Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 252

Чёрный внедорожник уже стоял у ступеней, негромко урча двигателем. За лобовым стеклом виднелся силуэт Морозова. Воевода сидел неподвижно, положив руки на руль, и смотрел куда‑то вдаль.

Я спустился с крыльца, обошел небольшую лужицу, скопившуюся на нижней ступеньке. Подошёл к машине, открыл дверь и сел на пассажирское сиденье. Положил папку на колени и вздохнул.

– Готовы? – не поворачивая головы, спросил воевода.

– Да. Поехали.

Морозов кивнул, и машина тронулась с места, шурша шинами по мокрому гравию. Мы покатили по подъездной дорожке к воротам, у которых я заметил у них одного из дружинников. Когда авто поравнялось с ним, он коротко кивнул в знак приветствия.

Уже выезжая с территории, я обернулся и посмотрел в сторону особняка. Дом возвышался на фоне бледного неба, массивный и величественный, с тёмными окнами и мокрой от дождя крышей. И я сразу заметил в окне гостиной знакомый силуэт. Марина стояла неподвижно, прижав ладонь к стеклу, словно провожая нас. Или прощаясь.

А через мгновение машина миновала ворота, выехала на дорогу и, набирая скорость, помчалась в сторону города. Поместье осталось позади, скрытое за поворотом. И я откинулся на спинку кресла, готовясь к разговору с Климовым. Но образ сестры, застывшей у окна с прижатой к стеклу ладонью, ещё долго стоял у меня перед глазами…

Глава 9

Исполнитель желаний

Северск встретил нас привычной утренней суетой. По улицам торопились люди в легких куртках и пальто, женщины в платках несли корзины с покупками. У витрин магазинов собирались небольшие стайки гимназистов, разглядывая выставленный товар и активно что‑то обсуждая. Мальчишка в кепке тащил стопку газет, громко выкрикивая заголовки. Где‑то вдалеке послышался звонок трамвая.

Морозов свернул на широкий проспект, и пересек мост, выезжая на сторону Городища. А еще через несколько минут впереди показалось массивное здание из серого камня. Над дверью висела медная табличка с вычурной надписью: «Гильдия промышленников и Северского княжества».

Морозов притормозил у самого крыльца и заглушил двигатель. Повернулся ко мне и произнес:

– Прибыли, мастер‑князь.

– Спасибо, – ответил я, взял папку и вышел из машины.

Здесь пахло раскалённым металлом и машинным маслом, жженым углём и чем‑то еще. От кожевенной мастерской тянуло дубильными веществами и сырой шкурой. Где‑то неподалеку плавили смолу: сладковато‑горький запах смешивался с дымом. Из узкого переулка пахнуло свежей древесиной и лаком. Я вздохнул, поправил воротник пиджака и направился к крыльцу. Поднялся по ступеням, потянул на себя тяжелую створку и вошел в помещение.

Просторный вестибюль встретил меня тишиной. Слева располагалась стойка, за которой сидел склонившись над журналом записей распорядитель в темно‑сером костюме. И едва я вошел, как он поднял на меня взгляд, улыбнулся, встал из‑за стойки и направился в мою сторону.

– Доброе утро‑мастер князь, – склонившись в поклоне, произнес он. – Мастер Климов уже готов вас принять.

– Спасибо, – ответил я.

– Ступайте за мной.

Он выпрямился, поправил на переносице очки в тонкой оправе, и направился вглубь вестибюля. Я последовал за ним.

– Благодарю, – ответил я.

Распорядитель остановился у массивной двери зала Совета из тёмного дерева. Дважды стукнул в створку, и дождавшись приглушенного «войдите», распахнул дверь и произнес:

– Прошу, Николай Арсентьевич.

Я кивнул распорядителю и вошёл в кабинет.

Климов уже сидел во главе стола. Заметив меня, он улыбнулся и встал, приветствуя меня.

– Николай Арсентьевич, – произнёс он низким, хрипловатым голосом. – Рад вас видеть. Проходите, присаживайтесь.

Он указал на свободное место. И я кивнул:

– Спасибо.

Прошел к столу, занял свободное кресло, и положил папку с документами на стол. Климов тоже сел, откинувшись на спинку, и сложил руки на животе, изучая меня внимательным взглядом.

