Следователь по особо важным… телам 2 (СИ) - Некрасов Игорь - Страница 25

— Ну хорошо, — сказал я, всё ещё обдумывая следующий вопрос. — Тогда давайте перейдём к тому, для чего мы сюда приехали.

— Ну наконец-то, — выдохнул Евгений, и это прозвучало куда резче, чем он, вероятно, хотел. Кира тут же чуть прищурилась и бросила на него такой взгляд, будто хотела сказать: «Полегче, приятель». Евгений это заметил и тут же спохватился, чуть смягчая тон: — Извините, я… это… я не хотел грубить. Просто нервы уже на пределе.

Смотря на него, я пытался понять: искренне ли это? Или он просто понял, что перегнул палку, и теперь пытается сгладить впечатление?

Я открыл рот, чтобы ответить, но Кира опередила меня. Она шагнула вперёд и заговорила — чётко, по-деловому, глядя Евгению прямо в глаза:

— Мы хотели поговорить о вещах в вашей гардеробной.

Евгений нахмурился:

— О вещах в гардеробной? А что с ними не так?

— Там… — начала Кира, и я уже понял, что она сейчас скажет про обувь прямо в лоб.

Я быстро перебил её, положив руку ей на плечо — лёгким, почти незаметным движением, но достаточно твёрдым, чтобы она остановилась.

— Мы хотели уточнить, — сказал я, глядя прямо на Евгения, — … не пропало ли что-нибудь из ваших вещей? Или, может быть, деньги или драгоценности? Это важно, чтобы понять, было ли это ограбление или что-то другое.

Кира бросила на меня короткий, недоумённый взгляд, но тут же взяла себя в руки и замолчала. Она явно не до конца понимала, почему я увожу разговор в сторону, но профессиональное чутьё подсказывало ей не спорить при посторонних. Я мысленно пообещал ей всё объяснить позже. А пока нужно было не спугнуть Евгения раньше времени.

Евгений усмехнулся — на этот раз почти искренне.

— Ну вы даёте, — сказал он, покачивая головой. — Вы могли меня об этом спросить по телефону. Зачем было ехать?

— Могли, — согласился я спокойно. — Но по телефону я бы не увидел, в каком вы состоянии. А для нас это важно. У вас жена пропала — это большой стресс. Мы должны понимать, насколько вы… в порядке. И можем ли мы на вас рассчитывать в дальнейшем.

Он кивнул, будто соглашаясь, и задумался на несколько секунд.

— Ну, на первый взгляд — ничего не пропало, — сказал он наконец. — Но, честно говоря, я даже толком не проверял. Времени не было — вы же меня сразу попросили уйти, когда криминалисты приехали. Так что… — он развёл руками.

— Хорошо, — я повернулся к Кире. — Тогда надо будет организовать ему доступ в дом. Пусть проверит всё как следует.

Кира посмотрела на меня как на идиота — тем самым взглядом, который ясно говорил: «Ты что несёшь? Какие еще вещи? Какие еще проверки?» — но вслух ничего не сказала. Просто коротко кивнула, сжав губы.

Я снова повернулся к Евгению:

— И ещё один вопрос: у вас дома хранились наличные деньги?

Он нахмурился — на этот раз не от недовольства, а от попытки вспомнить.

— Ну-у… были, да, — сказал он. — В тумбочке у кровати. На чёрный день.

— Большая сумма?

— Да нет. Тысяч сорок всего, может, чуть больше.

— Сорок тысяч, — повторил я и чуть прищурился. — Небольшая сумма, учитывая, в каком доме вы живёте.

Евгений пожал плечами:

— Ну, мы и не богачи так-то. А дом нам вообще подарили на свадьбу.

— А кредиты? — спросил я, глядя ему прямо в глаза. — Вы или ваша жена брали кредиты?

Он ответил без паузы — ровно, спокойно, даже не моргнув:

— Нет. Никогда. Всегда жили только по средствам. Так что нет — ни кредитов, ни ипотек. Я вообще не люблю быть в долгу перед кем-то.

Я смотрел на него и пытался понять: врёт или нет? Но видел лишь то, как его лицо не дрогнуло. Ни один мускул. Никакого напряжения. Только всё то же спокойствие, присыпанное усталостью и легкой неприязнью от столь личных вопросов.

Либо ты говоришь правду, — думал я, — либо ты чертовски хороший лжец. Потому что полтора миллиона кредита и страховка на жизнь, оформленная месяц назад, говорят об обратном. Но пока — молчим. Рано. Пусть думает, что мы ничего не знаем.

