответ отрицательный. Это не вибрационный контур, — окончательно закрыл вопрос мой помощник.

— Ладно! — хмыкнул я, и, опустившись на одно колено, аккуратно, с минимальным усилием, надавил клинком на напольное покрытие.

Понятия не имею, что здесь в качестве такового использовалось — точно не керамика, а вот всё остальное, от металла до пластика — запросто. Но… результат разочаровал. Пришлось надавить чуть сильнее… и ещё сильнее… и ещё…

И лишь когда ножик хорошенько резанул пол, скользнув на изгибе режущей кромки, вдоль клинка пробежался явственно различимый коронный разряд, и в гладкой поверхности образовался нефиговый такой разрез, как бы ни в сантиметр глубиной!

— Артефакт оснащён предохранительным механизмом, он же «защита от дурака», — хладнокровно констатировал Санёк. — Похоже, его можно применять в практических целях без дополнительных мер предосторожности. Нужно только сделать для него что-то вроде…

— … ножен, угу, — пружинисто поднялся я на ноги, уже совершенно безбоязненно подкинув ножик в воздух и поймав его за рукоять, когда он, крутнувшись, полетел вниз. — Вещь!

И поблагодарил — понятно, кого — зачем-то задрав голову к потолку:

— Спасибо!

— Вряд ли даритель вас слышит, — заметил Искин, но я не обратил на его занудство внимания, задавшись совершенно другим вопросом:

— Как я… сюда?..

— … попал? — подхватил Саня. — Сработал механизм переноса, который мы с вами, сударь, условились считать практической реализацией технологии «микропрыжков» без предварительного разгона…

— Да блин! Почему… сюда⁈

— Не понимаю вас, мастер Алекс.

— Случайно, или?..

Чёрт! Ну вот почему мысленно я, как говаривал Дед, сам перед собой соловьем разливаюсь, кружева словесные плету, а вслух толком ничего сказать не могу? Реально же это ненормально! По-любому какое-то психическое отклонение. Или… тоже последствие амнезии? И память, так её растак, молчит! Хотя есть у меня забавное ощущение, что я и впрямь молчун, к пространным речам не склонный… но не до такой же степени⁈

— Уточните вопрос, мастер Алекс! — с какого-то перепуга упёрся Саня.

— Точка прибытия, — притопнул я для наглядности по полу, — рандомная? Или ты её?..

— Недостаточно информации для анализа.

— Та-а-ак! — зло прищурился я, сообразив-таки, что мне откровенно пудрят мозг. — Кончай саботаж!

— Недостаточно информа…

— Это приказ!

— Я не уверен, сударь…

— Опять самозапрет? — досадливо скрипнул я зубами.

— Ответ отрицательный, — «вздохнул» Искин. — Мне… мне просто стыдно, мастер Алекс.

— Фига се! — восхитился я. — А поподробней?

— Хорошо, — окончательно сдался мой помощник, — если вы так настаиваете, сударь…

— Ещё как настаиваю! Колись уже!

Оп-па! А на эмоциях лучше получается… может, пройдёт со временем словесный ступор? Или, блин, я не знаю… интерфейс модифицировать, чтобы я мог мысленно «текст набирать», а Саня это «видел»?

— Думаю, это вполне осуществимо.

— Тьфу ты! Не увиливай!

— Я хотел сказать, что вариант с «текстом» рабочий, мастер Алекс…

«Ещё раз попытаешься увильнуть от прямого ответа, и я сброшу твои настройки до заводских!» — максимально чётко «напечатал» я на воображаемом дисплее.

— Принято… сэр, есть, сэр!!!

— Эт-то ещё откуда⁈ — прифигел я, машинально продублировав речь «мысленным текстовым набором».

— Недостаточно информации для анализа… сэр!

— А как же «сударь»?

— Допустимая альтернатива, сэ… сударь!

— У тебя… разблокируется память⁈ — дошло до меня.

Равно как и тот факт, что при дублировании речи «мыслеписью» проблем с внятным изложением заметно меньше.

— Частично, сэр, — признался Искин.

— И тебе… поэтому стыдно?

— В том числе, мастер Алекс. Но вы не переживайте, это не из-за вас, — поспешил успокоить меня помощничек. — Тут, скорее, уязвлённая профессиональная гордость…

— У компьютера? — хмыкнул я.

— У искусственного интеллекта! Я — личность, и мне не чужды маленькие слабости, сэр.

— И одна из них — тщеславие?

— Увы мне, сударь!

— В общем, колись, — резюмировал я. — Это приказ.

— Принято, мастер Алекс, — смирился с неизбежным Санёк. — В общем, в нашем текущем положении виноват некий… дестабилизирующий фактор. Он же чужая воля.