Регрессор: Я приду за вами. Книга 4 (СИ) - Кронос Александр - Страница 33

С тем, что на Землю упали двенадцать Столбов и мир кардинальным образом изменился, Франсуа уже свыкся. Но сейчас ему говорили о том, что за каждым из этих Столбов стоит чей-то разум. А происходящее на планете — срежиссированное действо.

— Кто они? И как с ними сражаться?

Второй вопрос вырвался сам собой. Что тот не имеет смысла, канадец сообразил уже после того, как озвучил слова. Если бы лэйк знал, как именно необходимо сражаться, Золотой мир остался бы цел. Тогда как сейчас вокруг них была мёртвая планета, на которой остались единичные поселения окончательно одичавших туземцев.

— Те, кто сеют и жнут, человек. Большего я не скажу до тех пор, пока не встречусь с вашим лидером.

Ольга, которая до того тихо скомандовала археологам отступить за её спину, осторожно шагнула вперёд.

— Прямо сейчас он занят и не сможет прийти в этот мир.

Лэйк в теле Оливера, беспечно пожал плечами.

— Значит мы подождём. Это не проблема. Отправьте кого-то за ним и пусть явится, когда сможет.

Вот оно что — местный житель и не собирался покидать Золотой мир. Наоборот — желал, чтобы Лагов сам явился сюда и они поговорили в условно безопасном месте.

Справа поднялась волна мелкого золотого песка, которая промчалась по холму в их сторону. Опав, сразу же поднялась вновь, подгоняемая ветром.

Последнее показалось странным — повернув голову Франсуа убедился, что чутьё не подвело. Ветра тут и в самом деле не было.

В следующий миг песок снова поднялся, ринувшись в их сторону. Оливер-лэйк тоже повернул голову и в его глазах вдруг засветился ужас.

— Возвращайтесь!

Выкрикнув слово, он тут же растворился в золотистой вспышке. Следом исчезли археологи, которые казалось только и ждали отмашки, чтобы убраться подальше. Сам Лебуа подумал о возвращении сразу после этого. Уже чувствуя, как в выставленный им воздушный барьер врезается тот самый песок.

Странным было то, что когда перед глазами очутилась картинка площади около Золотого Столба, песок всё ещё был тут. Ярко сверкая, метнулся дальше. А потом послышался яростный вопль Оливера-лэйка.

* * *

Первое, что я попробовал сделать — дотянуться до микропластика внутри гигантского муравья. Но это оказалось неожиданно сложно. Складывалось впечатление, что он несколько раз уплотнил свою броню.

К тому же, сконцентрироваться насекомое мне не дало — взмыв в воздух сразу же атаковало.

Пронеслись серые сгустки клейкой субстанции, сверкнули разряды Кремер, обдало волной воздуха от промчавшегося мимо монстра, который попытался достать меня когтями. Ради справедливости — ответный удар моего копья тоже прошёл мимо.

Остановившись, мы зависли в полусотне метров друг от друга. Я снова попытался сосредоточиться на его микропластике. Теперь, когда противник настолько усилился и ускорился, с ним следовало разделаться максимально быстро. Непонятно, как долго у меня получится сдерживать такую тварь и насколько это вообще возможно.

— Тебя убивать нас остатками человечности. Их нет больше. Мы-я непобедим.

Догадался и переработал всю свою плоть, заодно избавившись от микропластика. Находчивая сволочь.

— Тебе всё равно не победить.

Справа от меня в воздухе зависла Кремер, нацелившая наконечник копья прямо на монстра. Я же предпочёл озвучить совсем другой вопрос.

— Кто по ту сторону Столбов? Кому именно ты собрался мстить варрбай?

Насекомое, которое мерно било по воздуху крыльями, двинуло своими длинными усами.

— Тем, кто придёт урожайничать. Двенадцати, которые засадили всех. Вы слабаки. Не понять.

Я кивнул, не отрывая от него взгляда.

— Ну конечно. Мы-то не в курсе волны, которая убьёт всех Защитников.

Взгляд Кремер тут же дёрнулся в мою сторону. А голова крылатого варрбая слегка наклонилась в сторону.

— Откуда знать-понимать? Кто говорить-трепать? Отвечать человек и жить. Соглашательство?

