Системный Кузнец XII (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 38

— И ещё, — сказал я. — Одно условие, которое обсуждать не стану ни в каком виде.

Иль-Примо поднял брови.

— Торн, что сейчас находится у вас в лазарете. И Эйра, та самая претендентка. Оба должны получить полную амнистию по делу об уклонении от мобилизации. Никаких разбирательств, никаких допросов после, никаких пометок в реестрах Гильдии. Чисто.

— Конечно, конечно, — ответил Грандмастер так быстро, что стало ясно — для него это вообще не вопрос. Он, кажется, и сам думал в эту сторону.

А вот лица у Сильвии и Гора в очередной раз напряглись. Сильвия повела плечом, Гор сжал челюсти так, что у него на виске задёргалась жилка. Им, видно, очень не нравилось, когда мальчишка в кандалах диктует совету, кого амнистировать. Ну и пусть.

— Благодарю, — сказал я.

— Ступайте теперь, — Иль-Примо поднял ладонь. — Времени мало. Через магистра Вальмонте подавай запросы на любые материалы, какие тебе понадобятся. Гильдия выделит, что есть.

— В таком случае не стану тянуть, раз времени мало, — сказал я сразу. — Для работы мне нужен чистейший Огненный Кварц — очищенный, высшей пробы. Крепкое железо в болванках, без трещин и пустот. И смоляное масло высокогорной лозы, его ещё кровенцем зовут. За ним сейчас отправилась Эйра, но ждать её нет смысла — дорога не скорая. Если в ваших запасах кровенец найдётся, прошу выдать.

Грандмастер перевёл взгляд на ложу целителей. Светловолосая женщина наклонила голову так, как наклоняют, когда хотят сказать «у нас это есть» без лишних слов.

— Хорошо, — сказал Иль-Примо. — Всё будет сегодня же, до заката.

Мы помолчали ещё немного. Гор сопел в подлокотник, Сильвия смотрела в плиту у моих ног, Октавио поджимал тонкие губы. Магистр Вальмонте дождался кивка Грандмастера, повернулся, и пошёл к выходу. Я двинулся за ним. Стражники за спиной у меня сняли с запястий кандалы, помедлив секунду на немой кивок старика, и железо легло на каменную плиту с лязгом.

Зверёк в кармане завозился и тоненько пискнул.

Двери зала закрылись за нашими спинами.

Вальмонте выдохнул долго, словно сбросил с плеч мешок с углём. Я увидел, как сходит с него та маска, в которой он говорил с людьми в высоких креслах. Под маской оказался простой кряжистый охотник, какого я уже видел на ложе, только теперь эта кряжистость проявилась и в характере. Он покачал головой, и по губам прошло движение, словно собиралось ругательство, но он не дал ему сорваться.

Брок не сдержался.

— Хрена с два вам, Кай! — выпалил шёпотом торжественно, и хлопнул меня ладонью по больной руке.

Я зашипел сквозь зубы.

— Чёрт, Брок, рука же. Угомонись.

— Ох ты ж, забыл. — Старик отдёрнул лапу, как будто обжёгся. — Прости, парень, прости. Просто рад, что всё так обернулось. Думал, выкатишься из зала под конвоем, и тогда хоть зубами их грызи.

Он осёкся. На мгновение лицо у него осунулось, усы поникли — видимо, вспомнил про три шлюпа и про тех, кто с этих шлюпов не вернулся. Бросил быстрый виноватый взгляд на Вальмонте, словно ему перед магистром неловко за свою радость.

Магистр сделал вид, что не заметил.

— Хрена с два у них нет мастерских за чертой Цитадели, — сказал Вальмонте ровным голосом, в словах простая констатация. — Есть наверняка. Играют в свои куцые игры, как всегда, ну да и пусть. Главное, что свобода у тебя и возможность ковать. — Он посмотрел на меня прямо. — Сегодня сможешь начать?

Я хотел ответить, но в этот момент по коридору к нам подошли целители и Алекс. Мы замолкли все разом. Эти люди при всей их учтивости оставались гильдейскими, и говорить при них то, что только что говорил Брок, явно ни к чему.

Светловолосая женщина обратилась ко мне. Голос усталый, но мягкий.

— Насчёт смоляного масла, мастер Кай. Доставит его тебе Алекс вместе с нашими рекомендациями по работе. Не знаю, откуда ты прознал о его свойствах. Обычно кровенец идёт по алхимическому делу, а в кузнечном его берут редко, потому что он капризен и опасен. Если используешь неправильно, последствия выйдут такие, что и от мастера, и от изделия мало что останется. Прошу, выслушай Алекса внимательно.

