Темный Лорд Устал. Книга X (СИ) - Сказ Алексей - Страница 28

Он развернулся и пошёл дальше, уже на ходу прикидывая маршруты.

Операция по бескровному захвату остатков Империи стартовала.

И генерал-полковник Брусилов впервые за долгие месяцы чувствовал себя живым.

(Приветствуем, это авторы. Все хорошее, увы заканчивается. С этого момента главы будут выходить 3 раза в неделю. На этой неделе главы будут еще в Чт и Сб. Со след недели как обычно Пн-Ср-Пт)

Глава 15

Долгорукий

Ночь легла на Столицу душным покрывалом, и даже в кабинете Князя, где работали три кондиционера, воздух казался спёртым и тяжёлым.

Долгорукий сидел за столом и смотрел на растущую стопку красных папок, которые Северцев приносил одну за другой. Красный цвет означал высший приоритет, срочность и угрозу — сейчас этих папок было слишком много. Они множились на столе, как метастазы, и каждая несла в себе очередную порцию дурных новостей.

Он открыл первую и начал читать.

Медицинский отчёт из Центральной клиники. Вспышка неизвестного заболевания в трёх районах Столицы. Симптомы: сильные мигрени, боли в суставах, почернение кожных покровов, начиная с конечностей. Летальных исходов пока нет, но состояние пациентов стабильно ухудшается. Этиология неизвестна. Карантинные меры введены.

Долгорукий отложил папку и взял следующую.

То же самое, только из другой больницы. Потом из третьей и из четвёртой. Чёрные пятна на коже, мигрени, боли. Врачи разводят руками и требуют дополнительного финансирования на исследования.

Князь почувствовал, как в груди шевельнулось что-то холодное и неприятное.

Ему не хотелось думать, что это биологический агент Консорциума, который должен был высушить корни Воронова и обрушить его драгоценную Стену. Смит обещал, что удар будет точечным и пострадает только Эдем. Обещал контроль и результат. Но смотря на это…

Северцев положил на стол ещё одну папку, и Долгорукий открыл её с нарастающим чувством дурного предзнаменования.

Доклад разведки с границы Эдема. Он читал сухие строчки, и с каждым словом холод в груди разрастался, превращаясь в ледяной ком.

«Стена цела. Магическая сигнатура стабильна. Признаков деградации защитного периметра не обнаружено. Наблюдается аномальное цветение защитных деревьев — интенсивность биолюминесценции увеличилась на сорок процентов по сравнению с предыдущим отчётным периодом».

Долгорукий перечитал последнее предложение дважды, не веря своим глазам.

Аномальное цветение. Стена не просто выстояла против «Некроза» — она стала сильнее. Цвела и сияла, пока его собственные люди покрывались чёрными пятнами и корчились от боли в переполненных больницах.

Удар, который должен был уничтожить Воронова, почему-то пожирал Столицу.

— Князь, — голос Северцева был тихим и осторожным, как у человека, который приносит известие о смерти близкого родственника. — Есть ещё одна сводка. От пограничников.

Долгорукий поднял голову и посмотрел на секретаря. Тот выглядел бледнее обычного, и в его глазах читалось то, что он не решался произнести вслух.

— Давай.

Северцев положил последнюю папку на стол и отступил на шаг, словно боялся находиться слишком близко к содержимому.

Долгорукий открыл её и начал читать.

Северная Федерация стягивает войска к северной границе Империи. Официально — плановые учения. Неофициально — три танковые дивизии и два авиакрыла в полной боевой готовности.

Восточный Альянс перебрасывает силы к восточным рубежам. Официально — ротация гарнизонов. Неофициально — десантные корпуса и флот в повышенной готовности.

Западная Коалиция закрыла воздушное пространство вдоль границы. Официально — технические работы. Неофициально — развёртывание систем ПВО и ударных комплексов.

Пазл складывался перед глазами Долгорукого, и картина, которая вырисовывалась, была страшнее любого кошмара.

Империя умирала от неизвестной заразы, Стена Эдема стояла нерушимо, а соседи, почуяв слабость, стягивали армии к границам, готовясь разорвать ослабевшего медведя на куски.

Катастрофа приближалась.

