"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - "Sentience" - Страница 67

Екатерина ощутила странное дуновение, или что-то еще, что она не могла описать, но явственно чувствовала. То же было, когда она убила свою первую ведьму – не то инстинкт, не то предчувствие.

Генрих положил руку на плечо Екатерины и достал нож, видимо, он тоже почувствовал что-то тревожное. Барон поднял голову и посмотрел вверх. Екатерина проследила за его взглядом.

Высоко на ферме перекрытия сидела нагая Полина. Ее прекрасное тело светилось в темноте матовой белизной, а роскошные волосы рассыпались по плечам золотым дождем. Она склонила голову набок и засмеялась радостным серебристым смехом:

– Какая очаровательная парочка двух влюбленных! Мой милый барон, ты уже поправился после нашей последней встречи? Прости, любимый, я тогда поторопилась.

Генрих, не отрываясь, смотрел на свою бывшую любовницу. Она была прекрасна, как никогда раньше. Екатерина чувствовала его напряжение, барон крепче сжал нож – у него побелели костяшки пальцев. Но сейчас Полина была недосягаема. Она вольготно расположилась под самым потолком и покачала ногой, свесив ее вниз.

– Что же ты молчишь, дорогой? Или не рад нашей встрече? – она снова залилась звонким веселым смехом и закинула ногу на ногу. – Как многое изменилось за последнее время, ты не находишь?

– Что тебе нужно? – крикнул ей фон Берг.

– Пока ничего. Вижу, ты взволнован. Как и раньше, когда приходил ко мне. Помнишь? Твоя невеста так же хороша в постели, как я? Вряд ли… – Полина слетела в фермы и опустилась на ленту конвейера.

Она с силой дернула рычаг, и конвейер пришел в движение. Полина легко вспорхнула на его ленту и изящно зашагала по ней, едва касаясь пальцами ног. Уродливый длинный шрам пересекал ее бедро.

– Не удивлен моему умению разбираться в заводской технике? – иронично поинтересовалась она. – Я не так глупа, как многие считают. И теперь интересуюсь не только светскими развлечениями.

– Что ты хочешь? – снова спросил ее Генрих. – Ты же не просто так сюда явилась.

– Не поверишь – ужасно соскучилась. Правда, правда. А ты по мне, вижу, не скучаешь. Нашел замену, и такую бесцветную. Это даже оскорбительно, – ее голос зазвучал с ненавистью. – Ведь я из-за вас двоих стала ведьмой. Искала любви и не нашла. О, это просто крылатая фраза – женщина без любви становится ведьмой!

Она запрокинула голову и зло расхохоталась.

– Ты говоришь чушь. Ты никогда и никого не любила, кроме себя, – Генрих шагнул ей навстречу, и Полина взметнулась к потолку.

Она снова уселась на ферму и провела ногтем по металлу, высекая искры.

– Да, я никого не люблю кроме себя. И что из этого? Это не умаляет твоей вины, мой любимый и страстный Генрих. Но я все равно хочу извиниться перед тобой. Не собиралась тебя убивать, просто так получилось. Сначала должна была умереть эта маленькая дрянь. А уж потом ты. Но я поддалась инстинкту и чуть не прикончила тебя раньше времени. Прости, – она прикусила указательный палец белоснежными зубками и виновато посмотрела на Генриха бездонными синими глазами, как маленькая озорная девочка.

Полина стремительно подлетела к световому фонарю и резко ударила по стеклу кулаком. Осколки дождем посыпались вниз. Генрих быстро оттащил Екатерину за руку к стене.

– Испугался за себя и за свою девку? Но не волнуйся, я пока не буду убивать ее. И тебя тоже. У меня есть куда более интересная идея. Ты не поверишь, я научилась ждать, так что месть моя будет изощренной и долгой. А еще я умею слушать и делать правильные выводы. Моя ненависть многому меня научила.

Полина снова спустилась на конвейер и продолжила легко шагать по нему, слегка покачивая бедрами.

– А ведь ты разговариваешь во сне. Не знал? Я долго не могла понять, о чем ты говоришь. Думала, просто бредишь после бурной ночи со мной. Но когда пообщалась с ведьмой, все для меня встало на свои места, охотник.

