Подменная невеста, или Пышка на отборе - Кариди Екатерина - Страница 3

Собственно, в другое время ему было плевать, но сейчас он адски торопился, и у него не было времени выслушивать тупые остроты Фоля. Но тот уже махнул ему рукой из окна кареты:

– Эд? Какая приятная встреча!

– Рад видеть, – угрюмо бросил шеф безопасности.

И хотел приказать, чтобы трогались, но тут Фоль подался вперед:

– Кто это у тебя там, дружище? Дама? Хмм-хмм!

Эдгар мысленно закатил глаза, чувствуя, как пригорает внутри, и процедил:

– Мадемуазель Понс. Сядьте ровно и опустите шторку.

А сам обратился к Фолю:

– Извини, не могу задержаться. Срочное дело государственной важности.

Потом приказал своим трогаться. И не тормозить в воротах, у него приоритет. Ему нужно срочно довезти на отбор эту девицу, способную одним только своим присутствием создавать неприятности. Фоль может катиться ко всем чертям.

На этот счет у Фоля, похоже, было свое мнение.

Потому что тот тоже велел трогаться и ломанулся в ворота вместе с ним.

Благо ворота королевского дворца были достаточно широки, их пропустили одновременно. Эдгар Равинье приказал подкатить карету почти к самому крыльцу, но Фоль и не думал отставать!

Это бесило шефа безопасности страшно.

В конце концов, он плюнул на все, если от Фоля не избавиться, так тому и быть. А время без нескольких минут восемь, на крыльце уже суетились слуги и, поглядывая на часы, прохаживался распорядитель. Прием вот-вот закроют.

Он помог девице выйти из кареты и велел:

– Поднимайтесь на крыльцо, мадемуазель. Предъявите приглашение, и вас запишут на отбор.

Та кивнула ему и солнечно улыбнулась:

– Благодарю вас за все, мессир Равинье. Я у вас в долгу.

Он еле сдержался, чтобы не рявкнуть:

– Поторопитесь!

Все. Его миссия завершена. А дальше…

– Ммм? – рядом с ним нарисовался Фоль.

Хищно потянул носом воздух и облизнулся.

– Вот это красотка! Тонкая талия при таких… кх-кхммм! Твоя любовница?

Шеф безопасности взревел мысленно, а сам повернулся к князю Монтрас и холодно произнес:

– Это мадемуазель Адель Понс. Участница отбора невест Его Высочества наследного принца Джареда.

– О, – протянул Фоль и потер подбородок.

Однако в глазах этого типа все равно было нечто такое, отчего Эдгар Равинье просто взбесился.

***

А Люда как раз успела подняться на крыльцо и протянула солидному дядечке, стоявшему в дверях, приглашение на отбор.

Глава 2

– Мадемуазель Адель Понс?

Тот солидный дядечка вглядывался сначала в нее, потом в то приглашение на отбор, что она ему подала, с таким видом, будто у нее как минимум выросла вторая голова. А приглашение разве что не обнюхал и на зуб не попробовал.

– Какие-то проблемы, уважаемый? – Люда широко улыбнулась.

Он выпрямился, словно палку проглотил.

– Нет. Я барон Идаль Гросер, распорядитель отбора.

– О, – она присела в реверансе.

Места на крыльце было не так уж много, да и корсетное платье изрядно мешало, впиваясь в бока, поэтому реверанс вышел не очень изящный. Но дядечка все равно уставился на нее, приоткрыв рот. Потом прокашлялся и чопорно проговорил:

– Мадемуазель Понс, вы приняты на отбор Его Высочества наследного принца Джареда. Добро пожаловать во дворец.

Повернулся к слугам.

– Закрыть двери, прием окончен.

И, прошествовав внутрь, бросил ей через плечо:

– Мадемуазель Понс, следуйте за мной.

Угу, подумала Люда, просияв улыбкой. Пока все шло хорошо.

***

Дальше, пока распорядитель отбора вел ее по дворцовым коридорам в то крыло, где размещались участницы отбора, Люде пришлось выслушать длинный перечень правил. После первой же фразы, произнесенной монотонным менторским тоном, ей просто дико захотелось зевать, и она стала разглядывать обстановку.

