Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 484

Я невольно усмехнулся.

– И Гаврилу.

Воевода проследил за моим взглядом.

Возле автомобиля, чуть в стороне от фонаря, действительно стоял Дроздов. Лицо у лесничего было непривычно напряженным. Он то и дело бросал короткие взгляды в сторону леса, потом переводил их на нас, снова возвращался к темной чаще, словно никак не мог решить, имеет ли право нарушить данный ему приказ.

– Этот точно пойдет с нами, – согласился Морозов, внимательно посмотрев на парня.

Мы подошли ближе.

Гаврила сразу выпрямился, будто только этого и ждал.

– Побед ушел в лес, – без всяких предисловий произнес он.

И от этих слов я почувствовал, как внутри неприятно кольнуло.

– Давно? – настороженно спросил я, уже машинально всматриваясь в темноту между деревьями.

Лес молчал, словно никого и никогда там не было.

– Минут десять назад, – ответил Дроздов. – Я хотел сразу сообщить вам… Честное слово, хотел.

Он виновато опустил голову, потом снова поднял глаза.

– Но он…

Парень неожиданно смутился. Даже как‑то совсем по‑мальчишески покраснел. Быстро покосился в сторону казармы, словно опасался, что кто‑нибудь случайно услышит этот разговор, и только потом продолжил:

– Он приказал мне стоять на месте и молчать. Сказал, чтобы я не говорил вам ни слова до тех пор, пока сами не появитесь.

– Приказал? – искренне удивился я.

Дроздов медленно кивнул.

– Я… не смог с ним спорить.

Последние слова он произнес уже почти шепотом.

– Даже не знаю, как объяснить. Просто… не смог. Будто в тот момент это был единственно правильный приказ, который необходимо исполнить. Я понимал, что должен рассказать вам сразу. Понимал это головой. Но ноги словно приросли к земле, а язык отказывался говорить. Никогда раньше со мной такого не случалось.

Он беспомощно развел руками.

– Не могу объяснить…

– И не надо, – спокойно перебил его Морозов.

Воевода даже не выглядел удивленным. Наоборот, словно услышал именно то, чего ожидал.

– Побед далеко не так прост, как кажется на первый взгляд.

Владимир Васильевич медленно перевел взгляд на темную стену леса, потом неожиданно поднял руку и коротким жестом подозвал Ладу.

Девушка мгновенно оторвалась от разговора с часовым и быстрым шагом направилась к нам. Следом за ней поспешил еще один дружинник, который до этого держался немного поодаль.

Воевода дождался, пока они подойдут, и только после этого спокойно произнес:

– Поедем все вместе.

Он снова посмотрел в сторону чащи.

На этот раз гораздо внимательнее.

– Побед не любит делать что‑либо без причины. Если уж отправился туда один, значит, был уверен, что именно так и следует поступить.

Воевода едва заметно улыбнулся.

– Скоро мы узнаем, что именно он задумал…

Перед тем как сесть в машину, Морозов дождался, пока дружинники подойдут ближе. Лада остановилась рядом с нами. Второй дружинник вытянулся по струнке и вопросительно посмотрел на воеводу, ожидая распоряжений.

Владимир Васильевич окинул обоих внимательным взглядом. После сегодняшней ночи усталость сильнее обозначилась на лице. Он коротко распорядился:

– Охранять дом. Не зевать.

– Будет сделано, – отчеканил дружинник и тут же, поколебавшись всего мгновение, добавил: – Владимир Васильевич… вам сопровождение не требуется?

Воевода уже собирался ответить, но я опередил его.

– Справимся.

Парень посмотрел сначала на меня, потом перевел вопросительный взгляд на Морозова, словно хотел возразить, однако промолчал. Быть может понял, что сейчас речь идет уже не о простой поездке, а о деле, в которое лишних людей посвящать не стоит.

Я невольно перевел взгляд в сторону леса. Черная стена деревьев по‑прежнему казалась неприветливой. Где‑то там, под кронами старых сосен, нас ждал Митрич.

