Не паинька для Буйного - Ромеро Екатерина - Страница 3

— Да не переживай, Ярдан, ты выглядишь как жених, найдешь еще.

— Я не переживаю. Если есть еще где-то мое — найду.

При этом Ярдан на миг бросает взгляд на меня, и, резко развернувшись, я ретируюсь на кухню.

Он разведен, хотя какое мне до этого дело? Никакого, честно, но почему-то улыбка сияет на моих губах.

Беру торт, но он тяжеленный. Катя постаралась на славу.

— Давай помогу тебе. Не поднимай тяжелого.

Не знаю как, но за моей спиной дядя Ярдан вырастает, как гора. Подходит ближе и ловко перехватывает у меня с рук этот двухъярусный торт с банановой начинкой.

— Спасибо.

На миг наши ладони соприкасаются, а у меня словно заряды по телу, вибрации, аж до костей пробирает. У него руки теплые, большие.

— Куда нести, к столу сразу?— Нет. Порезать надо. Сейчас

От волнения даже забываю на миг, где у нас эти... ну эти, ножи лежат. Вся трепещу, как дурная стала. Дядя Ярдан просто неотразим, и от него так приятно пахнет, что у меня маленько кружится голова. Как у пчелки, попавшей в цветущий яблоневый сад.

— Лунная девочка, тебе идет.

Его бас выводит меня из равновесия, и очередной кусок торта выходит не по линейке ровным.

— Что?

— Цепочку носишь. Полумесяц.

— А, да это же ваш подарок, ношу. Спасибо. Люблю космос. Звезды там, месяц, Марс. Я и на скрипке немного играла.

Остановись, Кристина, что ты несешь, умоляю!На это дядя Ярдан усмехается, и, кажется, в комнате становится светлее.

— Честно говоря, я тебя не узнал.

— Правда? Так сильно изменилась?

— Да не то слово. Красивая стала, а такая чудная была. Еще и со спиной своей поломанной столько намучилась.

Сглатываю, сердечко прыгает в груди. Он считает меня красивой, боже.

— Да, полгода по больницам. Реабилитация, потом массажи, гимнастика, плавание. Рустам с Катей все время со мной тягались, так что через год уже бегала. Игорю тоже спасибо, он на ноги поставил.

— Да, Игорек у нас золото. Памятник бы ему, честно говоря, за все. И всех.

— Он часто сказки про бандитов рассказывает. Такой кошмар выдумывает.

— Не сказки это, лисичка. Ни разу не сказки.

Распахиваю губы, как-то неловко мне. Аж щекотно внизу живота, когда он рядом.

— А я вас сразу узнала, дядя Ярдан.

Он переводит строгий взгляд на меня, и я тут же жалею, что ляпнула такое. Аж скривился.

— Ты можешь по имени меня называть, Кристи.

— Хорошо. Поняла.

— Что, постарел я?

— Вовсе нет.

Неловкая пауза, кусаю губы, а дядя Ярдан отводит взгляд почему-то от меня. Словно я такая некрасивая.

— Что, как по учебе, нравится универ?

— Нормально.

— У вас тут покурить можно, Крис?

— Да, только на веранде, а то Катя прибьет.

— Хах, прибьет? Ну-ну, я ее совсем другой помню. Давай показывай вашу веранду.

Протискиваюсь рядом с ним и распахиваю дверь. Тут выход из кухни во двор, и сейчас тут уже все залито летними цветами.

— Красиво тут у вас.

— Спасибо, это Катя за цветами и садом ухаживает.

— Да, расцвела Катюха с Рустамом. Кто бы мог подумать.

— Дядя Ярдан то есть Ярдан, спасибо вам за зайчонка, он очень милый.

Улыбаюсь, но Ярдан молчит. Глядит вдаль. На меня совсем не смотрит.

— Не за что.

Вижу, как достает сигареты, закуривает, глубоко затягиваясь, а я дым этот вдыхаю, и слегка кружится голова. И руки у него такие красивые, крупные, с выступающими венами на кистях.

— Можно мне?

— Что?

— Можно сигарету? Курить охота.

На миг он поднимает брови и прячет пачку сигарет в карман.

— Нельзя.

— Почему?

— Потому что рано.

Это меня просто выводит из равновесия.

— Мне девятнадцать, я студентка и ничего не рано!

Но он ничего не говорит и сигарету тоже не дает.

— Обойдешься.

— Ну вы и жадина!

— А ты, как я вижу, в Рустама пошла характером.

— Я пошла характером в саму себя, и вообще, я паинька! Так что, дадите сигарету?

