Жестокое сердце Тайги (СИ) - Коваль Лина - Страница 36

— Вот теперь, когда такая красота не досталась другим модницам нашего города, можно это отметить! — Аня радостно направляется в кафе, где долго мучится с выбором пирожного. — А ты какое будешь?

— Я… вот это. Манго-маракуйя, — читаю с этикетки и прошу продавца за стойкой сделать себе чай. — А ты?

— Я буду кокосовое! — Аня решается. — И вот это… Хочу ягодки из него. И… — хитро посматривает на меня. — ещё вот… то, что на верхней полке. Там кусочек белого шоколада. Я его обожаю.

Три пирожных?

— А так можно было? — смеюсь.

Авдеева смотрит на меня с улыбкой.

— Можно все, что ты захочешь, Сашенька! Все запреты сидят в нашей голове. Кто сказал, что надо есть все пирожное целиком, если его можно надкусить? — она уводит меня к свободному столику.

— Мысль интересная! — я только плечами пожимаю и располагаюсь у окна.

_________

Беременной ведь никогда не была.

Может, там и правда всего этого в тройном размере хочется?

Бедный Анин холодильник…

_________

— Ты уже сдала сессию? — Аня выдает мне влажную салфетку, чтобы протереть руки, и светски улыбается.

— Почти. Остался один экзамен. А ты?

— В колледже? Конечно! Даже проект защитила… — разводит руки в стороны и демонстрирует свое платье. — Мой дизайн.

— Я сразу его заметила. Красивое очень.

— А ты на каком факультете учишься?

— На экономическом, — скромно отвечаю и вежливо благодарю официанта за чай и пирожное.

— На экономическом? — Авдеева воодушевленно переспрашивает и прищуривается. — Ты-то мне и нужна!

— Я?

— Ты!

— Зачем?

— Мне тебя просто бог послал! Ты в бизнес-планах разбираешься?

— Да не особо пока… Это на третьем курсе изучают, а я на втором.

— Блин. — она удрученно вздыхает, но сразу же веселеет и, махнув рукой, нападает на первое пирожное. — Ладно. Подождем до третьего курса. Я как раз пока рожу…

— Чего подождем? — аккуратно спрашиваю и отпиваю чай.

— Потом расскажу…

В кафе многолюдно, много детей, но мне удивительно комфортно. Желания сбежать нет, и Аня меня не утомляет. Она такая деятельная и активная. Хочется подольше побыть с ней в этом вихре и не думать о том, что бушует в мое сердце.

— А как тебе вообще ваш универ? Он же коммерческий?

— Да, но я надеюсь получить бесплатное место в следующем году.

— Ого. Умничка какая, — вцепляется в меня испытующим взглядом. — А Загорский ведь там же учится?

— Там же. — опускаю глаза в тарелку с пирожным и чувствую сопротивление, рвущееся изнутри. — Ты ведь меня из-за него сюда позвала?

Аня ни на секунду не меняется в лице.

— С чего ты так решила?

Я не знаю, что сказать.

— Извини, Ань, если я тебя обидела. Просто так вдруг подумала! — перекидываю волосы на другое плечо и пью свой чай.

— Подумала, что он меня попросил с тобой встретиться?

— А он просил?

— Нет. — качает головой. — Миша проболтался, что вы с Яром поженились, поэтому я решила познакомиться с тобой поближе. В надежде… что мы подружимся. — улыбается. — Жены хоккеистов должны держаться вместе.

— Я совсем не против с тобой подружиться. Ты очень интересная, Аня.

— Спасибо! Ты тоже!

— Хотя — скажу честно — сначала мне не понравилась.

— Бывает! — смеётся.

— Но… с Загорским я разведусь. Надеюсь, это не помешает нашей с тобой дружбе.

— Ого. — в ее сияющих глазах загорается искреннее любопытство. — Вы поженились… фиктивно? — негромко спрашивает. — Если хочешь, можешь не отвечать.

— Что значит «фиктивно»? — склоняюсь над столом и смотрю по сторонам.

— Ну, то есть у вас ничего не было? — почти шепчет.

— Было, — смущенно киваю.

— Интересно… — она отшатывается, проверяет свой чайник и наполняет чашку. — Какое блаженство! — отправляет ложку кокосового пирожного в рот и запивает чаем.

Я поедаю свое и впервые испытываю дикое желание с кем-то поделиться.

