Киноманьяк 3 (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 39

А вечером отправились в обсерваторию Гриффита, которую я в первую очередь знал как место одной из начальных сцен первого «Терминатора» — той самой, где Арнольд идет, размахивая членом, а потом вырывает сердце панку. Панки тут были, но на нашу компанию они наезжать не стали, поэтому обошлось без членовредительства.

Через бинокли мы насладились отличным панорамным видом, на котором был и тот самый знак «Голливуд», известный каждому на всей планете.

Крис был в восторге, он никогда такого не видел, Мартин, наоборот, тосклив и задумчив, а я толком и не понимал, что чувствую. Сколько не прислушивался к себе — так не смог понять.

Потом занялись бюрократической волокитой. Так как мы жили в доме официально, нам надо было получить новые водительские права — уже этого штата. Поехали, зарегистрировались, прошли тест на зрение и письменный экзамен. Это должно было еще дней десять занять, пока все процедуры пройдут, а старые права придется сдать.

Еще через три дня приехал грузовик с нашими вещами, а точнее в основном с вещами Мартина, которые мы вместе разгрузили и расставили по дому. Крис подключил видик, он уже успел где-то новые кассеты достать.

А еще через три дня приехала и моя тачка, по которой я успел соскучиться. За рулем сидел ушлый кубинец из Майами, он перегнал «Олдсмобиль» с одного побережья на другое. Я заплатил ему три сотни, как и договаривались, но он попросил еще немного денег. Сказал, что путь выдался тяжелый, так далеко он еще не ездил, в дороге он несколько раз чуть не разбился и все такое.

Я поблагодарил его по-испански, осмотрел машину, на нашел ни единой новой царапины и заплатил еще семьдесят пять долларов сверху. Он тут же расплакался и сказал, что никогда не забудет моей доброты. Больше я его никогда не видел.

Мне предстояло поставить «Олдсмобиль» на учет, пройти тест на проверку выбросов (особенное правило в Калифорнии) и получить местные номерные знаки, но сперва надо было дождаться прав. И когда они пришли, я тут же сел за руль и начал колесить по городу, изучать его район за райном. То же самое я делал и в Нью-Йорке, но на общественном транспорте и с картой в кармане. Раньше на изучение города мне потребовался бы целый месяц, а в этот раз я справился за пару дней.

Мне нравилось останавливаться в случайных местах и заходить в магазины. Интересно, что в большинстве придорожных магазинчиков владельцами были либо черные, либо азиаты — если говорить конкретнее, корейцы. Их было действительно много. Почти все мелкие «двадцать четыре на семь» держали именно они. Мне постоянно впомнилась та сцена из «С меня хватит» — гениального фильма, который никогда не пересняли бы в России, несмотря на похожие реалии, — где корейский продавец отказывался поменять мелочь, а потом задирал цену на банку содовой.

Еще я посетил русский район. Сам не знаю почему, просто до него было недалеко — это Западный Голливуд, совсем рядом. Увидел вывески на русском, магазины с продуктами славянской кухни, услышал голоса местных. Вот только далеко не всегда эти люди говорили на русском, чаще я слышал нечто похожее на русский язык, а потому понимал лишь отдельные слова. Возможно, дело в акценте, не знаю. Жаль, но реальная история так мне и не вспомнилась, а кино на тему советской эмиграции если и было, то я его не видел. Поэтому я не понимал, кто все эти люди, на каких языках они говорит откуда вообще здесь взялись.

Мартин сдал пленку на проявку, потратил на это дело в два раза больше денег, чем на проявку «Отпора». Затем притащил откуда-то абсолютно новый монтажный стол, который грузчики поставили прямо в гостиной — в его комнату он не влез.

В общем, мы стали жить той же коммуной, как и в Нью-Йорке. И мне это нравилось. Странное дело: вроде бы я мечтал стать голливудской звездой и сниматься в кино, а ведь это подразумевало под собой богатые особняки, кучу денег и вечеринки с парнями вроде Харви Вайнштейна. Но мне нравилась и такая жизнь — с друзьям в старом доме.

