Случайная семья. Счастье на десерт - Лисовская Ирина - Страница 10

— Убью паразита! На корм рыбкам пущу, — злобно ворчу, спешно растирая пострадавшую ногу.

— Ух ты! — Поля выскочила из комнаты.

Она мигом опустилась на корточки и потянулась рукой к деталям, но я перехватила ее ладонь.

— Не трогай, а то еще заразишься через них вредностью. Пойдем завтракать.

Наступать на ногу было все еще больно, но, входя в столовую, я нацепила на лицо непроницаемую маску. Ни за что не покажу мелкому паразиту, что его план удался!

Артем уже сидел за столом и, увидев нас с Полей, демонстративно отвернулся. Отвлекаюсь от него лишь на пару минут, пока усаживаю дочь, и с удивлением замечаю на столе две чашки с ароматным кофе.

— Доброе утро, — цежу сквозь зубы из-за его выходки, а наследник Громова ухмыляется мне прямо в лицо.

Опять пакость подготовил? Смотри, мелочь, в эту игру можно играть вдвоем! Судя по звукам, доносившимся из кухни, домработница уже вовсю хозяйничала, я же уселась и потянулась за чашкой, что стояла ближе ко мне, но Поля закапризничала вдруг:

— Подвинься, — она беспардонно плюхнула на стол игрушку, нечаянно сдвинув обе чашки. — Моему единорогу нужно место.

Чашки перепутались, но я ничего сказать не успела, как в столовую вошел Ярослав. На нем был надет синий костюм, что идеально подходил мужчине, будто сшит для его одного; я с восхищением засмотрелась на мужа и пропустила момент, когда Громов, подмигнув нам с дочерью в знак приветствия, схватил со стола мою чашку с кофе.

— Как спалось на новом месте? — спросил, поднося напиток к губам. Замечаю краем глаза, что Артем вдруг напрягся и побледнел. Открыл рот, но, видимо, не решился ничего сказать и тут же захлопнул, со страдальческим видом зыркая на отца.

Глава 10

Ярослав сделал большой, уверенный глоток, но моментально закашлялся, резко убирая чашку на стол так, что та аж звякнула. Боже, что же в нем было? Бедный Громов пошел красными пятнами, на глазах выступили слезы, а лицо перекосило уродливой гримасой.

— Отлично спалось… — буркаю не вовремя и вскакиваю со стула, чтоб похлопать страдающего мужа по спине.

Он, благодарно кивнув, смахивает слезы и вопит на всю столовую:

— Марина Сергеевна! И, о чудо, к нам прибегает та самая домработница. Пышная женщина прилично за пятьдесят с добродушным видом окидывает сначала меня взглядом, потом мажет им по Полине. И на ее губах расплывается божественная улыбка, от которой мне тепло становится на душе.

— Ой, кто это у нас тут такой милый? — женщина подмигивает Поле, а та ей улыбается в ответ и машет пятерней.

— Марина Сергеевна, — напоминает о себе Ярослав, и она переводит на него взгляд. — У нас что, новый сорт кофе со жгучим послевкусием перца чили?!

— Батюшки, — женщина невинно моргает, хватаясь за сердце. — Да как так? Я же не могла сахар с перцем перепутать…

Краем глаза улавливаю, что Артем уже опустился на стуле так низко, что почти сполз на пол.

М-м-м, перец чили? Так вот какую пакость эта мелочь Ярославская мне придумал! Но Поля спутала все карты, и сюрприз достался его отцу, какая ирония.

— Да ладно, Ярослав, — спасаю Тему от минуты позора, ну и заодно ни в чем не повинную домработницу. — Вот, возьми мой кофе, там точно нет перца.

Его чашку отдаю в руки Марины Сергеевны, а условно свою пододвигаю ближе к мужу. И он пялится на меня с прищуром, так что аж зябко становится. Догадался? Клянусь, в его глазах сейчас горит что-то такое… убийственное, что уже мне хочется залезть под стол и слиться с текстурой паркета. В столовой воздух слишком напряжен, и не удивлюсь, если через секунду загорятся все лампочки.

Но, к счастью, Полина спасает ситуацию:

— Папочка, смотри, какой у меня единорог!

Сует свою игрушку ему под нос, а Ярослав, забирая ее, сразу расслабляется. И надо ж было нам вместе с малым выдохнуть в унисон, что не скрылось от внимательного Громова:

— Я так понимаю, кофе предназначался не мне, да, Артем?

— Марина Сергеевна, что у нас на завтрак? — спешно перевожу разговор, просто чтобы замять этот забавный конфуз.

— Сейчас-сейчас! У меня уже все готово!

Да, я бы могла прямо сказать, что та чашка была для меня, но какой теперь в этом толк? Артем, судя по опущенным плечам и бледному лицу, уже усвоил свой урок. Но откажется ли от пакостей в дальнейшем? Что-то сомневаюсь.

В итоге завтрак проходит… сносно. Поля без остановки болтает обо всем, даже с набитым ртом, Артем нехотя жует сырники, боясь поднять голову, ну а мы с Громовым обмениваемся совсем не любезными взглядами. Своим он так и подавляет, словно хочет подчинить себе, но хрен там! Гордо расправляю плечи и просто ем, посматривая на настенные часы. Пора бы уже Поле собираться в детский сад, если мы не хотим опоздать.

Доев, Громов встает из-за стола.

— Вам в сад надо? — поднимаю на него удивленный взгляд, пока вытираю Полине рот.

— Конечно. Как раз пора… — не дает договорить:

— Тогда собирайтесь, подвезу вас. Артем, тебя это тоже касается.

Ярослав остается, а мы втроем уходим вместе, и уже на втором этаже мне прилетает вдруг в спину гневный упрек:

— Ты можешь обдурить папу, но не меня, — шипит мелочь ярославская, я же, не оборачиваясь к нему, хмыкаю. — Вот выведу тебя на чистую воду, тогда папа вас обеих вышвырнет из дома.

— Желаю удачи, — увожу Полю подальше, а мелкий с грохотом закрывает дверь себе в комнату.

В машине неловкость зашкаливает, а мне, сидящей на заднем сиденье между Полиной и Артемом — жесть как некомфортно.

Выдыхаю лишь, когда мелкий выходит и скрывается за воротами школы. Но на переднее сиденье не пересаживаюсь, ведь напряжение все еще витает в воздухе. Есть у меня ощущение, что Громову с самого утра наступили на хвост, вон какие злющие взгляды кидает через зеркало заднего вида, бр-р! К счастью, до детского сада доезжаем быстро — сразу под шумок убегаю с Полей, та только и успевает крикнуть: «Пока, папочка!»

Но когда внутри лично отдаю дочь воспитательнице и возвращаюсь, то едва не захлебываюсь слюной от неожиданности. Ярослав, оперевшись о капот внедорожника, все еще поджидает меня. Да ну блин… Несмело подхожу и нервно улыбаюсь, на что Громов упирается в меня пронизывающим взглядом.

— Не думай, что заслужишь уважение сына, если будешь покрывать его выходки.

— Да не покрывала я его, — отмахиваюсь, но Ярослав не отстает:

— Алина, он пацан! Если накосячил, то должен ответить. И если ты дальше будешь вести себя с ним, как добрая фея, закрывающая на все глаза, то он и дальше будет думать, что из любой ситуации можно выйти безнаказанным.

— А я считаю, что он просто защищает свою территорию, как умеет. Сам подумай, мы с Полей свалились ему как снег на голову, логично, что он не может пока нас принять. А если я буду, как дите, жаловаться и сдавать его тебе, то никогда не заслужу уважения. Лучше ты с ним поговори по душам и объясни, что мы не собираемся воровать любовь его папы.

Громов невольно сжимает челюсти до хруста, будто не привык, что с ним так открыто спорят. Но в чем я не права? Я прекрасно понимаю поведение Артема — жил себе столько лет, горя не знал, а тут вдруг явились какие-то «оккупанты», одна из которых явно соперничает с ним за внимание отца. Да тут бы кто угодно встал в позу!

А еще непонятно, как долго Артем растет без матери и где она вообще, но это не мое дело, мы все равно через три года уйдем — так какой смысл мне лезть в чужую жизнь, расспрашивая, не страдает ли наследник Громова от отсутствия материнской любви?

Мне будто своих проблем с нерадивым отцом мало…

— Ладно, давай на этот раз ты закроешь глаза? Не надо подвозить, мне все равно скоро на работу, и так вчера полдня прогуляла. Боюсь, управляющий сегодня на флаг порвет, — вздыхаю, уже прикидывая масштаб трагедии.

Муж хмурится, словно само слово «работа», вырвавшееся из моих уст, ему кажется дикостью, но покорно кивает.

— Вечером пришлю за тобой машину, — бросает мне в спину, когда уже отдаляюсь от него.