— Ясно, — произнес я.

Евгений посмотрел на часы — жест был почти незаметным. Потом он поднял глаза на меня и спросил — уже без усмешки.

— Ну так что? Вам удалось хоть что-то найти? А то я несколько раз уже спросил, а вы всё не отвечаете.

— Пока нет, — ответил я. — Еще работаем. Вчера вот опросили соседей, просмотрели камеры на улице, но ничего подозрительного не нашли. Сейчас будем проверять изъятый телефон и компьютер. — я говорил спокойно, пытаясь притупить его бдительность, а затем выдал то, что обычно никогда бы не рассказал потерпевшему, своего рода закинул удочку с одной из заготовленных приманок, чтобы проверить, клюнет ли рыбка. — Также мы отрабатываем версию, что это мог быть кто-то из подписчиков.

Я внимательно следил за его лицом — не дёрнется ли веко, не уйдёт ли взгляд. Но он лишь медленно кивал, глядя куда-то в сторону. Его лицо было задумчивым, но не напряжённым — будто он и правда переваривал информацию.

— Понятно, — сказал он наконец. — Значит, думаете, подписчики.

— Да, — кивнул я. — Но пока ничего явного.

— Хорошо, — он вздохнул. — Я просто… я уже и не знаю, что думать. Всё… как в тумане.

— Понимаю, — сказал я. — Но у меня к вам ещё одна просьба. Нам нужно, чтобы вы вернулись в дом и осмотрели всё более досконально. Каждую комнату, каждый шкаф. Вдруг что-то пропало. Это поможет следствию.

— Что? Сейчас? — он поднял бровь.

— Нет, давайте лучше завтра, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Сейчас у нас есть ещё кое-какое дело, а завтра созвонимся и вместе съездим. Спокойно, без спешки. И вместе всё посмотрим.

Он помедлил, разглядывая меня чуть дольше, чем того требовала простая вежливость.

— Хорошо, — наконец кивнул он. — Я как раз взял выходные на работе, так что завтра буду свободен. Буду ждать вашего звонка. — я кивнул в ответ, давая понять, что разговор окончен. — На этом всё? — спросил он, и в его тоне проскользнула едва уловимая настороженность.

— Да, на этом всё, — подтвердил я.

Он поправил пакет в руке и бросил короткий взгляд на Айну — мол, пошли. Та всё это время стояла чуть поодаль, обхватив себя руками, и молча переводила взгляд с брата на нас и обратно.

— Ну, тогда мы поехали. До свидания, — сказал он.

— До завтра, — ответил я и проводил их взглядом. Затем негромко сказал, обращаясь к Кире, не поворачивая головы: — Запомни номер их машины.

Кира посмотрела на меня так, будто пыталась понять, что я мучу, но спорить не стала.

— Сейчас, — тихо ответила она, и затем я услышал, как щёлкнула камера её телефона.

Я обернулся, глядя на удаляющуюся пару, и достал сигарету. Никотиновая ломка уже давала о себе знать мерзким, тянущим чувством где-то под ложечкой, так что самое время было воспользоваться моментом и заткнуть эту дыру хотя бы на следующие пару часов.

Закурив, я глубоко затянулся и выпустил дым в сторону, глядя, как Айна подходит к машине. Она бросила на нас короткий взгляд, но, встретившись со мной глазами, тут же отвернулась и быстро села на переднее сиденье.

Евгений тем временем убрал пакет, открыл заднюю дверь и, даже не взглянув в нашу сторону, сел за руль. Двигатель заурчал, и автомобиль начал медленно выезжать со двора.

— Лапин! — раздался голос Киры за спиной. — Теперь, когда они уехали, может, объяснишь, какого чёрта происходит?

Я обернулся.

Она стояла, уперев руки в бока, и смотрела на меня с тем самым выражением, которое появлялось у неё, когда она была готова спорить до последнего.

— Ты зачем его отпустил-то? У нас же есть улики на него! Обувь! Кровь! ДНК! А ты про какие-то пропавшие вещи спрашивал. И про наличку. Ты серьёзно?

Я сделал быструю затяжку, глядя вслед удаляющейся машине, потом щелчком отправил окурок в урну и не попал, а, разворачиваясь к машине, бросил:

— Пошли быстрее в машину. Всё объясню по дороге.

— Хочешь проследить за ними? — спросила она, уже понимая, что я задумал, и быстро зашагала следом.