А это точно боярка? 3 (СИ) - Дэвлин Джейд - Страница 32

— И как тебе папенька? — Игорь хоть и сказал, что побег возможен, но сам никуда не торопился. Наоборот, еще и меня притормозил цепкими объятиями. — Это важно, куколка, так что кайся. Какую феерическую шокирующую гадость сказала отцу, что он не устроил мне очередную лекцию на тему моей никчемности, распущенности и прочих великолепных достоинств?

— Я сказала⁈ А ты не хочешь поинтересоваться, дорогой жених, что мне сказал свекор⁈ — возмутилась я.

— Ты живая, невредимая и болтливая в пределах нормы. Депрессивных мыслей и признаков глубокого транса в глазах не замечено. А отец — наоборот. Как ты когда-то выразилась, «ушел в себя, вернусь не скоро». Выводы?

— Да тьфу на вас! Обоих!

— Не надо. С тех пор как папенька овдовел, это чревато. Плюнет в ответ, а сдерживающего фильтра в виде моей матери на пути ледяного потока ярости не окажется. Все потом станем экспонатами в музее ледникового периода, теми самыми, что пролежали под айсбергом тысячи лет, и даже еда в желудке не истлела.

Ну вот… приехали. Вскользь, шутливо, будто ничего не чувствуя, сказал мне о том, что его мать умерла. Если бы я не сидела прижавшись к нему чуть ли не половиной тела, если бы не прокачанный навык палача, позволяющий чувствовать чужую душевную боль, я бы даже подумала, что ему реально все равно.

Но нет.

Ему больно. Очень-очень больно. И об отце он всерьез беспокоится. Просто не умеет делать это открыто. Наследственное подледное и глубоководное змейство не дает. Да и сам родитель явно не жалует проявлений хоть какой-либо слабости или жалости. Особенно по отношению к себе.

— Плюх… — Огорченный вздох раздался где-то в районе моей левой подмышки, и шею Горыныча обвило пухлое розовое щупальце, погладило за ушком. — Плю-у…

— Э… кхм! — Игорь дернулся было, но тут же едва не расплылся по моему декольте мягкой тряпочкой, а потом недоуменно зашипел сквозь зубы и положил ногу на ногу. — Что ты сделала?

— Я? Хм… погоди-ка. Уточню. Плюнечка, радость моя, это что сейчас было⁈

«Расслабьтесь, хордовые. Ребенок просто отреагировал на аномально скакнувший гормональный фон твоего партнера. Поправил как умел. У симбионтов есть такая функция. Переборщил, конечно, с окситоцином, дофамином и сератонином, но это не смертельно. Если совсем плохо станет, Лилит выправит».

«Ерш вашу медь! — хором откликнулся потрясенный Горыныч. — А стояк откуда⁈ Зачем⁈»

«Ну ты еще глубже нырни в ее молочные железы, тебе и оргазм с ходу прилетит, не заметишь, с какой стороны. Нечего на Плюнечку пенять, коль у самого недотрах!»

«Вот это как раз не моя вина! — ответил ментально байкер. — Это Надежда всех держит в черном теле».

«Ты женись сначала, потом будешь претензии предъявлять. И вообще, кто первый встал, того и тапки, в смысле жена».

«Ну спасибо за сравнение, дорогой. — Я развеселилась. — Какие же вы у меня тут любящие, романтичные и вежливые, не налюбуюсь просто!»

— Ваши светлости, — возникший подле нашей лавочки лакей с военной выправкой строго поклонился, — прошу за мной. Возникла ситуация, требующая вашего присутствия.

Глава 37

Внезапно и тревожно

— Итить-колотить, — сказала я и зачем-то прикрыла ладонью глаза Игоря.

Хотя на самом деле он все и так уже прекрасно разглядел. И впал в закономерный ступор. Потому что родной отец внутри примерзшей к стене коридора ледяной глыбы, кое-где пропитанной кровью, — это слишком даже для трехголового дракона.

— Он… — хрипло выдал Горыныч, убирая мою ладонь с лица и судорожно вглядываясь в замерзшее тело. Мужчина внутри был мертвенно бледен, настолько, что отдавал синевой. Две страшные раны: одна насквозь пробила плечо, другая — грудную клетку. И если честно, я тоже предположила худшее.

«Живой, — сообщил главное и самое нужное Немезис, аккуратно обвивая Игоря лиловыми щупальцами поверх пухлых и розовых. — Но в стазисе. И защитные механизмы активированы на полную мощность. То есть его, по идее, можно разморозить…»

Горыныч резко выдохнул и попытался осесть на пол, но щупальца не дали. Лиловые удержали, а розовая Плюнечка полностью переползла на него и тихо, успокаивающе попискивала, прячась в блондинистой прическе. Гладила всеми конечностями.

