Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона (СИ) - Песцова Любовь - Страница 24

Хотя мне бы не помешало ещё раз оценить побочные эффекты. Хорошо бы историю болезни и полный анамнез собрать, но кто ж мне даст это сделать.

Эх, тяжела жизнь дилетанта, который возомнил себя профессионалом.

Если бы настоящий врач прочитал все мои умозаключения, что я старательно в заметки выписывала, отлупил бы меня этим же блокнотом.

— Как отдохнули, лорд Роуд? — спросила я.

— Великолепно. Практически курорт, — съязвил он.

— Как оплачено, так и… В общем, закономерно.

Он хмыкнул и даже как будто немного расслабился.

Единственное, что я знала наверняка — этого мужчину нельзя жалеть. Никогда. И ни при каких обстоятельствах.

Видишь, как ему больно? Значит, самое время отточить язвительность. Удивительным образом это помогало.

И ему забыть о боли, и мне душу отвести.

В долгу он, кстати, не оставался. Драконище мог выбесить за пару фраз так, что хотелось подносом треснуть.

— Ты невероятно добра. Не думала о карьере палача?

— Как вы узнали о моей детской мечте? Хотела в пыточных подвалах людей мучить, но в итоге выбрала мучить вас. Душе приятнее и кормят здесь хорошо. Кстати, сегодня ещё поручения будут?

— Нет. На сегодня это всё. Ты можешь быть свободна.

Я глянула на внушительную стопку бумаг на его столе. Либо секретные, к которым меня допускать не хотят, либо ещё что-то.

— Как скажете. На работу напрашиваться не буду.

— Кто бы сомневался. Не подскажешь, как мне досталась самая ленивая помощница в этом мире?

— Как оплачено, так и… ну вы поняли, да?

Хмыкнув, он взял бумаги и начал запихивать их в ящик стола. Из папки выпал документ, но Натаниэль этого, разумеется, не видел.

Бумага плавно спланировала и приземлилась краем на тот самый каменный постамент, который был аналогом Яндекс-станции.

Стоило ему лечь на этот артефакт, как комнату заполнил ровный, приятный голос. Тот, что я уже слышала раньше.

— То есть артефакт всё же работает, — сделала я вывод.

Я это и раньше знала, но заставить драконище чувствовать себя неловко — это дорогого стоит.

Вот только если он и должен был испытывать некую неловкость, то явно об этом не знал. Не было попытки быстрее убрать документ, который уличил его в обмане, дёрганных движений, никакого раскаяния на холеной физиономии.

Напротив, он откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и ухмыльнулся одним уголком губ. Нагло так. Провокационно.

После таких улыбок обычно к стоматологу записываются.

— Вполне.

— Тогда зачем я работу диктора выполняю? Ни за что не поверю, что читаю лучше вашего артефакта.

— Здесь согласен. Читаешь ты прескверно.

Натаниэль поднялся и снова безошибочно пошёл ко мне. Даже бледность прошла. Только небольшая ранка на губе напоминала о недавней боли.

Почему-то она притягивала взгляд?

— Тогда зачем всё это было?

Он остановился в полуметре от меня. Не заметил, что уже так близко или специально? Вот бы знать…

— А как ты думаешь, Ирэн? Зачем?

Голос сел на пару тонов и показался таким… пронизывающим.

На губах всё ещё играла улыбка, от которой веяло чем-то из категории «18+». А вот мой взгляд был по-прежнему прикован к небольшой ранке.

Наваждение какое-то!

— Господин…

— Натаниэль.

— Что?

— Меня зовут Натаниэль.

— Я знаю, — хрипло ответила я. — Но я ваша служанка.

— Помощница.

— Это как раз не существенно. Субординация существует не просто так.

— Не думаешь, что субординацию можно немного отодвинуть в сторону, особенно в свете того…

Он склонился так, что его лицо теперь находилось напротив моего. Так близко, что я снова увидела тонкие шрамы, выглядывающие из-под повязки.

— Что мы уже целовались.

Я сглотнула. Меня должны были возмутить эти намёки. Это ведь банальное домогательство на рабочем месте.

Такого во всех мирах и в любых веках хватало. И это всегда выглядело максимально отвратительно.