Рокотова деланно вздохнула и продолжила:

– Пришлось пообщаться с твоими шлюхами. Было противно, но что делать? Странно, но Элен ничего не сказала. Пыталась тебя защитить. Даже проститутке присуще определенное благородство. Это ужасно смешно выглядит. А Эстер поверила, что я ее не убью, если она расскажет, что слышала. Наивная дурочка. Она ничего не поняла из твоих слов. Зато я поняла, и очень много.

Екатерина почувствовала, как задрожали пальцы ее наставника. Девушка тоже достала нож – кто знает, как поведет себя ведьма? Полина недобро усмехнулась:

– О, да ты тоже охотница. Кто бы мог подумать? Какая неожиданность! И что ты собираешься делать со своим оружием? Или надеешься, что я позволю тебе подойти ближе? Я умею летать, а ты нет. Хочешь сразиться со мной по-честному, один на один? Без Генриха? Давай, попробуй! Готова попытаться остановить меня?

– Да, готова! – крикнула Екатерина и шагнула ей навстречу. – Я тебя не боюсь.

– Нет, – Генрих остановил ее. – Я вам запрещаю.

– Как трогательно ты заботишься об этой никчемной дурочке, – Полина зло посмотрела на них и снова взметнулась под потолок, но едва не промахнулась и тяжело уселась на ферму.

Теперь изящества в ее движениях заметно поубавилось. Она снова провела ногтями по металлической ферме и искры посыпались вниз, как падающие звезды.

– Я не буду нападать на вас сейчас. Нет. Я продолжу убивать невинных жителей этого жалкого городишки. Нет, не я, а мы. Нас будет много. Очень много. И каждый раз люди будут знать, что виной тому ты, мой милый Генрих, и твоя семья. Я покрою твою семью бесчестием и позором. Вас будет ненавидеть весь город. И твоего отца, и твоего брата. Ну, и в первую очередь тебя, конечно. А потом я вырву сердце у этой маленькой мерзавки. И заставлю тебя смотреть, как она медленно и мучительно умирает. И только потом уничтожу тебя. Ты унизил и оскорбил меня, и я заставлю тебя страдать. Поверь, я получу ни с чем не сравнимое удовольствие. И это будет прекрасно!

Полина зло и громко засмеялась и вылетела в круглое окно под потолком, разбив его вдребезги. Осколки долго со звоном осыпались острым дождем на чугунные плиты пола.

– Что ей было надо? – взволнованно спросила Екатерина.

– Не знаю… Видимо, хотела меня позлить. Вы заметили, ее полет неровный. Похоже, пока еще не оправилась до конца. Хоть это радует, – Генрих о чем-то напряженно думал и говорил отстраненно.

– Зачем Полина вообще разговаривала с нами, как думаете?

Он вернулся к действительности:

– Вероятно, пустое тщеславие. Я говорил уже, что этот порок погубил многих женщин. А Полина особенно этим страдает. Ну, и возможно, хочет произвести впечатление и вызвать у нас беспокойство. Ее злоба поистине безмерна. Возможно, я знаю, что она задумала, – Генрих был озабочен.

Было заметно, что эта встреча с Полиной произвела на него тягостное впечатление.

– Что же? – девушка пытливо смотрела на своего наставника.

– Она может попытаться объединить некоторых ведьм вокруг себя. Большинству это будет не надо – они одиночки. Но кого-то она может привлечь под свое начало. Это очень плохо и если у нее получится, она может начать терроризировать город уже совсем в другом масштабе. Она одна натворила много бед, погибли невинные люди. Представьте, что начнется, если их будет несколько. А возможно, и несколько десятков…

Фон Берг остановился у конвейера и выключил его. Его рука так и осталась на рычаге – он о чем-то напряженно думал и словно окаменел. Екатерина тихонько дотронулась до его плеча, и он очнулся:

– Пойдемте отсюда.

– Она угрожает вашей семье и это отвратительно, – Екатерину разозлил шантаж обезумевшей ведьмы. – Что вы намерены предпринять? Возможно, стоит посоветоваться с Магистром. Братство наверняка не оставит вас и ваших родных в беде.

– Не беспокойтесь, я сумею защитить отца и брата, – уверенно произнес Генрих. – Я не допущу, чтобы кто-то посмел причинить вред моим близким.

Они вышли из цеха и направились через двор к автомобилю, стоящему около проходной завода. Генрих держал девушку под руку. Она чувствовала волнение и беспокойство своего наставника. Чувствовала через его прикосновение. Между ними уже давно возникла незримая связь.