Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 478

Ягиня проследила за этим движением взглядом. Спрятала улыбку за покашливанием и направилась прочь едва заметно покачиваясь.

– Берегите себя, – бросила она не оглядываясь. – У вас впереди много свершений. Было бы неплохо все успеть сделать…

Ответить ей никто не успел. Женщина словно растворилась в тенях деревьев и сколько я не смотрел ей вслед, не смог различить силуэт ведьмы.

– Удивительная женщина… – негромко произнес за моей спиной Морозов.

– Вы удивитесь, когда узнаете, насколько она удивительная, – неожиданно ответил Митрич.

Я перевел взгляд на старого хозяина леса. Тот стоял, прислонившись к шершавой коре дерева и снова неторопливо раскуривал трубку, глядя туда, где только что исчезла Ягиня.

– Что вы имеете в виду? – осторожно спросил я.

Леший пожал плечами. Затем выпустил вверх сизые кольца дыма и произнес после паузы:

– Придет время – сами все поймете.

Я устало кивнул, понимая, что другого ответа мы не дождемся. Потом перевел взгляд на лежавших неподалеку кукловодов, которые лежали ничком, уткнувшись лицами в мокрую траву. Другие пытались шевелиться, но стоило кому‑то напрячься, как из‑под земли показывались корни, обвивая несчастных и крепко сжимая. Один из пленников тихо застонал, и Митрич обратил на него недовольный взгляд. Звук тотчас стих.

Я невольно усмехнулся. Похоже, старый хозяин леса без лишних слов умел внушать уважение. Стоило у него поучиться такому искусству.

– Мастер Дубов, – обратился я к нему. – Сможете ещё немного присмотреть за нашими гостями? Нам нужно отвезти Иволгина и потом мы вернемся, чтобы побеседовать с ними.

Митрич вынул трубку изо рта и посмотрел сначала на меня, затем на распростёртых на земле людей.

– А куда ж они денутся, – произнес он.

Леший постучал трубкой о ствол и снова затянулся. Под землёй едва слышно что‑то зашевелилось. Корни, удерживавшие пленников, приподнялись, словно живые змеи, и затянулись ещё крепче. Один из кукловодов вскрикнул.

– Пока я здесь, никто из них не уйдёт, – спокойно произнёс Дубов. – А если кто‑то очень захочет… лес поможет ему одуматься.

Сказано это было почти добродушно, однако услышав эти слова пленники отчего‑то побледнели. Митрич же посмотрел на одного из кукловодов и неожиданно улыбнулся:

– А мы пока посидим, поговорим.

– Постараемся как можно быстрее, – пообещал я.

– Не спешите, князь. Он важнее.

Митрич покосился на Иволгина, и на его лице на мгновение проступило неподдельное беспокойство.

– Везите его домой. Здесь я разберусь.

Я кивнул и опустился рядом с лежавшим лешим. Вблизи он выглядел ещё хуже. Лицо стало почти серым, губы посинели, а дыхание оставалось таким слабым, что мне приходилось всматриваться, чтобы заметить, как едва поднимается грудь.

– Осторожнее, – предупредил Морозов, подходя ближе. – У него скорее всего повреждено плечо.

За спиной послышался шум приближающихся машин. Этот звук заставил меня обернуться.

– Вовремя, – прохрипел Морозов, словно понял, кто едет в нашу сторону. Воевода был спокоен, так что я подумал, что опасности новые гости не представляют.

А через мгновение, рядом с нашим авто остановился микроавтобус. Дверь отъехала в сторону и наружу выскочили несколько дружинников, среди которых я узнал и Ладу, которая выбралась из головной машины и бросилась к нам. Девушка осмотрела устроенный на поляне погром, и я заметил, как ее глаза увеличились от удивления. За ее спиной кто‑то из‑дружинников едва слышно присвистнул и что‑то прошептал.

– Что случилось? – уточнила двоедушница, глядя на Морозова.

– Теплая встреча, – ответил воевода, потирая плечо. – Но все закончилось хорошо. Для нас.

– Воспитания им не хватало, – добавил Митрич. – Пришлось вот помочь.

– А… – начала было девушка и осеклась, увидев лежавшего на земле Иволгина.

