Преступление по Достоевскому (СИ) - Рудианова Анна - Страница 9

— Уточните, что именно произойдёт? Потом засуха? Болезни?

– И это тоже. И война. Много воин. И революция…

— Говорите тише, не к чему вам угодить в тюрьму. Я бы сделал всё возможное, чтобы повернуть мир, так как мне выгодно. И спас бы всех, кто мог бы погибнуть. — Кириллов улыбнулся.

Его доброжелательность граничила с откровенной скукой. Он шёл чуть быстрее меня, явно надеясь избавиться от меня как можно скорее.

15.

15.

Прыжки во времени должны сопровождаться психологической поддержкой. Или молитвой.

#МариХроника

Обратно шли пешком, Кириллов сочувственно молчал. Я ругалась, по постепенно успокоилась.

В общем и целом, когда меня перестали постоянно бить, я махнула рукой на весь спектакль и решила пожить немного провинциальной барышней. Дома я в основном занималась ведением блога в инсте* (Примечание: продукт компании Meta, которая признана экстремистской организацией в России). Продавала своё лицо, так сказать. Которое было очень даже хорошенькое. Теперь я поняла, что лишилась спортивной фигуры и привлекательности, то есть это было не моё тело. Хотя выглядела я почти как раньше, создавалось ощущение, что я стала худшей копией себя прошлой.

Попа обвисла, а я её качала почти ежедневно, волосы пожухли, кожа сухая и серая. Хуже всего была, конечно, хромота. Правая нога была короче левой и постоянно подкашивалась, каждый шаг давался с трудом.

И самое важное: у меня не было шрама на ноге. Я ещё в детстве упала на железяку, а теперь хромала на эту же ногу, но шрама не было. Я не могла так сильно измениться всего за пару дней.

Могло ли это означать, что это не моё тело?

Мой разум забросили в далёкое прошлое, в чужое тело?

Теперь я почти смогла это признать.

И пришла к соглашению со своей психикой в том, что если произошло что-то сверхъестественное, мне лучше принять правила игры и дождаться подходящего момента, чтобы вырваться отсюда. Даже если это прошлое, я найду выход, если это шоу — тем более.

Как сказал Шатов, надо просто жить.

Это же лучше, чем думать, что я сумасшедшая и лежу в палате с диагнозом и уткой. Каким бы безумным ни было это предположение, оно привлекательнее справки от психолога.

Так что пока так.

Но я не собиралась сидеть сложа руки.

Поэтому я дала себе один день отдыха, а на следующее утро изучила газеты из макулатуры Кириллова.

Реформы в России идут, но медленно. Крестьяне свободны, но голодные. Города растут, но в них — нищета, сыпной тиф и где-то свирепствует холера. Боже, я даже не знаю, что такое «тиф» и как он лечится!

В Севастополе по инициативе Эдуарда Тотлебена и других участников обороны города открылся музей русского Черноморского флота.

В Мюнхене состоялась премьера оперы Ричарда Вагнера «Das Rheingold».

(примечание: «Золото Рейна». Это первая часть (пролог или «предвечерие») грандиозной оперной тетралогии Рихарда Вагнера «Кольцо нибелунга» (Der Ring des Nibelungen)

На американском фондовом рынке произошла «Чёрная пятница»: курс золота упал на 30% из-за массового вброса драгметалла на рынок Казначейством США.

— Благодарю тебя, госпожа удача, что я не в Америку угодила в тело рабыни какой-нибудь, — произнесла в потолок. Не негритянка уже здорово!

И уткнулась дальше в газеты.

Рабочие закрытой фабрики Шпигулиных вышли на улицы и требуют работы и денег.

Осень будет дождливой, а зима холодной.

Дворянин, сорока лет, с небольшим имением, желал вступить в брак с девицею, образованною, не старше двадцати лет, с приданым. Имеющих цель, просил писать с изложением обстоятельств и присовокуплением фотографии.

Это всё было занимательно и странно.

Как далеко распространяется действие этого мира? Или этого века?

Мне нужно записать ключевые события истории и понять, почему я оказалась именно в этом времени и в этом месте.

В мире не бывает совпадений.

Наверняка есть какая-то цель. Выполню задание, и меня отпустят.

Кто и куда отпустит, пока не уточняла даже в мыслях.