Долгорукий закрыл папку и несколько секунд сидел неподвижно, глядя в пустоту перед собой. Потом медленно поднялся из-за стола, и его лицо окаменело, превратившись в маску холодной ярости.

— Громова ко мне, — сказал он голосом, от которого Северцев вздрогнул. — И штурмовой отряд подготовьте. Немедленно.

Штаб Консорциума располагался в бывшем здании Имперского банка.

Долгорукий шёл по ночной улице во главе колонны гвардии, и его шаги гулко отдавались от стен домов. Двадцать бойцов в полной штурмовой экипировке, с автоматами наперевес, двигались за ним молча. Полковник Громов держался справа, на полшага позади. Его лицо было таким же каменным, как у Князя.

Охрана на входе увидела их слишком поздно.

Два наёмника в чёрных костюмах едва успели потянуться к оружию, когда гвардейцы Долгорукого взяли их на прицел. Красные точки лазерных целеуказателей расцвели на груди и лбу каждого, и наёмники замерли, понимая, что любое движение станет последним.

— Откройте двери, — сказал Долгорукий тихо. — Или мы откроем их сами.

Двери открылись.

Они прошли через вестибюль, поднялись по лестнице и двинулись по коридору к главному операционному центру. Навстречу выскакивали люди в дорогих костюмах, и все они вжимались в стены при виде надвигающейся колонны, не смея ни возразить, ни преградить путь. Князь не смотрел на них — они пыль под его ногами. Насекомые, которых можно раздавить мимоходом.

Двери операционного центра были заперты.

Громов кивнул двум гвардейцам, и те выбили створки с одного удара, влетев внутрь с оружием наготове. Охрана Смита вскинула стволы, гвардия Князя взяла их на прицел. На секунду весь мир замер в точке равновесия, где один неверный вздох может обрушить лавину свинца и крови.

Долгорукий вошёл в этот бедлам так, будто его совершенно не касалось, что десятки стволов смотрят друг на друга, готовые выплюнуть смерть.

Смит стоял у серверных стоек в центре зала, и на его лице читалось лёгкое недоумение человека, которому помешали работать. Он был в своём обычном, безупречно отглаженном костюме, с идеально повязанным галстуком, и выглядел так, будто визит разъярённого Регента посреди ночи — досадная, но терпимая помеха в его расписании.

Долгорукий пересёк зал, не обращая внимания на охрану. Он видел перед собой только холодную рептилию в человеческом обличье, которая обещала ему победу и принесла чуму.

Князь схватил корпората за лацканы дорогого пиджака и впечатал его спиной в серверную стойку так, что металл загудел от удара. Телохранители Смита дёрнулись вперёд, но замерли под прицелом гвардейцев Громова.

— Что это за дрянь жрёт мой город, наёмник? — голос Долгорукого был хриплым от едва сдерживаемой ярости. — Что за чёрная зараза убивает моих людей, пока твой хвалёный вирус удобряет цветочки на Стене Воронова?

Смит не паниковал.

Долгорукий держал его за лацканы, вдавливая в серверную стойку, и смотрел в эти холодные серые глаза, ожидая увидеть страх, растерянность, хотя бы тень беспокойства. Но Смит смотрел на него с выражением лёгкого неудобства, как человек, которого оторвали от важного дела ради пустякового разговора.

— Князь, — голос корпората звучал спокойно, — я понимаю ваше беспокойство, но физическое насилие контрпродуктивно для решения текущей ситуации.

Долгорукий сжал пальцы сильнее, и дорогая ткань пиджака затрещала.

— Я задал вопрос, наёмник. Что происходит с моим городом?

Смит даже не попытался вырваться. Он висел в хватке Князя, как тряпичная кукла, и продолжал говорить тем же спокойным тоном профессионального переговорщика, который отрабатывал сложные ситуации сотни раз.

— «Некроз» функционирует в штатном режиме, — сказал он, глядя Долгорукому прямо в глаза. — То, что вы наблюдаете в городе — временный побочный эффект, не более. Агент столкнулся с защитными слоями Эдема, которые оказались плотнее наших первоначальных расчётов, и сейчас накапливает критическую массу в замкнутом контуре под Столицей.