Регрессор: Я приду за вами. Книга 4 (СИ) - Кронос Александр - Страница 35

Субстанцию, которую использовали муравьи, разрушить у меня так и не получилось. Всё, что было в промежутках, стало крошевом, а вот сама клейкая масса спокойно пережила все варианты внешнего воздействия.

Именно в таком виде её и забрали на экспертизу. Образцов было более чем достаточно — кроме двух муравейников, имелась ещё масса баррикад. Часть досталась КПДЗ, которые разворачивали свою лабораторию, остальное в самое ближайшее время должно было отправиться транспортным самолётом в Петербург. Если получится воспроизвести состав, который способен маскировать менос и фактически неуничтожим, это могло бы спасти немало жизней.

Тела погибших муравьёв тоже собрали и разделили между собой. Вот личинок, что создавались на базе людей, больше не осталось — все они были в центре города, который я благополучно расплавил, а потом скатал в один гигантский шар.

Остальные районы города, на этом фоне пострадали куда меньше — иркутян начали пускать назад почти сразу после того, как мы закончили разбирать баррикады и собрали все трупы муравьёв.

Ров вокруг города пока оставался — предполагалось, что Защитники решат этот вопрос в ближайшую пару дней. Пока же через него перебросили мосты, развёрнутые их же силами, и пустили потоки людей.

Большинство жителей центра Иркутска погибли в своих же домах. Тех, кто остался жив и теперь лишился жилья, размещали в гостиницах и общежитиях. Я же согласился компенсировать каждому половину стоимости недвижимости из бюджета Корпуса, переложив остальное на плечи государства. Чем немедленно воспользовался Твардовский, развернувший в медиа кампанию под лозунгом «Лагов снова спас мир».

Лоптарёв, насколько мог детально, изложил свою историю. От момента входа в здание администрации до отыгрыша роли парламентёра. Правда, состояние самого офицера было плачевным — после краткого пересказа событий, его отправили спать.

Тем более улетать я пока не собирался — Наненда с Шахеватом должны были вот-вот приземлиться в Улан-Удэ. Перед тем, как покинуть Иркутск, я хотел встретиться с индийским генералом, который видел сны. И что куда интереснее — остался самим собой. Если подумать — среди Угроз были сплошь молодые мужчины и женщины, которых поместили в клинику детьми. О том, что помимо них сны могут видеть другие, я не подумал. Тем более не предполагал, что этим другим может оказаться офицер индийской армии.

Елисеев выделил мне палатку недалеко от штаба. Куда я и направился сразу после купания в Ангаре. Душа на территории временного лагеря не имелось, поэтому пришлось воспользоваться более примитивным вариантом. Разбираться сейчас с гостиницей не хотелось. Тем более они были забиты иркутянами, потерявшими жильё.

Человека внутри я почувствовал ещё на подходе. Ранг «эта» позволял выполнить подобный фокус без всякой концентрации. Меноса во мне сейчас было столько, что он сам по себе рассеивался, накрывая приличную площадь вокруг.

Защитником неизвестный не был, но перед тем, как войти я на всякий случай прикрыл себя воздушным щитом. Скорректировав зрение при помощи меноса, удивлённо повёл вокруг взглядом.

Потом подошёл к «ложу» из надувного матраса, который мне почему-то притащили вместо спальника и поднял одеяло.

— Доброе утро, Лагов-сан. Готовы получить свой приз за спасение человечества?

На матрасе лежала полностью голая Каори Окада.

* * *

На Землю Панурин вернулся неудачно. Ноги почему-то оказались чуть выше асфальта и парень едва не рухнул на колени, когда стопы ударились о покрытие.

Археологи появлялись один за другим, Варзов возник метрах в пяти, Ольга ещё дальше. Последним из золотистой вспышки появился Франсуа, а вместе с ним выплеснулся песок, который моментально разлетелся в стороны.