А цель для меня оставалась загадкой и опасностью.

Я сбегала к Кириллову и утащила у него несколько листов и карандаш. Хорошо хоть тут грифель уже изобрели.

Историк из меня оказался плохой. Я исписала половину листа и выдохлась. Всё моё читерство в виде информации о будущем уместилось на двадцати шести строчках.

Всё-таки жаль, что я невнимательно слушала на уроках в школе. Я могла сказать, когда начнётся мировая война, но не знала, что произойдёт в промежутке между 1870-м и 1912-м годами. Получалось, что я абсолютно бесполезная для Российской империи.

Кроме своей никчёмности, я осознала ещё одну вещь: мне нужны деньги.

Соседи ещё кормили меня, но долго это продолжаться не будет. Они сами нищеброды. Куда им удовлетворить мои потребности?

Чем тут зарабатывают на жизнь, я не представляла. Да и эта Мария явно не работала.

Я осмотрела свои руки.

Единственный мой навык: хорошо подвешенный язык и умение продавать свою внешность. Внешность, которой теперь у меня нет.

Минус ресурс.

И что я же умею?

Я вспомнила свой факультет менеджмента, с которого ушла на втором курсе ради прибыльного аккаунта и совсем расстроилась.

16.

16.

Вся наша жизнь — театр.

#МариПоняла

Голос сверху был знаком мне.

Я на цыпочках прокралась по боковой лестнице из сеней в мезонин. В комнате Шатова горел один фонарь, и сквозь щели между дверью и косяком пробивался тусклый свет.

Разглядеть что-либо было трудно, но голосов я различала два: Шатова и его гостя.

Мужчины разговаривали о Боге и о России.

Ну, конечно, чем ещё ночью заниматься в 1870 году ночью двум мужикам? Не сериалы же смотреть.

Темы были слишком философскими и скучными, послушав пару минут, я развернулась, собираясь уйти, но неудачно встала на правую ногу, как раз на ту, на которую хромаю. Стопа подвернулась, и я кубарем покатилась вниз.

Грохот стоял такой, что я и сама испугалась. Будто летела не я, а корова какая-то, вместе с собой повалившая всю лестницу.

Пока я приходила в себя, в сенях появился Кириллов с топором руках. А потом и растрёпанный Шатов спустился.

— Вы в порядке, Мария Тимофеевна? — спросил приятный мужской голос.

Он принадлежал гостю Шатова — Красавчику, которого я видела в богатом доме. Мой внеплановый муж-обманщик. Высокий, стройный, с идеальными скулами и взглядом, от которого у меня мигом потекли слюни и мыслишки пошленькие.

— Мне сказали, что вы в Заречье… Прочем, так даже сподручнее. Могу я с вами поговорить? — добавил он.

Я насторожилась. Но согласилась.

— У Кириллова поболтаем, — сказала я и протянула Красавчику руку.

Он помог мне подняться. Я удивилась, какие у него тёплые, мягкие и ухоженные руки. Мне даже стыдно за свои обломанные ногти стало.

Кириллов насупился, явно не одобряя моего решения, но гостеприимно махнул топором в сторону пристройки.

Кажется, Кириллов уже спал. На его кровати валялось скомканное одеяло, а лампа не горела. На столе стояли две чашки.

Кириллов организовал свет, убрал стол. Помялся у двери, потом понял, что гость ждёт, пока он оставит нас наедине, и ушёл в ночь, плотно прикрыв за собой дверь. С топором ушёл, что хорошо, наверное. Хоть и навевает тревожные мысли.

Красавчик долго неподвижно стоял у стола. Пронзительно смотрел мне в лицо, будто пытался прочитать мои мысли. Потом вдруг улыбнулся — так мило и сладко, что мне скулы свело от предчувствия неприятностей.

— Виноват, напугал вас, Марья Тимофеевна, нечаянным приходом, — сказал он дружелюбнейшим тоном.

— Здравствуйте, — кивнула я, пытаясь вспомнить, откуда я его знаю. Кроме нашей прошлой встречи я точно его уже видела.

Да, он красивый. Очень. Может, поэтому он кажется таким знакомым? Актёр какой-то? Из русского сериала? Я уже говорила, что ненавижу русские сериалы?