Выстрел в прошлое: Спасти детей из 41-го. Спасти детей из 42-го - Дроздов Анатолий - Страница 6

Глава 3

«Счет ноль-ноль в мою пользу», – сказал себе Андрей, когда вокруг него сомкнулись такие знакомые стены гаража. Возвращаться без добычи ему и ранее приходилось. Зато – цел и невредим. А ведь могло быть и иначе…

Стоило подскочить к подводе и выстрелить в грудь немцу-кучеру, как случилась жопа. Его напарник, даром что под самогонным духом, не запаниковал, схватился за винтовку, и все бы ничего, но тут мой наган внезапно дал осечку. Скорей всего, попал бойком в бракованный патрон. Но револьвер в отличие от пистолета тем и хорош, что передергивать затвор не нужно. Но все равно он выстрелил в немца, когда тот уже передернул затвор у «маузера». Успел бы гад нажать на спуск – и стал бы 1941-й для Андрея последним годом жизни, он умер бы за 57 лет до своего рождения!

Вдобавок вечная тревога – вдруг сядут батарейки в неведомом инопланетном оборудовании, поскольку неизвестно, на сколько переносов оно рассчитано. Встанет колом, и где в лесах оккупированной Беларуси искать сервис по ремонту инопланетной техники?

Но настроение постепенно приходило в норму, чему в немалой степени помог подгон продуктов окруженцам. Вспоминал их глаза, которыми они смотрели на подводу, на медикаменты и патроны, которые перед ними выложил… Андрей сменил армейскую форму и сапоги на спортивный костюм и принялся чистить наган. Боек его наколол на забастовавшем капсюле такую ж ямку, как и на выстреливших патронах, значит, дело не в револьвере. Для спецзаданий боеприпасы отбираются особо тщательно, говорят – даже просвечиваются рентгеном, он себе позволить ничего подобного не мог.

Затем пришла очередь «светки», сегодня не стрелявшей. Оружие практически легендарное, одно из лучших в умелых и заботливых руках… Но капризное, если к винтовке относиться как к обычной «мосинке», та безотказна по причине предельной простоты.

Снайперская СВТ отличалась от обычной самозарядки незначительно – более тщательным исполнением и кронштейном для оптического прицела. По современным меркам, это даже не снайперка, а марксмановская винтовка. Умельцы, способные попасть в человеческую голову с полутора-двух тысяч шагов после груды вычислений с учетом скорости ветра, температуры, влажности, угла возвышения и еще каких-то факторов плюс интуиция, как правило, берут с собой винтовку со скользящим затвором, который нужно передергивать после выстрела. Там каждый выстрел – настоящее произведение искусства.

Но Андрей не планировал снести череп какому-нибудь офицеру с километровой дистанции и не ходил в прошлое с ассистентом, помогающим с вводными для стрельбы, потому что мотоцикл с километра не добудешь. Ему требовалось оружие для быстрой схватки с двумя-тремя… максимум – с пятью противниками, и более скорострельное, чем «мосинка» или немецкий «маузер», но с лучшей дальнобойностью, чем у пистолетов-пулеметов. Из тех даже на двести метров непросто поразить фигуру в рост. А «светка» позволяла это сделать обычному стрелку, не обладающему специальной подготовкой. Хватало и стандартной, полученной на срочной службе. В крайнем случае можно было нажать на спуск два-три раза, с гарантией закончив земной путь «арийца».

Дрон, как и оружие, между заходами он тоже прятал. «Мавики» не только запрещены к поставкам, как минимум – до окончания СВО, но само владение и пользование беспилотником наказуемо. Изволь поставить его на баланс организации, согласовать полеты в соответствующей инстанции, и вот тогда… Но кто одобрит использование такого аппарата корректору редакции научного журнала?

Столь же тщательно он спрятал интерфейс инопланетного оборудования. Единственное, чего не опасался, так это визита непрошеных гостей в его дом и гараж с той стороны. Время в двух реальностях текло по-разному. Андрей попадал в лето 1941 года ровно в момент окончания предыдущей вылазки и возвращался в следующую секунду после ухода из нашего времени. Когда настанет зима, у него выдастся изумительная возможность для отдыха – найти какой-то безлюдный островок среди болот и рек Беларуси, подходящий, чтоб поваляться на травке-песочке, позагорать и поудить рыбу, а потом походя бросить Светлане и Вале в редакции – посетил солярий, рекомендую.