Но почему-то сейчас мысли о том, как неправильно поступает Натаниэль, даже не пришли мне в голову. Я просто пыталась оторвать взгляд от злополучной ранки.

Он специально себе губу прикусил, что ли?!

Да нет, вряд ли он понимает, настолько я ненормальная. Про прививку от бешенства я ведь ему так и не рассказала.

Может и зря. Уверена, после этой информации энтузиазма у него поубавится.

— Не думаю, что ту вашу провокацию можно считать поцелуем.

— Правда? А чем же её следует считать?

— Досадным недоразумением.

— Думаешь? А мне вот кажется, что всё совсем наоборот.

Я внезапно поняла, что пальцы мелко подрагивают, по позвоночнику пробегают волны мурашек, а дышать получается через раз.

Кажется, я попала!

Глава 25

Натаниэль был настолько близко, что я очень остро ощущала его запах. И сама дышала через раз.

А хуже всего, что вместо того, чтобы как приличная влепить пощёчину, оскорбиться и гордо уйти, я продолжала стоять, словно прикованная к месту.

— Подумай об этом на досуге, — хмыкнул он, после чего вернулся на своё место.

От разочарования хотелось закричать. И стукнуть его по контуженой голове. Авось последние мозги не выбью.

Какая ж сволочь чешуйчатая! Специально меня провоцирует. Что тогда, что сейчас.

А я ведусь как идиотка почему-то.

Прав он на мой счёт. Тупица. Ни дать ни взять. Идеально прозвище придумал.

Не говоря ни слова, я подхватила поднос с тарелками и удалилась. Внезапно время до вечера, которое теперь было свободным, показалось почти подарком небес.

***

Я пробовала отдохнуть. Поймала Айрис, которая всё же влилась в компанию местных ребят и даже рассказала малышне сказку.

Но быстро поняла, что такие методы отвлечения не работают. Нужно было чем-то занять мозги, и я снова засела в библиотеке, продолжая делать заметки.

Начала я с того, что разобрала составы, которые готовит мэтр Лаббе.

Утром в ход идут лекарства, которые выполняют роль антикоагулянта, а ещё как будто блокируют аутоиммунную реакцию. Именно это делает настойка лунного корня. Я хорошо запомнила все основные лекарственные средства этого мира.

Память Ирэн я подкрепила книгами, и постепенно алхимия наложилась на мои земные знания. Так что лунный корень я воспринимала как банальный преднизолон.

Откуда у дракона аутоиммунная реакция? Что он пытается отторгнуть? Свою вторую ипостась? Прочему?

Вопросы сыпались из меня, как подарки из мешка Деда Мороза. И я понимала, что это не предел.

Днём в ход шли более заковыристые формулы. Если разложить всё на составляющие и собрать воедино, я бы могла предположить, что это селективный ингибитор обратного захвата магической энергии.

Не добывают ресурс извне, а помогают эффективнее использовать собственный.

Вот только в комплексе с ним идёт весьма токсичное сочетание. По сути, аналог химиотерапии. Препарат с узким терапевтическим окном, а доза давно превышает максимальную.

Если у Натаниэля проблемы со второй ипостасью, то почему идёт именно такая схема? Сначала снижают иммунную реакцию организма, затем как будто уничтожают какой-то барьер и только после этого стимулируют магическую энергию.

Нет, я не думала, что его травят. За столько лет это бы давно вскрылось. Да и алхимики менялись — мэтр Лаббе был далеко не первым в этом доме.

Но всё же я не могла понять.

Без этих лекарств у Натаниэля не получается превращаться в дракона. Значит, в его организме есть что-то, что блокирует эту способность. И именно этот блок ломают лекарства.

Вечером шли составы, направленные на стабилизацию магического ядра. Медикаменты из подобных составляющих иногда дают детям, если магический дар проявляется слишком рано, или он слишком мощный.

Бывает так, что маленькое тело не выдерживает свалившейся на него силы, и тогда приходится стабилизировать магическое ядро внешними средствами. И так как местные алхимики не были склонны пытать детей, логично, что от вечерних лекарств особых побочных эффектов не было.