— Конечно, — ответил я просто. — Любая помощь приветствуется.

Я улыбнулся Алексу. Тот стоял рядом с целителями мрачнее тучи. Парень и так не из тех, кто веселится по пустякам, а тут, рядом с этими тихими людьми в светлых балахонах, сделался ещё угрюмее.

Целители коротко поклонились и пошли своей дорогой. Алекс отстал на шаг, помедлил, потом обернулся ко мне.

— Рад, что ты цел, — сказал бесцветным голосом.

Я кивнул ему. Большего от Алекса ждать не приходилось, и это уже много для него.

Парень догнал женщину, и они скрылись за поворотом коридора.

Вальмонте проводил их взглядом, потом снова повернулся ко мне.

— Ладно. Найти мастерскую мы тебе поможем. Брок отправится с тобой прямо сейчас. Поговоришь с тем больным мастером, как Иль-Примо велел, по-человечески. Мы тем временем подвезём к кузне всё, что нужно — кварц, железо, уголь. Если мастер вдруг откажет, что вряд ли, найдём другую кузню, в крайнем случае выкупим. В самом крайнем выселим, кого скажут. Сейчас не до игр в частную собственность — остров горит.

Он посмотрел на Брока и едва заметно кивнул. Между ними проскочило что-то молчаливое, какое бывает между людьми, сработанными в одном деле.

Брок кивнул в ответ и сразу подобрался.

Вальмонте перевёл глаза на меня. Глянул снизу вверх, потому что был ниже на полголовы.

— Рад, что ты с нами, кузнец.

Крепко хлопнул меня по здоровому плечу без церемоний.

Я кивнул.

Магистр развернулся и пошёл по коридору, шаги отдались под сводом и стихли.

Мы шли с Броком по Ферро-Акудо, и мужик вёл меня, вглядываясь в улицы и в дома, по которым, кажется, и сам немного плутал.

— Ты что, Брок, ни разу там не был?

— Был, был. Эту мастерскую только не видал. Может, мимо проскочил. Их тут до кучи понатыкано, всякую не упомнишь. О, кажись, сюда.

Указал подбородком вверх по склону, и мы свернули в район, какой и днём смотрелся не больно весело. Узкие улочки лепились вдоль самой стены, огибая цитадель снаружи. Дома стояли низкие, с просевшими крышами, дворы захламлены угольной пылью и обрезками кожи.

— Значит, прорвался всё-таки? — Брок усмехнулся в усы и покосился на меня сбоку. — Жопой чую, силушки в тебе прибавилось. Да и если ты за пепельноволосым в ту дыру всё-таки полез, значит уже мог себе это позволить.

— Я на седьмой, старина.

Сказал и не удержался — улыбнулся.

— Вот чертяга, — хохотнул Брок с ноткой зависти. — Уже на седьмой. Ещё чуть, и кончится для меня лафа. Не буду больше особенным северным охотником, а?

— Куда мне с тобой тягаться. Я — кузнец. Мне не оружием махать, мне ковать охота.

— Ага, ковать ему. А Ферро этого, или как его там, ты тоже в кузнечном мастерстве одолел? Не каждый, между прочим, такое может. Какой он, сам не разобрал ступени?

Я помолчал, оглядывая улицу. Люди шли мимо понурые, и в спинах у них читалось то, что я видел в любом городе, куда подходит чужая сила. Ставни заколочены наполовину, у колодца женщины набирали воду молча. Двое мальчишек тащили мешок угля, и старший то и дело озирался через плечо.

— Трудно сказать… Крепкий. Серой плевался без передыху, аж глаза резало. Думаю, мне ровня или чуть покрепче меня.

— И ты его приложил? — Брок чуть не споткнулся.

— Как видишь.

— Ну даёшь, пацан. Ну даёшь.

Мы свернули в ещё одну улочку, потеснее. Брок остановился у низкого дома под просевшей черепичной крышей. Рядом, под общим скатом, ютилась пристройка — кузня, по всей видимости. Дверь её была подпёрта поленом, чтобы не хлопала на ветру, а из щели под притолокой не тянуло ни угольным запахом, ни жаром. Холодная давно.

Над дверью самого жилого дома висела дощечка, и на ней выжжен молот над рисунком острой горы, прямо как наши Драконьи Зубы в Пределе.

«Точно она».