Андрей отлично знал историю войны: после обнаружения портала сел за источники и основательно их проштудировал. Первые партизанские отряды в Белоруссии появились лишь в конце июля и даже в августе 1941-го. Пока же немцы довольно беспечно относились к охране тыла, их зондеры в сопровождении полицаев из тех, кто первым успел примкнуть к «освободителям от большевизма», даже не занялись пока «окончательным решением еврейского вопроса». Они хватали партийных и советских работников, до остального населения не доходили руки. Это позже, когда начнутся репрессии, на Запад потянутся составы с остарбайтерами и запылают деревни в зонах партизанской активности, народ из сел и даже городов повалит в лес десятками тысяч. Труднодоступные места будут привлекать внимание как надежные убежища. Пока же леса стоят более безлюдные, чем перед войной.

Когда он позволит себе отпуск? Не сейчас. Андрей не страдал всепоглощающей жадностью, каждая добыча не взвинчивала аппетит к деньгам. И, более того, прекрасно понимал: везение не бесконечно. Накапливается опыт, но там – война, самая жестокая в истории человечества. В ней бывают неожиданности, и не всегда поможет «мавик». Обставит дом хорошей мебелью (пока он пользовался старой, приобретенной в интернете) и сделает запас на черный день. Ну, может быть, приобретет квартиру в Минске или в ближайшем пригороде, отремонтирует, укомплектует и начнет сдавать. Тогда несколько сотен долларов с квартиры и скромная зарплата корректора в журнале позволят жить без выходов в рискованные рейды.

Вот после этого Кристину и сводит в ресторан. Можно будет подумать о серьезных, долгих отношениях. Женщины, которые с заботой относятся к животным, тем более стараются, когда объектом ласки становится ребенок. Редактор Коля из его журнала, во многих отношениях оригинал, так и искал себе жену – не в клубе или в барах на тусовочной Зыбицкой улице и даже не в интернете. Он как-то правил статью ученого, в которой автор разместил результат исследования – насколько крепче и устойчивее семьи, в которых есть домашнее животное. Ну, кошек Коля не любил, но выходные стал проводить в зеленых зонах, где собачницы выгуливают любимцев. И у канала на улице Седова нашел себе отличную девчонку. Полюбил, женился… И даже как-то притерпелся к ее мопсу.

Андрей хмыкнул, вспомнив эту историю. Он предпочитал крупных собак. Ради Кристины, наверное, пристроил бы к сараю и конюшню – для четырехкопытного транспортного средства. А вот мелкое, вредное и вечно гавкающее существо в его прекрасном доме – ну нафиг.

Ничто не мешало Андрею назавтра снова сделать выход в 1941-й. Но он взял за привычку не частить и следующий день провел в Сети.

Работая, подумал, что было бы неплохо придумать повод, взять направление от научного журнала и забуриться на несколько дней в Подольск, в архив Министерства обороны Российской Федерации. Конечно, уже многое оцифровано, и массу документов о передвижении войск проще всего скачать, но отсканировано далеко не все. Особенно нужны источники немецкие, июля 1941 года, в локациях вокруг Минска.

Не работой единой… Андрей в очередной раз полез на кинологические сайты. Обжив дом, точно решил, что заведет себе собаку. Оказалось, что это непросто, если не ищешь мопса или шпица. В питомниках служебного собаководства свободных щенков не находилось. Что же касается выставочных, то их, что называется, только обнять и плакать. Та же немецкая овчарка предлагается с «красивой», то есть круглой спиной и низким тазом, задние лапы странно посажены, словно вывернуты. Очень много мелких особей, рекомендуемых «для дома, для семьи». Боевого зверя из прихоти превратили в комнатную игрушку! Нет, овчарка-болонка его решительно не устраивала, а времени выбраться в Московскую область в служебный питомник армии России, где излишек приплодов продается регулярно, времени не находилось.