А это точно боярка? 3 (СИ) - Дэвлин Джейд - Страница 18

— А тебе самому нравится? — Я шмыгнула носом и вытерла все же пролившиеся слезы о его плечо.

— Что значит «нравится»? — Сорок второй завис. — Я никогда не задумывался. А тебе не нравится?

— Мне нравится то, что нравится тебе, — терпеливо пояснила я. — Просто номер и сокращение — это как-то… ну не знаю… мелко для такой сильной и великой сущности. Тем более ты очень важен мне, понимаешь?

— А, хм. Если честно, не совсем понимаю, как одно соотносится с другим. Но раз тебе это так важно, можешь назвать сама. — Странная дрожь прошла по телу кошмарика.

— Немезис? — вырвалось вдруг, я даже подумать не успела, прежде чем озвучила. Странно, а такое имя вообще существует? Откуда оно в моей голове выскочило?

— Как⁈ — дернулся кошмарик и одарил меня взглядом полностью круглых глаз, увеличившихся до размеров чайных тарелочек.

— Не нравится? — огорчилась я, внутренне вздыхая. Ну да, было бы удивительно, если б я сразу угадала с нужным.

Но тут у меня над головой послышался странный треск-звон. Будто кто-то уронил на мрамор стеклянную посуду. И не успела я понять, что происходит, как на меня упал… осколок маски.

Глава 21

У нас Лилит проголодалась

— Так теперь и будешь сидеть? — переживала я, ощупывая впавшего в оторопь сорок вто… Немезиса, с которого сыпались последние осколки маски. — Хорошо, что ни челюсть, ни глаза не задело! Ау! Ну приди в себя, не пугай! Я же не могла тебя сломать нечаянно⁈ Что с этой маской не так, без нее невозможно, что ли⁈

Я даже разглядеть его лицо с перепугу забыла, хотя казалось бы, что может быть интереснее? Но нет, мне важнее было понять, серо-лиловый оттенок кожи, как на животе, — это природное или он таки задохнулся⁈ Уже две минуты не дышит, не моргает и вообще никак не реагирует! Просто смотрит куда-то в пространство.

— Без нее… непривычно, — наконец хрипло выдохнул сорок второй. — Чувствую себя голым. Нет, даже хуже.

Немезис медленно коснулся пальцем в перчатке своего лица и тут же отдернул руку, будто его обожгла собственная кожа. Потом недовольно покосился на дневное светило, пару раз моргнул и сощурился слегка слезящимися глазами.

— Я тебе дам голого! — Слезы так и брызнули. — Напугал! С ума сошел, что ли, я думала, ты насовсем поломался!

Кошмарик снова моргнул, сфокусировал на мне взгляд живых ярко-лиловых глаз без белков и осторожно тронул мою мокрую щеку рукой, с которой волшебным образом исчезла перчатка.

— Ты плачешь? Почему?

— Потому что ты дурак и не дышишь! Я испугалась, сколько раз говорить⁈

— Ты? Испугалась? Да ладно. — Его интонации довольно быстро вернулись к исходно ехидным, но с оттенком недоверчивого изумления. — Да ты на всю голову чокнутая пользовательница, неужели умеешь бояться? Правда, что ли? Не верю!

— Ну и два раза дурак! Я не за себя испугалась, а за тебя!

— Мы ведь уже обсуждали мои особенности и отсутствие потребления какого-либо воздуха в ванной. Неужели забыла? — намекнул он на наши шалости с его языком под водой.

— Я не энциклопедия на щупальцах! Я не могу все помнить! С чего она вообще разбилась⁈

— С того, что ты сказала кодовое слово и разблокировала мне часть закрытого архива, — задумчиво вздохнул Немезис и притянул меня к себе. Целоваться. Нет, я не против, но…

— Вот они, красавчики! Пикник с развратом устроили, а мы носимся, как безголовые петухи, по всему городу! — Горыныч даже рычал теперь хором на три голоса. Или на четыре? Мамочки, он что, еще одну голову вырастил⁈

А, нет… уф! Это просто очень сердитый некромант на подпевках. А вообще, эти два туловища встали над нами руки в боки и одинаково дышали огнем прямо сквозь прикрывающие меня полупрозрачные. и, наверное, кроме меня, никому не видимые щупальца.

— Мы снимаем стресс, — довольно спокойно выдохнул Немезис.

— А ты еще кто? — не сразу сообразил Александр.

