Неправильный попаданец. Книга 3 - Вэй Катэр - Страница 4

В морге было холодно. И попахивало. Для меня – лишь лёгкий флёр, я успел нанюхаться куда более мерзких ароматов. Но моё нынешнее тело бунтовало: желудок сжимался, грозя извергнуть содержимое. Я стоически боролся с тошнотой, стискивая зубы.

Искомые объекты нашлись быстро. Пять тел лежали на кушетках, и бог его знает, сколько ещё покоилось в специальных ящиках у стены. В помещении никого не было, лишь дежурное лёгкое освещение, что не могло не радовать.

Первые два тела оказались уже вскрытыми. Я покопался в них – пусто. Прям натурально пусто. Все органы выдраны, плавали в разных тазиках, видимо, в формальдегиде. Включая мозг.

Я ощупал себя – голову, тело. Ни швов, ни шрамов. Судя по тому, что док не бегал по больнице с криком «Зомби наступают!», с моим внешним видом всё относительно нормально. «Прелюбопытнейший факт, однако», – отметил я про себя.

Следующее тело тоже было вскрыто, но органы на месте. Поиски снова не увенчались успехом. Я стал откровенно унывать. Всем нутром ощущал: жить мне оставалось считаные часы. Твёрдой уверенности, что мне выдадут новую тушку, у меня не было.

Следующие тела были целыми. Значит, время мясника настало. Инструменты я нашёл довольно быстро. Жаль, профессионально вскрывать я не умею. Но мне это и неважно. Люди всё равно мертвы, а кто и как их вскрыл, никто из родственников не узнает.

Первое тело, до которого добрались мои ручонки, оказалось женским. Возможно, даже красивым, если бы не бледная синюшность. От чего умерла такая юная девушка, я не знал – от медицины далёк. Взглянув на её лицо, я мысленно извинился и принялся кромсать бедолагу.

Разделал я её на британский флаг. Раскурочил до неузнаваемости, но искомого не обнаружил. Не поленился даже горло вскрыть. Когда уже собрался перейти к следующему телу, вернулся, пилой срезал полчерепа. Звуки стояли ужасающие – скрежет металла, хруст костей. Но чего не сделаешь ради восстановления былого величия? В голове было пусто. Нет, она не пустоголовая бабища – мы не знакомы. Просто в голове тоже не было бусинки.

Я перешёл к следующему телу. Мужчина, тоже синюшный, как бройлерные куры в «Шестёрке». На вид лет пятьдесят. Спортивный, подтянутый, даже кубики пресса после смерти сохранились. Стоило мне сделать надрез в области кадыка, как меня ослепил яркий блеск. В полумраке морга он для меня сиял, как свет в конце тоннеля.

Я боялся дышать и моргать, чтобы не спугнуть удачу. Аккуратно дрожащими пальцами раздвинул края раны и второй рукой извлёк бусину. Она была самой крошечной, которую я видел за время своих скитаний. Но она была – и это прекрасно.

«Хотя непонятно: если бусины в нас, в людях, присутствуют, почему их никто не находит? Или от нас всё скрывают? Этакая подпольная правительственная организация… Стал патологоанатомом – и к тебе сразу спецслужбы приходят, подписываешь бумаги и сдаёшь бусины правительству?» – Мысли метались в голове. Надо будет позже потрясти за грудки местных служителей морга.

Бусинка переливалась белым с едва видимыми голубыми мазками. Размер её не превышал спичечную головку. Выбора, как всегда, у меня не было. Не думая ни о чём, я закинул её себе в рот – такую, как есть, немного в крови атлетического мужика.

Первые пару секунд я думал, что всё – приплыли, магия не усваивается. Но нет. Всё получилось. Коробило меня не сильно. Судя по ощущениям, бусина содержала в себе не более одной капли силы. Но мой резерв был вполовину меньше, так что искры из глаз сыпались.

«Это в том мире и в том теле я мог растягивать свой резервуар в три раза. А здесь – это вам не тут. А тут – это вам не там».

Но я-то мальчик грамотный. Всё, что заходило в резервуар, я сразу раскидывал в тело. «Японский городовой!» – Вот теперь пришла она, боль. Причём я такой давненько не испытывал. Когда «поженил» белую и зелёную силу в «общаге», было нечто схожее. Тогда болела голова и часть души, сейчас же начало ломить тело. Причём не просто кости и мышцы, болели внутренние органы. Я чувствовал, как срок моей жизни удлиняется. Но какой ценой… Хотя плевать на цену, главное – жить.