— Это главное, — спокойно-авторитетный голос правителя пришелся очень кстати.

— Ваше величество! — Игорь резко обернулся к императору, прошедшему сквозь плотный кордон охраны, как нож сквозь шелк.

— Он жив, — подтвердила императрица, появляясь вслед за мужем. — Но… мы не можем его разморозить. Во-первых, лед принадлежит твоему отцу. И пока князь Снегов жив, его магия подпитывает собственный саркофаг.

— А во-вторых, если его разморозить в таком состоянии, он умрет, — дополнил его величество. — Потому что оружие, которым ранили Олега, было отравлено. Пока он в стазисе, яд не распространяется.

— Нельзя дать противоядие в первые же секунды? — хрипло спросил мой дракончик.

— Рана едва не задела сердце. Возможно, хватит и пары секунд, чтобы шансов на спасение не осталось. Нападающий бил наверняка. Но это не главное. У нас нет нужного противоядия. Потому что мы не можем даже проанализировать, чем именно отравили твоего отца. Его собственный лед не даст добраться до плоти.

«Я могу, но…» — не слишком уверенно начал было Немезис.

«Сколько⁈»

«Что ты хочешь за это⁈»

«Кого убить⁈»

«Где⁈»

«Как быстро⁈»

Парадокс, однако. Орать мысленным хором втроем — это для нашего дурдомика уже привычно. Но когда вопросы сыплются с пяти сторон и так синхронно…

Ну да. Я, три головы и, как ни странно, зайчик.

А еще я получила о-о-о-очень серьезный взгляд от ее величества императрицы Елизаветы. Которая нас, как всегда, прекрасно услышала.

— Говори, демон. — Его величество вмешался в разговор как нормальный человек, вслух.

— Я сам решу, как и с кем разговаривать, смертный, — зловеще донеслось сверху, но мягко обвившее меня щупальце Лилит говорило о том, что кошмарик лишь играет на публику.

«Я могу попробовать добыть из системы нужное задание. — Немезис сказал это прицельно мне на самом глубоком уровне ментала. — Но квест будет достаточно рискованный, ты должна понимать. Может оказаться далеко не под твой уровень развития».

«А просто универсального противоядия в твоем магазине нет? Я помню, там были снадобья».

«Нет, сладкая, не прокатит. Для доступа в магазин, способный выдать нейтрализатор всех ядов, тебе нужен пятидесятый уровень, не меньше. Времени для такого глобального кача просто нет. Тут либо — либо. Либо списываем свекра как проходного НПС, либо берем квест на его спасение и последующую ответственность».

«Ответственность?»

«Угу. Участие в нашем квесте-спасении автоматически сделает его частью основного сюжета. Как и домового».

«А он еще нет?»

«Ну… хм… — Маска Немезиса снова немного поплыла, обнажая неуверенный взгляд в окружении лиловых теней. — Ты ж сама говорила, что тебе уже хватит…»

Он еще что-то пробурчал шепотом, но я на нервах не обратила на это внимания.

«В любом случае лучше живой сюжетный свекор, чем мертвый отец нашего дракончика. Жаль, маму уже не спасти».

«Угу, согласен. У ребенка и так шок, она не справляется с гормональным фоном твоего партнера, хотя искренне старается. Ей такие усилия еще не по возрасту».

«Может, забрать малышку⁈ — невольно отвлеклась я. — А то они друг друга укачают гормонами, сейчас нам только этого не хватало».

«Лучше не трогай, Лилит следит и отреагирует, если что. Успокой жениха и их величеств, а то они сейчас все кинутся».

— Мы с демоном попробуем, — опять же вслух отрапортовала я. Несколько поспешнее, чем обычно, признаю. Потому что реально все окружающие выглядели так, будто вот-вот настучат по голове. Причем не демону, а мне!

— Что он попросил взамен? — тут же насторожилась императрица.

— Мучить меня собственным присутствием и прочими ужасами вечно, — совершенно серьезно ответила я и хмыкнула. — У меня другой вопрос. Кто напал и зачем? Пора прятать наследников? Вам своих, мне своего? — И я притянула опрысканного Плюнечкиными успокаивающими гормонами Игоря поближе. — Если я правильно понимаю, князь Снегов — глава имперской службы безопасности. Нападение на него… у нас что, переворот на носу? Интервенция? Еще какой-то пи… пухлый северный зверек?