И действительно, кроме костюма, сейчас расстегнутого и помятого, о прежнем сорок втором напоминали только фиолетовые глаза. Он даже щупальца где-то спрятал и потому мог сойти за обычного человека. Ну… издалека. Сильно издалека. Все-таки цвет кожи у кошмарика скорее ближе к какому-нибудь дроу.

— Это, случайно, не тот, кто похитил нашего домового? — прищурился Горыныч. — И воспользовался Надеждой⁈

— Кто кем воспользовался, — хмыкнул сорок второй. — Ладно, я допускаю, что вы ослепли, но неужели еще и оглохли? Голос я не менял.

— А… — моментально успокоился некромант, опуская обратно на землю дикий сонм каких-то кусачих скелетиков, похожих на рыб. Кажется, он их не сходя с места призвал, подняв всю наумиравшую за лето парковую живность от мышей и белок до последних кузнечиков. Странно только, как из всего вышеперечисленного получились эти костлявые пираньи. — Айс… я уж испугался, что у нас пятый. Или седьмой? С вами же замучаешься считать.

— Я у вас первый. — Немезис встал с мокрых кленовых листьев, не выпуская меня из рук. Критически оглядел понабежавших и вручил-таки меня Горынычу со словами: — Уронишь — прибью.

— А где домовой? — Драконьим туловищем на данный момент рулила голова байкера-коллекционера, так что хотя меня и сжали покрепче, но вопросы посыпались исключительно меркантильного характера: — Не догнали? Я даже привязки не чувствую больше… Кто посмел разорвать⁈

— Я. — Мне не хотелось сейчас врать или что-то придумывать. — Я его отпустила.

Немая сцена. На заднем фоне пару раз каркнула ворона. Попыталась было каркнуть в третий, но подавилась: ее перехватило щупальце, и послышались отчетливые звуки кулинарно-пожирательного характера. При том, что Немезис рот не открывал, птичку явно зажевала Лилит. Проснулась, лапочка.

— Лилит очнулась. Сильно голодная. Скоро будет рожать, — подтвердил мои догадки сорок второй. — Жди обещанную личинку. А вы не стойте, как примерзшие к сталактитам! Не видите, гаремовладелица на грани нервного истощения: расстроенная, рыдающая и уставшая после долгого незапланированного испытания! Да, этот паршивый неблагодарный сид смылся. Но неужели позаботиться о ней больше некому?

— К-как отпустила? — вышел из ступора Горыныч. — Погодите… а как же…

— Я и тебя могу отпустить, если кроме домового тебе от меня ничего больше не нужно. — У меня вдруг заболела голова, сдавило виски и запершило в горле. — Поставь меня, пожалуйста, на землю, я вполне в состоянии сама идти.

— Ты о чем? — Байкер исчез, и на меня подозрительно прищурился ледяной кошак-зануда.

— О том, что у тебя появился формальный повод разорвать помолвку и жить спокойно, — пояснила я, попытавшись вывернуться из его рук и встать на ноги.

А фигу мне. Еще крепче сжали.

— Даже. Не. Думай! — прошипел ледяной, яростно сверкнув на меня глазами. — Ты моя!

— Да с чего вдруг⁈ Ну правда… мы знакомы полтора дня от силы. И то против твоего желания!

— Про мои желания мне лучше знать! Я сказал нет! И вообще, конкурент с возу — дракону легче. Возвращаемся! Сейчас же! А домового я другого поймаю, благо твой демон принимает золотыми монетами и душами грешников. Так что любой веник раскачаем до нужного состояния.

— Мелкого брауни для работы по дому поймать действительно несложно, — подтвердил Немезис, снова надевая на лицо маску. Только теперь она была… не настолько монолитной, а еще по форме немного другой. — Думаю, уровня после пятидесятого можно будет и кого покрупнее заарканить.

— Не нужно. — Я вздохнула, положила голову на плечо дракону и закрыла глаза. — Не хочу… Извините, кажется, я действительно устала.

— Еще бы ты не устала, сладкая. Сутки по закрытому пространству за всякими зайцами бегала. — Голос Немезиса слышался приглушенно, как сквозь толстое ватное одеяло. — Вы на чем прикатили? Догадались хоть нормальный транспорт организовать или летели на двух колесах, как придурки? А то и вовсе на платформе некроманта.

— Хуже, — мрачно ответил из глубины Горыныча чем-то озабоченный русал, целуя меня в висок. — Мы добирались на поезде-призраке. И да, нам еще придется объяснять дяде, как произошла встреча поезда и монумента императора-основателя на площади, где отродясь не было никаких рельсов.