— Нет. Девушкам дымить вредно. Дети зеленые будут.

— Не будут!

Фыркаю и, резко развернувшись, забегаю в дом. Сердце колотится в груди, сама хватаю этот торт и тащу в гостиную. Обойдусь без его помощи, такой важный!

И дети не будут у меня зелеными! Ну что за бред?! Хотя курить после этого резко перехотелось.

И вообще, почему это он меня поучает? Тоже мне, воспитатель нашелся.

Глава 4

Отчим сломал мне позвоночник одним точным ударом ноги. Я помню это, и, хотя уже прошло столько времени, порой мозг запоминает самые страшные вещи лучше всего. Еще я помню, как лежала закрытая в каком-то сарае и не могла встать. Ноги почти меня не слушались, спина так болела, и я звала Катю. Все время.

Она мне и сестра, и мама была, и все вместе просто. Катя меня спасла вместе с Рустамом. Буквально — они спасли мне жизнь. Рустам вытащил меня из того сарая, он защитил меня от плохих людей, и там тоже был Ярдан.

Честно говоря, я не все запомнила, только обрывки фраз, выстрелы, а потом была больница, где я познакомилась с Игорем. После этого отчима я больше никогда не видела и не горела желанием знать, куда он делся.

Никто эту тему никогда не поднимал, хотя я догадываюсь, что сделал с ним Рустам. Он тоже в прошлом бандит, хотя иногда как посмотрит, желание спорить с ним отпадает сразу.

Но Рустам хороший, я рада, что он уже столько лет делает мою сестру счастливой, но я сама чувствую одиночество. Да, у нас все есть, в доме бегают эти шалопаи Кира с Демидом, но я одна. И я всегда словно была одна. Я не чувствовала себя сиротой, но в то же время мне тоже хотелось быть любимой, как Катя.

К сожалению, в универе выбор парней печальный. Все какие-то ну придурки, честное слово, и, пока другие девчонки уже перебирают женихов, у меня никого нет и не было.

И вот сейчас, уже поздно вечером за столом, я сканирую дядю Ярдана, сидящего напротив. После того нашего диалога на веранде он больше вообще со мной не разговаривает. Все с Рустамом и Игорем говорит, они пьют уже не знаю, какую по счету бутылку коньяка. Дети уже уснули давно, а Катя с Наиле начали убирать со стола потихоньку.

И тут я не выдерживаю. Такой игнор просто выводит из себя.

— Дядя Ярдан, у вас что, шея болит? — пользуясь случаем, когда Рустам вышел, задаю вопрос, как умею — в лоб.

— Что?

О, наконец-то, его величество обратило на меня внимание.

— Да так, ничего, — бубню, а он снова отвернулся. И снова ноль реакции. Ярдан не смотрит даже на меня, аж лицо прикрыл ладонью почему-то, словно я какая-то зеленая, ей-богу.

Настроение тут же испортилось, я надулась и замолчала, а после Игорь с Наиле домой заспешили, ну и Ярдан тоже собрался уходить.

И теперь, стоя в коридоре, я не знала, увижу ли его еще. Не снова через несколько лет, а хотя бы через неделю.

— Спасибо, Катюш. Очень вкусно готовишь.

— Не за что. Не пропадай.

— До связи. Рустам, позвони мне. Обсудим.

— Хорошо.

Они жмут друг другу руки, а я так и стою, не двигаюсь. Мне хочется, чтобы Ярдан тоже меня обнял, поцеловал, как при нашей встрече, но он лишь коротко бросает:

— Спокойной ночи, лисичка!

Три простых слова и его широкая улыбка. Он вообще не захмелел, в отличие от Игоря, которого Наиле поддерживает за руку.

И все, поплыла Кристина, тронулся лед.

— Спокойной ночи, дядя Ярдан.

— Просто Ярдан.

— Угу.

Улыбаюсь в ответ, гости уходят, а я топаю в свою комнату, где в груде книг откапываю небольшой розовый дневник. Мне просто интересно, что я в нем тогда писала.

Распахиваю, быстро нахожу нужную страничку. Там простой шариковой ручкой нарисованы лисичка, луна и подпись: “Когда вырасту — выйду замуж за Ярдана”.

— Господи. Какой кошмар — усмехаюсь, стыдливо прикрывая губы ладонью, и откидываюсь на кровати, подтягивая к себе этого зайца. Как я могла вообще такое написать, вот дурочка.

Хотя, честно говоря, я рада, что Ярдан не женат. Та Ольга ему уж точно не подходила, и хоть я ее ни разу не видела, но уверена в этом на все сто процентов.