Однако тут же собрался и рванул вперёд. Прямо к Оливеру, который стоял в нескольких шагах.

Ближе всех к тому был Варзов, но парень обескураженно оглядывался по сторонам. Тогда как сам Оливер-лэйк угрозу заметил. Тут же кинувшись прочь.

Защитник ранга «дельта» двигался молниеносно. Но этого оказалось недостаточно — песок настиг его ровно в тот момент, когда валлиец зацепил плечом самого Панурина.

Студент увидел оседающие на его коже песчинки и услышал наполненный болью крик вплотную к себе. А потом площадь вокруг исчезла.

Василий оказался внутри чужого тела. Высокого и ужасающе непривычного. Покрытая медной кожей ладонь лежала на ограждении террасы, а внизу раскинулся город. Вовсе не те мёртвые развалины, по которым археологи бродили в Золотом мире. Живой мегаполис, где между башнями двигались воздушные платформы, в воздухе мерцали объёмные изображения рекламы, а на крышах росли деревья с золотыми листьями.

Не совсем понимая воспоминание это или его действительно отправило в чужой мир, Панурин попытался повернуть голову. Когда это получилось, попробовал разжать пальцы на ограждении и рука снова послушалась. Почувствовав, как внутри всё леденеет от страха, снова повёл взглядом по городу лэйков. Задержал внимание на трёхмерной проекции, где медленно раздевалась лэйка. Мог ли он на самом деле провалиться в прошлое Золотого мира? И если да, то что ему сейчас делать?

В следующий миг картинка смазалась и он вдруг очутился совсем в ином месте. Громадный зал, блестящий золотом. Коленопреклонённые воины, вооружённые странным оружием, что напоминало алебарды. И льющийся ему прямо в голову голос. Излагающий, что только один из правителей станет Достойным и отправится на ту сторону, чтобы служить. Тот, кто последним останется в живых.

Дальше память понеслась рывками. Укрепления вокруг каждого из двенадцати Столбов, отряды сражающиеся посреди городов и тела с медной кожей вперемешку с осколками механизмов.

Не было уже никаких мегаполисов. Только содрогающаяся в конвульсиях цивилизация, от которой почти ничего не осталось. Все великие кланы пали и были истреблены. Вести уцелевших лэйков было некому. А единственному, кто остался в живых из тридцати двух правителей, получивших одобрение с той стороны, было наплевать на своих соплеменников. Он жаждал лишь одного — стать Достойным.

Ради этого он выполнял новые и новые приказы. Образы перед глазами мелькали всё чаще — Панурин «перемещался» едва ли не каждые две секунды. Странные механизмы, искусственные птицы, причудливые подводные биороботы.

Потом лэйк осознал, что его обманули. Обрекли на смерть, перед этим сделав послушным инструментом. Но меднокожий не сдался — вместо того, чтобы умереть, на столетия укрылся внутри шара, разбросав сообщения о нём в разных частях света. С тем, чтобы его отыскали те, кто станут следующими, а он смог бы занять тело одного из них.

Лэйк создал внутри своего шара настоящую виртуальную реальность, в которой стал богом и развлекался, управляя мирами и вселенными. До той секунды, как его коснулся клон Оливера.

На этом моменте Панурин снова начал чувствовать своё тело. Вдруг осознав, что лежит на спине, а над ним склонилась озабоченная Ольга.

— Ты в порядке?

Втянув воздух, парень попытался кивнуть, чего сделать предсказуемо не получилось. Тогда он разлепил пересохшие губы.

— В норме. Что с Оливером?

Ещё пару секунд женщина пристально рассматривала его. Потом чуть повернула голову, смотря в сторону.

— Это в самом деле он.

— Я и так чувствую.

В поле зрения возникло лицо Франсуа, на котором отражалась толика досады.

— Ты ведь что-то видел, да? Поэтому сейчас в таком шоке?

Панурин моргнул. Попытался повернуть голову и тут же застонал от резкой боли.