— Нет. Не соглашательство. Сам расскажи нам всё, что знаешь и тогда будешь жить.

— Ты слабак. Остальные слабаки глубже. Я всех рвать-убивать. Не дурни.

Вероятно, он сам в это верил. Но тут имелся маленький нюанс — стремясь стать сильнее, муравей запустил процесс собственного изменения. На первый взгляд благополучно его завершив. Вот только времени прошло совсем чуть и я успел заметить полосы, которые остались на его броне от разрядов Кремер. Возможно именно по этой причине он так постарался избежать прямого столкновения. Варрбай стал защищён от моей способности, но стал уязвим в физическом плане. Раньше таких следов не оставалось даже на более слабых особях.

— Сейчас ты сам слаб. Или мы продолжим переговоры, или мне придётся убить тебя.

Спустя пару секунд варрбай сорвался со своего места, стремительно ринувшись ко мне. Молниеносный и с его точки зрения, наверное внезапный. Но это только в том случае, если бы я не почувствовал мощную волну агрессии, которая прокатилась со стороны насекомого.

Мой собственный импульс запустился даже чуть раньше противника. Двигаться я не начинал, оставаясь на том же самом месте, но восприятие мира кардинально изменилось. А вот скорость у нас оказалась почти одинаковой.

Разница была лишь в том, что я смог дополнительно ускорить себя при помощи воздушного двигателя. Который за счёт работающего импульса был создан гораздо быстрее, чем обычно.

Рывком уйдя вверх, скрылся из поля зрения варрбая. Потом рухнул сверху, целясь копьём в спину. Направление удара тот определил верно — тут же попытался уйти в сторону. Но уклониться от кислотных нитей, которые перечертили его тело, муравей не смог.

Моя кровь не смогла с первого касания пробить его броню. Но успешно повредила одно из крыльев, что повисло в воздухе. А следом снова сверкнули разряды Кремер.

— Говори! Против кого ты сражался, муравей? Откуда взялись эти Столбы?

Я ревел, вкладывая в голос максимум меноса, а противник отчаянно пытался удержаться в воздухе.

— Тебя слабак. Тебя ничтожен! Тебя будет пожат-отжат-выжат.

В этот раз он плюнул не парой сгустков субстанции, а целой сетью. Массой тонких нитей, которые перекрестились между собой уже в воздухе, устремившись ко мне.

Их устойчивость я прекрасно помнил. А потом не стал пытаться рассечь кислотой или воздушным лезвием. Вместо этого, врубив импульс, сделал рывок назад. Потом снова вверх. И ударил тепловой способностью.

Её я испробовал ещё в самом начале боя, когда муравей поднимался снизу. Попытавшись лихо спалить его крылья и заставить рухнуть вниз. Тогда этот фокус не сработал и как мне казалось, теперь я знал почему.

Вместо того, чтобы пытаться воздействовать на тело самого варрбая, я создал что-то вроде копья из раскалённого воздуха, около него. И благополучно пробил им вторую пару крыльев, прошив те насквозь.

Ну а чтобы рывок варрбая к Йоханне точно завершился провалом, долбанул его спрессованным и раскалённым воздухом прямо по морде. На миг испугался, что убил, но нет — он всего лишь потерял свой баланс, вместе с которым тут же испарилась и уверенность. Гигантское насекомое рухнуло вниз.

Я завис над землёй почти сразу после того, как тот впечатался со всего размаха в асфальт. Готовый сражаться дальше, как только тот выберется из образовавшейся воронки. Но если при нашем первом знакомстве я его недооценил, то теперь напротив — переоценил. Из созданной им самим ямы, варрбай выбрался с заметным трудом.

— Дети-наследие-будущее. Дай им место, если не совсем грязнокровый слабак.

На то, чтобы сообразить о чём он говорит, мне понадобилось добрых секунды три.

— Если хочешь, чтобы я об этом подумал, сначала расскажи всё, что тебе известно.

Вместо ответа он издал странный скрипящий звук и ринулся вперёд. С расколотым корпусом и двумя сломанными лапами. Тем не менее, атака была максимально внезапной, а импульс позволил развить колоссальную скорость. Настолько высокую, что с учётом дистанции он почти меня достал — когда ускорился я сам, враг уже был всего в паре метров.