Пришла к выводу, что их высочество живет ничего так, вполне себе. Но все это, выставленное на полочках и в шкафчиках, ужасно нефункционально. Не говоря уже о том, что оно еще требует постоянного ухода. Пользы никакой, а пыль приходится вытирать регулярно. Но гобелены с жанровыми, батальными и любовными сценами ей понравились. И старинное оружие, развешанное по стенам.

Смотрелось неплохо, придавало определенный шарм.

Кстати, поголовно все попадавшиеся им навстречу стражники почему-то шеи сворачивали. Как будто не видели женщину в платье. Ей даже стало смешно, она незаметно кашлянула в кулак. Особенно когда позади послышался металлический грохот. Этот кто-то из таращившихся на нее стражей потерял алебарду.

Самозабвенно вещавший Идаль Гросер аж чуть не подпрыгнул:

– Что здесь происходит?!

Стражники тут же застыли у стены изваяниями. А он повернулся к Люде:

– Вы все запомнили, что я сказал?

– Да, разумеется, – она снова присела в реверансе.

Мужчина засопел, закатив глаза, потом сказал:

– В таком случае, мадемуазель Понс, вы пришли.

***

За этими дверями Люду встретила черствая сухая тетка в чепце. Оглядела ее подозрительно.

– Вы мадемуазель Адель Понс?

Люда сдержанно улыбнулась:

– Вы не ошиблись.

Та снова оглядела ее с сомнением и процедила:

– Я кастелянша, мадемуазель Мюрьель Бутон. Идите за мной, мадемуазель Понс, вас следует оформить и поставить на довольствие.

Совсем как новобранца, мелькнула у Люды веселая мысль.

Кастелянша выдала ей комплект белья и туалетных принадлежностей. Потом глянула на нее недовольно и, что-то ворча себе под нос про двойную порцию, выдала еще один комплект белья. После чего Люду заселили во вполне себе милую комнату с широченной кроватью и окном в сад.

– Вы приехали последней, – проговорила кастелянша напоследок. – Завтра вы познакомитесь с остальными участницами и будете представлены Его Высочеству.

И ушла, гордо задрав нос.

Люда стянула с себя это пыточное корсетное платье и с наслаждением растянулась на кровати.

А завтра…

***

В сон Люда уплывала в самом блаженном настроении. За день произошло столько всего разного и интересного. Она улыбнулась, не открывая глаз, вспоминая салон модистки и одного субъекта с орлиным взором. Положительно, ей нравилось, как проходит отпуск.

Это была последняя внятная мысль.

Утром она проснулась чуть свет, не понимая, с какой радости персонал вламывается к ней в номер и требует чего-то, тыча рукой в сторону туалетной комнаты. В конце концов, Люда разлепила-таки глаза и спросила:

– У вас что, в канализации засор?

Горничная уставилась на нее и затараторила еще быстрее и громче. А до Люды наконец дошло – правила, которые она вчера доблестно прослушала. Ранний подъем, ранний завтрак, представление Его Высочеству.

– Угу, я поняла, – проворчала она. – Иди, любезная, я справлюсь как-нибудь.

– Но мадемуазель, – попыталась было та. – Вы прибыли вчера вечером, и у вас нет свиты. По правилам, если у соискательницы нет свиты, вам положена от казны служанка в помощь.

Надо же, как мило. Это почти как казенный адвокат.

– Считай, что ты уже помогла, – сказала Люда, откидывая простыню.– Можешь пока быть свободна. Позже зайдешь.

А служанка почему-то застыла с отвисшей челюстью, глядя на нее. Потом поспешно убралась за дверь, за которой уже слышалось возбужденное шушуканье.

Стало ясно, шансов нет, поспать не дадут. Люда выбралась-таки из постели и побрела в туалетную комнату. Там все было довольно цивильно. Ванна на ножках, рукомойник с гравировкой, имелись даже «удобства».

С умыванием все было относительно просто, засада обозначилась с тем бельем, что ей выдала кастелянша.

Люда разглядывала суровые панталоны, состоящие из двух отдельных половинок. Правила отбора предписывали участницам носить такое белье? Или это тоже был бонус от казны? Потом она потерла подбородок, прикидывая мысленно, с какой целью ей их выдали в двойном количестве. Нет, этот великолепный образчик Люда отложила в сторону. То же самое с похожим на ватные доспехи сооружением, в котором с натяжкой можно было опознать лифчик.