Там же были пленники, которых еще предстояло допросить. И еще в чаще был тот, кто задумал засаду. Я не сомневался, что кукловоды сами были пешками во всей этой затее. Но все же надеялся, что они смогут рассказать нам о своем нанимателе. В этом деле я готов был положиться на Митрича и Морозова. Скорее всего у них получится развязать языки незнакомцам, которых держали корни дерева и березка, лежащая на спинах.

Однако, сомнений в том, что за всем стоит Платонов у меня почти не было. Он владел стихией воды. Монстр из тумана, вставшая на дыбы река – была его рук делом. Наверняка его. Оставалось лишь подивиться тому, что сосед решился на такой отчаянный шаг. Но быть может его наниматель вынудил его действовать жестко.

Воевода молча кивнул дружиннику, открыл дверь автомобиля и привычным движением сел за руль. Я устроился рядом.

– Садитесь, поедете с нами, – Морозов обратился к Ладе и Гавриле через открытое окно.

Пара не сговариваясь устроилась на заднем сиденье.

Дверь мягко захлопнулась, на короткое мгновение отрезав нас от ночной прохлады. В салоне пахло кожей, металлом и едва уловимым ароматом хвои, который неизменно приносил с собой Северский лес.

– Скоро мы обо всем узнаем, – пробормотал Морозов, словно прочитав мои мысли. Он повернулся ко мне и добавил, – Я тоже думаю о том, что засада была слишком хорошо продуманной. Нас подловили далеко от дома. Там, куда дружина не могла добраться достаточно быстро. По дороге им пришлось убирать с дороги упавшие деревья.

– Умно, – выдохнул я.

– Он рассчитал все, кроме того, что оба леших больше не враждуют. Если бы наши лесные соседи продолжали воевать, то не сошлись бы на границе своих территорий. Они бы держались подальше от этого места, чтобы не обострять конфликт.

– То есть нам повезло, – заключил я.

– Можно и так сказать, – воевода пожал плечами и опять скривился.

– Болит? – озаботился я.

– Я слишком стар для всего этого, – хмыкнул Морозов. – Может мне пора на пенсию.

– Рановато вам на отдых, – возразил я и улыбнулся.

Любой здравомыслящий человек на моем месте испытывал бы тревогу. Тем более после того, как Побед ушел в лес без объяснения причин. Мысль о том, что старший Губов находится в лесу, успокаивала. Казалось, само его присутствие незримо склоняет чашу весов на нашу сторону. Он слишком многое видел в своей долгой жизни, слишком многое понимал, чтобы без причины уйти один в самую чащу.

Морозов, похоже, думал о том же.

Воевода повернул ключ в замке зажигания. Двигатель негромко ожил.

Мы переглянулись, не произнеся ни слова. Похоже, все понимали, что самая важная часть этой долгой ночи была еще впереди.

Глава 28

Допрос

Автомобиль плавно тронулся с места. Фары выхватили из темноты дорожку, ведущую к воротам, раскидистые деревья по обеим сторонам подъездной аллеи и каменные столбы, между которыми медленно распахнулись кованые створки.

Когда автомобиль отъехал от особняка, я невольно обернулся. Теплый свет в его окнах еще долго виднелся сквозь стволы деревьев. Потом и он исчез за поворотом, уступив место темноте ночного леса.

Некоторое время в салоне царило молчание. Морозов сосредоточенно следил за дорогой, Лада задумчиво смотрела в окно, словно пыталась сосчитать мелькающие кусты. Сидевший рядом с девушкой Гаврила то и дело бросал короткие взгляды в зеркало заднего вида, словно ожидал увидеть позади нас какое‑то движение. Но дорога оставалась пустой.

Я же откинулся на спинку сиденья и думал о пленных, которых сейчас охранял Митрич. Слишком уж многое в произошедшем не укладывалось в привычную картину. Ночной лес неторопливо проплывал за окнами. Высоко над деревьями бесшумно пролетела крупная сова.

Воевода выглядел спокойным, но это это ощущение было обманчивым. Пальцы здоровой руки чуть крепче обычного сжимали руль, а взгляд безостановочно скользил по дороге, отмечая каждую тень, каждый поворот, каждое дерево, которое могло стать укрытием для врага.

– Скоро будем, – негромко произнес Морозов, словно успокаивая самого себя.