— Ярослав женился на мне, потому что хотел что-то там доказать отцу. — выпаливаю как бы между прочим. — Но меня об этом, конечно, не предупредил. Для меня все было по-настоящему. Забыл, наверное…

— Какой он придурок! — Аня ахает. — Дорогая, мне так жаль…

Ее ладонь касается моего предплечья.

— Мне уже нормально…

— Тогда вот и отлично, что Ярослав так страдает. Поделом ему.

— Страдает?

Анюта заговорщицки наклоняется.

— Пришел к нам вчера расстроенный и спал на диване в гостиной, потому что ему не хотелось ехать домой? Шушукались там с Мишей полвечера, все запасы Колы выдузили.

— Ааааа… Вот как?

— По-моему, Загорский искренне страдает. — задумчиво продолжает.

— Это вряд ли.

— Я его таким никогда не видела, а знаю его лет с пяти. Он всегда был задницей, если хочешь знать!

— Слышала, вы встречались?

— Ааааа… Да… — легко смеётся. — Это было, когда Авдеев уехал в НХЛ, а у Яра умерла мама… — она вздыхает. — Но ты не думай, там ничего серьёзного. Так… пара поцелуев.

Я хмурюсь.

— Давай сменим тему, — умоляюще прошу.

Она снова хихикает.

— Миша тоже совсем не любит об этом говорить. Мы можем сменить тему, но я хочу тебя попросить, Саша.

— О чем?

Ее лицо принимает обеспокоенное выражение, а голос дрожит:

— Наш Яр может казаться странным.

— Да уж…

— На это есть целый ряд причин, но… мы — его друзья — любим его вот таким. Очень тревожно наблюдать, как он теряет самое важное для молодого хоккеиста — свое здоровье. У Загорского сейчас серьёзные проблемы с коленом. И это посреди сезона. Его первого сезона в Лиге… Поверь мне, операции — крайне неприятная штука для восстановления.

— Я верю. — говорю подавленно.

— На самом деле, где-то за буреломами и скверным характером скрывается совсем не жестокое сердце Тайги, а очень даже доброе и честное. Поэтому, если ты и правда решила развестись — скажи ему об этом прямо. Пожалуйста, Саш.

— Уже сказала. Ты думаешь, он меня послушал?

— Это в их стиле, — Аня закатывает глаза. — Нападающие не знают, что такое «задний ход». Из всей четверки самый разумный — Кавказ. Давид защитник и умеет вовремя отступать. У Авдеева и Загорского эта функция в принципе отсутствует, но сейчас это даже на руку.

— Что именно?

— Значит, Ярик одержим идеей тебя вернуть? — она хитро спрашивает и что-то там думает в своей светлой голове.

— Вроде так. И я не знаю, что с этим делать, потому что свое решение не поменяю.

— Чем больше ты будешь сопротивляться, тем хуже. Поверь мне, Саша. Я этот характер отлично знаю.

— И что ты предлагаешь?

— Это… как с пирожными, — выковыривает малинку ложечкой и демонстрирует ее мне. — Необязательно съесть все. Принимай его ухаживания, отдыхай и расслабляйся. Со временем Ярослав остынет и все поймет, если ты, конечно, не передумаешь.

— Не передумаю. Думаешь, сработает? — хмурюсь.

— Это единственный вариант, чтобы он успокоился, вернулся в график и занялся своим здоровьем… Это твой или мой? — спохватывается от громкой мелодии.

— Мой, — ныряю в рюкзак, чтобы отыскать телефон. — Это как раз он. — ворчу, отвечая. — Да.

— Привет, Саш. — голос Яра звучит бодро и настойчиво, а я до сих пор не могу привыкнуть к мысли о том, что мы были близки.

Это очень странно — говорить с человеком, который знает тебя немного больше, чем все.

А ты знаешь его.

— Привет. Как твоя нога? — разговариваю чуть строго.

— Нога на месте. — отмахивается.

— Ясно.

— Поужинаем сегодня, Саш?

— Даже не знаю.… - растерянно смотрю на Аню.

Она словно прислушивается, но делает это крайне деликатно.

— Можно заказать что-нибудь…

— Если ты думаешь, что я приеду к тебе… — завожусь от одной мысли.

— Эй, я понял. Давай поужинаем где-нибудь. Я за тобой заеду…

В моей голове миллионы мыслей, которые схлопываются в секунду, когда тонкие пальцы Ани находят ещё одну ягодку.

Ведь необязательно есть все пирожное.