Наверное, все дело было в том, что мы занимались общим делом.

Через неделю я решил наконец, что полностью освоился. Поэтому записался на свои первые голливудские пробы.

Глава 16

Пробы за пробами

К кастингам я решил готовиться правильно, а не так, как в прошлый раз, когда пошел на пробы того фильма про ветерана и провалился. Мне до сих пор помнилось ощущение, что я не смог попасть в героя, потому что надел не ту куртку. Поэтому я отправился в один из местных секонд-хендов и купил себе самой разной одежды.

Вспомнилась история про кастинг «Безумного Макса», которую я слышал в прошлой жизни. Там Мел Гибсон пришел весь избитый после очередной драки в баре (все-таки он всегда любил приложиться к бутылке), и ему то ли отказали, то ли подписали на роль какого-то из мелких злодеев. А когда он явился позже, и все увидели, какой он красавчик, — сразу же взяли на главную роль. В общем-то история поучительная, и это означало то, что важна не только твоя игра, но и то, как ты выглядишь.

Вот я и решил обновить гардероб.

Почему именно в секонд-хенде? Да потому что захотелось, ну и потому что там можно найти действительно интересные вещи из разных временных эпох. Я купил себе наряд ковбоя с кожаными сапогами и шляпой из жесткой же кожи, костюм героя-любовника с двубортным пиджаком, обычный строгий деловой костюм, чуть помятый, но это делало его идеальным для роли вроде детектива-неудачника. В общем, я закупился одеждой для самых разных амплуа, оставив там под три сотни долларов.

А потом пошел на фотостудию, где меня целых четыре часа фотографировали. Я изображал типажы для всех существующих киножанров. Сделал даже фото с красной розой в зубах — ограничиваться ролями дуболомов мне не хотелось, и я думал о том, что с удовольствием сыграл бы в романтической комедии. Большая часть фотографий была направлена на продюсеров боевиков: там я фоткался с голым торсом, с выставленными перед собой кулаками. Синяки давно сошли, я не дрался уже кучу времени, но все-таки я был очень сухим и мускулистым, так что выглядел нормально.

С кастингами мне в какой-то мере повезло, потому что с двадцать первого июля по двадцать третье октября шла крупная забастовка актеров местных гильдий. Не знаю толком, в чем дело. Помню только, что такие забастовки актеров, сценаристов и режиссеров для Голливуда — явление достаточно обыденное. Но съемки фильмов и сериалов практически остановились на это время. Приехал бы я раньше, как и планировал изначально, сидел бы полгода без дела.

Сейчас же шел ноябрь 1980-го, и киношники наверстывали старые темпы. Кастинги и опен-коллы проводились постоянно, режиссерам требовались роли для массовки. На этот раз я действовал иначе, потому что у меня было хоть и скромное, но резюме — созванивался, спрашивал, на какую роль готовится прослушивание.

Первым сериалом был «Энос» — история про полицейского, которого пригласили работать в Лос-Анджелес из-за того, что он поймал двух самых разыскиваемых преступников. Сделал он это случайно, и сериал был комедийным, к тому же уже транслировался. Но им нужен был человек на роль детектива-неудачника для досъемок нескольких эпизодов.

Чтобы подготовиться к этому кастингу, я не спал всю ночь, надел тот самый помятый костюм, но не стал надевать пиджак, оставив навыпуск мятую рубашку с нелепым галстуком. Бриться тоже не стал специально, чтобы осталась щетина, которая сделала бы меня старше и еще менее ухоженным.

Кастинг проходил в невзрачном здании, который студия арендовала под административные нужды. В коридоре там сидело человек пятнадцать, и половина из них выглядела точь-в-точь как я задумал: помятые пиджаки, несвежие рубашки. Один даже измятый бумажный стаканчик для кофе засунул в карман для антуража.

Я сел в углу и принялся ждать. Рядом со мной устроился лысый парень лет тридцати пяти. И вот он к моему удивлению выглядел действительно уставшим.

— Тоже на Кэссиди пробуешься? — спросил он вдруг, кивнув на дверь.