Прокорчился на полу я минут пятнадцать. Боль уходила медленно. Дольше всего болели сердце и, сука, мозг. Не голова – именно мозг и сосуды в нём. Аневризмы, узелки из сосудов, закупоренные протоки – всё приходило в норму.

Встал я, на удивление, довольно легко, насколько легко может подняться крайне упитанный человек. Тело ещё помнило тяжесть недавних испытаний, но уже откликалось на волю куда послушнее. Зато шум в ушах и пляшущие перед глазами пятна исчезли без следа. Сердечко билось ровно, размеренно, а самое главное – внутри я чувствовал магию. Да, её была жалкая крупица, едва ли пол-единички, но она была! Сильно на неё не разгуляешься, конечно, но удивить кого-то – вполне.

Последний труп я вскрывал уже без дрожи в руках и ногах. Скальпель скользнул по коже, вскрывая глотку старому дедушке… но там оказалось пусто. Я методично осмотрел остальное тело – безрезультатно. Мозг тоже чист.

Обидно, однако… А я уже настроился на пополнение запасов.

Я быстренько пробежался по ящичкам в стене. Почти все пустые. Редкие тела, что там нашлись, уже были вскрыты, даже осматривать не стал.

– Собственно, здесь мы закончили, – проговорил я вслух, оглядывая помещение. – Спасибо всем, кто принимал в этом участие! Я пойду. Счастливо оставаться. – Насвистывая незатейливую мелодию, я вышел из морга в коридор первого этажа и задумался: а надо ли мне возвращаться в палату? Вряд ли. Посетить другие морги города – вот это да! К тому же это был морг корпуса – тут мало «людишек». Нужен главный больничный морг, куда свозят все трупики из всех отделений. Вот где можно поживиться! – Хе-хе, я прям как маньяк какой-то, – прошептал я, продвигаясь по коридорам к центральному выходу.

Но выйти, как оказалось, не судьба. Злая толстая тётя, дежурившая на проходной, накинулась на меня с упрёками: ночью выходить нельзя! Мои чары убеждения разбились о несокрушимый «синдром вахтёра». Так что я поплёлся вглубь коридора.

Но я-то знаю: в больнице дверей – хоть жопой жуй. И всегда есть незапертые. За покупками-то бегать надо! И персонал пациентам часто шепчет, где и как можно выскользнуть из больнички до магазина. Естественно, не за красивые глазки делились тайной открытых дверей, а за шоколадки.

Однако далеко я не ушёл. Лето, окна открыты. Первый этаж. Корпус свежий, невысоко – метр максимум. Для надёжности я свесился, лёжа на подоконнике, и медленно сполз до самой земли. Прыгать такой тушей с высоты в метр мне было страшно – вдруг что-то хрустнет?

– Свобода попугаям! – прошептал я и зашагал по тропинке вокруг здания.

Освещение на дорожках имелось, хоть и редкое, но мне хватало. Вернувшись к парадному входу в «мой» корпус, я отыскал табличку с огромной картой и обозначениями. Там доступно, популярно и наглядно было изображено и подписано, где какое здание. Найдя на карте морг и сориентировавшись по направлению, я бодро засеменил пышными ляжками.

Территория оказалась очень большой – до искомого объекта я добрался лишь спустя примерно двадцать минут. Одышка начала возвращаться, в боку закололо. Опять захотелось жрать, причём именно сладкого. «Ненасытная туша…».

Первым препятствием оказалась запертая дверь. А вторым – дежурный санитар, который открыл мне после моих настойчивых потуг войти. Он заспанным взглядом осмотрел меня и поинтересовался:

– Вы кто? Чего надо?

– Брат у меня тут у вас, – начал я. – Мы в аварию попали, он насмерть, а я вот очнулся. Мне бы увидеться с ним.

Парень ещё раз внимательно оглядел меня. Потёки крови, которые не заметила сразу вахтёрша, он воспринял нормально, особенно после моего коротенького рассказа. А вот к больничной одежде, тоже в крови, отнёсся скептически. Я корил себя последними словами за то, что не переоделся.

– Друг, – начал он, тщательно подбирая слова, – ты себя в порядок приведи, да и не положено. Утром приходи. Гаврилыч в восемь уже на месте будет. Вот к нему и обращайся.