– Он жив, – поспешил успокоить её я. – Ягиня смогла его стабилизировать.

– Его нужно как можно скорее доставить в особняк, – добавил Морозов. – Там ему помогут восстановиться.

Лада коротко кивнула. Обернулась к остальным и произнесла:

– Носилки есть?

– В машине, – отозвался один из дружинников.

– Несите, – распорядился Морозов и двое бойцов тут же развернулись и побежали обратно к машине. Они вернулись через пару минут, таща с собой складные носилки.

– Осторожно с ним, – предупредил воевода. – У него повреждено плечо. И старайтесь не тревожить грудь.

Мужчины кивнули и опустились на колени перед неподвижно лежавшим Иволгиным. Осторожно подняли молодого лешего, переложив его на носилки. Иволгин едва слышно застонал.

– Тише, – прошептала вдруг Лада, будто он мог её услышать. – Всё уже закончилось. Скоро ты будешь в безопасности.

Наконец Иволгина уложили на носилки и закрепили широкими ремнями. И осторожно понесли к машине. Мы двинулись следом. Уже у авто я остановился. Митрич остался возле пленников. Старый леший неторопливо курил, опираясь спиной на дерево, словно собирался провести здесь обычный тихий вечер. Только золотистое сияние корней да неподвижные фигуры у его ног напоминали, что возвращение домой оказалось далеко не таким простым.

– Мы скоро вернёмся, – пообещал я.

– Не торопитесь, – повторил он. – Сначала позаботьтесь о парне. И передайте Никифору, что я меня будет причитаться за помощь.

– Точно здесь справитесь?

Митрич усмехнулся.

– Князь, я в этом лесу ещё до появления вашего рода жил. Уж с залетными как‑нибудь совладаю. Чай не впервой.

Он вынул трубку изо рта и указал ею на кукловодов.

– Спасибо, – ответил я. Открыл дверь и сел в машину.

Морозов занял место водителя и повернул ключ в замке зажигания. Двигатель отозвался не сразу. Несколько раз тяжело кашлянул, словно даже он устал после пережитого, а затем всё‑таки заработал. Фары разрезали темноту, выхватывая узкую лесную дорогу.

– Домой, Владимир Васильевич, – пробормотал я.

Морозов кивнул и осторожно вывел автомобиль на дорогу.

Я еще успел увидеть в зеркале заднего вида одинокую фигуру Митрича. Старый хозяин леса так и остался стоять посреди разгромленной поляны, прислонившись плечом к древней сосне. Над ним медленно поднимался сизый дым от трубки. Со стороны могло показаться, что старик просто вышел вечером покурить. Вот только ни один из кукловодов больше не пытался пошевелиться. А через несколько секунд поворот дороги скрыл место битвы, и вокруг машины снова сомкнулся густой, непроглядный лес.

Я откинулся на спинку сиденья и устало закрыл глаза. Тело неожиданно стало тяжелым, словно кто‑то разом снял с него невидимую опору. Болели плечи, неприятно тянуло левый бок, ладони до сих пор слегка подрагивали после перенапряжения дара. Только сейчас я понял, насколько сильно устал. Уж много событий произошло за сегодняшний вечер. произошло. Засада, бой, в котором едва не погиб один из леших, появление Ягини – всё это смешалось в один бесконечный поток событий.

Я открыл глаза, когда впереди между деревьями уже появились огни особняка, где нас ждал Никифор. И почему‑то подумал, что эта история далека от завершения. Наоборот, она только начиналась…

Глава 25

Дом

Хвойные ветви над дорогой медленно расступались в свете фар и тут же снова смыкались за нашей машиной. Лес постепенно успокаивался. Исчезло ощущение чужого присутствия, которое сопровождало нас весь вечер. Теперь слышался только ровный гул двигателя да тихий шелест шин по влажной дороге.

Некоторое время в салоне царила напряженная тишина. Морозов сосредоточенно смотрел вперед, я же время от времени поглядывал назад, словно надеялся еще раз увидеть поляну, на которой остался Митрич. Но место побоища уже давно скрыл лес. Какое‑то время мне казалось, что я видел между деревьями золотистое свечение, но вскоре исчезло и оно.

– Живучий он, – неожиданно произнес воевода.