– Вот договоры с артелями, – произнес я, толкнув папку в сторону главы гильдии. – Всё готово к подписанию.

Климов придвинул папку к себе, открыл и начал неторопливо листать страницы, изредка что‑то бормоча себе под нос. Его пальцы, крупные и жилистые, ловко перебирали бумаги.

– Хотелось бы поговорить о сроках восстановления, – продолжил я разговор.

– Мастеровые уже оценили масштабы бедствия, – не отрываясь от бумаг, произнес Климов. – В принципе, все не так плохо. Так что с работами затягивать не будут. Главы артелей подпишут документы сегодня же. И начнем работу. Полагаю основные работы будут завершены до конца сезона навигации. Причалы укрепим, настилы заменим, складские помещения отремонтируем. Конечно, если погода не подведёт.

– Этого вполне достаточно, – согласился я. – Главное, чтобы порт снова заработал. Остальное можно доделать позже.

– Именно так и планируем, – кивнул Климов и закрыл папку.

Некоторое время, мы сидели молча. А затем, я произнес:

– Спасибо вам.

Климов удивленно поднял брови:

– За что?

– За то, что вы прислушались к моему совету, и… оформили регистрацию пришлых артелей по закону.

Глава гильдии мастеровых пожал плечами:

– Я сам не больно‑то доверяю этим гостям из столицы, Николай Арсентьевич. Нашим работягам воровать не с руки.

– Такие честные? – улыбнулся я, но Климов покачал головой:

– Не только в этом дело. Ну украдет артель деньги, и? Бежать рабочим некуда, у них здесь семьи, дети. А столичные вполне могут уехать обратно, и пиши пропало. Пока суд да дело, работа встанет. А порт Северску нужен, это вы тогда, на заседании, правильно сказали.

Я кивнул:

– Хорошо, что мы с вами думаем в одном направлении.

– Вы ратуете за развитие княжества, – глядя мне в глаза возразил глава гильдии. – Иначе бы мы с вами не договорились, Николай Арсентьевич.

– Понимаю, – ответил я.

Климов нажал встроенную в стол кнопку, и через несколько мгновений дверь открылась, и на пороге появился распорядитель. Тот самый, что провожал меня в зал заседаний:

– Вызывали? – уточнил он у сидевшего во главе стола мастерового.

Климов кивнул:

– Передайте пожалуйста эти документы в канцелярию, чтобы там разослали экземпляры мастеровым, – начал он, взял со стола папку и протянул в сторону распорядителя. – И сделать это надо срочно.

Слуга кивнул, прошел к столу, и взял документы:

– Будет сделано.

С этими словами, он развернулся и покинул зал. Климов же поднялся из‑за стола:

– Рад, что мы пришли к согласию, Николай Арсентьевич. Работа пойдёт споро. Это я вам обещаю. А теперь прошу меня простить. У меня еще много дел.

– Благодарю за скорость, мастер Климов. Буду ждать новостей о ходе работ.

– Главы артелей будут каждую неделю составлять отчет о выполненных работах, – заверил глава мастеровых. – Копии я могу присылать вам в управу. Кажется, вы нашли секретаря?

Он взглянул на меня, и я заметил, как Климов тщательно скрывает улыбку. Было очевидно, что мастеровой был не просто в курсе того, что я нанял секретаря, но и знал, кого я нанял.

– Хорошего помощника сложно найти, – начал я.

Климов потер ладонью подбородок, а затем ответил:

– Кажется, мастер Осипов говорил то же самое.

Я улыбнулся:

– Уверен, что мастер‑старший советник найдет себе секретаря, с которым они сработаются.

Глава мастеровых довольно кивнул:

– Конечно найдет, я не сомневаюсь. Куда ему теперь деваться? Сам он вряд ли справится. Я слышал, что иногда он путает в какую сторону открывать дверь.

Я не удержался от улыбки.

– Идемте, мастер‑князь, – произнес Климов и направился к дверям. Я последовал за ним.

Мы вышли из зала Заседаний, пересекли холл и вышли на крыльцо.

– Ну, до свидания, Николай Арсентьевич, – произнёс Климов на прощание. – Удачи вам.

– Могу подвезти вас, – предложил я, но глава гильдии только покачал головой: