Пепел доверия. Тетралогия (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 227

– Вижу – мрачно подтвердил я, глядя на картинку с дрона.

Дорога. Две легковые машины. Одна перевернута на бок, стекла выбиты, одна из дверей распахнута, белый капот залит еще алой кровью. Вторая машина поперек дороги, увязла передними колесами в канаве, двери раскрыты, в салоне никого, но крови… крови там хватает. Дрон поднялся выше, дал круговую панораму. Высокие заросли травы местами примяты, местами обнажена земля, усыпанная комьями корней с почвой, валяются какие‑то сумки, а вон лежит пистолет. Дрон крутнулся еще разок, я прямо будто воочию увидел как Эдди нашел самые приметные следы волочения и направил летучую муху следом, на небольшой высоте плывя к надвигающейся стене смешанного леса. Я машинально отметил растущие по краю березы, там глубже дубы и немного чего‑то елового. Дрон вошел под сень листвы, видимость ухудшилась, но ненамного. В этот момент была обнаружена оторванная женская голова с частично содранным скальпом и наполовину объеденным лицом. Тут же валялась мерзкая куча требухи – кишки я опознал сразу. Господи…

И тут следы кончались. Эдди крутнулся раз, крутнулся два, предельно аккуратно слетал в стороны, проплывая меж стволов, наконец вернулся и… начал подниматься. Заметив выражение моего лица и правильно его поняв – я не смог не скривиться при виде обглоданного тварями женского лица – Эдди пояснил:

– Куда‑то же остальное делось, верно? Кишки там были по пути… или еще что‑то из наших животов. Но тела где? Вот я и пошел вверх… а там…

– Ох‑х‑ху…! – выдал я, когда дрон наконец поднялся, повернулся и в его визоры попало расположенная на высоте примерно третьего этажа инсталяция.

Эдди нашел мертвые тела.

Их было пятеро. Трое женщин, двое мужчин. Тела полностью обнаженные. Одно тело без головы, все трупы со вскрытыми животами, внутренности вырваны, на ветвях застыла густая жижа, там же висит рваная одежда. И… все тела насажены на острия обломанных ветвей и сучьей. Они насажены и висят на крепких ветвях, вниз каплет всякое, распахнутые настежь животы показывают полную свою пустоту, изуродованные лица обглоданы и искорежены в гримасах.

А дрон продолжал крутиться, показывая, что острия ветвей вбиты в спины всем почти одинаково, ветки такие толстые, что телам там долго провисят в тенечке и на ветерке.

– Да твою же мать – пробормотал я.

– Что говоришь?

– Я говорю – да твою же мать! – рявкнул я, глядя, как дрон снижается и улетает прочь тем же путем что и прибыл – Это не случайность! Это… это…

– Ты смотрел фильм Хищник с Арни?

– Господи… они… я ведь правильно понял, Эдди? Ты наткнулся на их…

– Кладовку – кивнул Эдди и покосился на внимательно слушающую женщину у окна, наливающую себе из бутылочки в маленькую стопку, сверкающую серебром в лучах солнца – Они… даже сказать страшно, но они ловят нас и…

– Они заготавливают себе жратву – ответил я за него – Эти твари подвешивают нас в лесных кладовках как окорока… хотя вряд ли там что провялится, я читал что надо нарезать тонкими пластинками… ох дерьмо…

– Да… – Эдди кивнул и махом допил банку смешанного с водкой энергетика – Дерьмо… страшное дерьмо. Вот почему никому не показывал пока.

– Мне покажите! – попросили из дома – Меня уже давно ничем не испугать.

– Да почему бы и нет – вздохнул я, отматывая на начало ролика – Но в чат поселковый такое пока не надо… Эдди, у тебя есть интернет сейчас?

– Есть. Вышка пока работает. Отправить кому‑то надо?

– Да – кивнул я – Отправить Бажену – моему другу. И в военный городок. Вот же дерьмо…

– Беда бедой! – добавил для чего‑то он, шагая к домику – И знаешь, Тихон – те люди в машине, ну если я правильно понял по разбросанным вещам и оставленному в салонах машин оружию… они ведь даже не пытались всерьез отбиться. Сразу побежали… и их догнали, и порвали поодиночке.

– Да уж…

– А ведь они могли бы дать тварям по зубам!

– Могли бы? – ответил я вопросом на его утверждение – Не знаю…

– Да чего тут не знать⁈ Тварей надо было валить! От них не убежать! Все равно ведь смерть – так надо было продавать жизни подороже! А сумей они отстреляться – глядишь и спаслись бы!

– Говоришь то ты верно – вздохнул я, тянясь за лопатой – Но есть нюансы… Отнеси уже планшет, хозяйке нашей огородной…

Пока Эдди чуть суетливо занимался всеми этими делами, я предпочел последовать своим новоприобретенным инстинктам. Ну ладно… про инстинкты я загнул, так что назову их своими новыми привычкам: не сиди без дела, не позволяй мыслям расплываться на что‑то абстрактное вроде «ах ты ж боже мой, ну какой кошмар кошмарный» и все прочее в таком же духе.

Действуй, думай конструктивно. Не можешь конструктивно – вообще блин не обдумывай на эмоциях, лучше займись опять же действиями, желательно рутинными, дождись, когда в башке утихнут эмоции – и вот тогда начинай думать конструктивно.

Поэтому моя лопата снова вонзалась в податливую почву, с хрустом разрезая дерн и перерубая паутину таящихся там корней и склизкие тела дождевых червей.

Дать отпор… смешной ты, Эди… вот право слово… смешной ты…

Тут в новостях постоянно мелькают заголовки, что твари видят в нас лютых врагов… и это правда, ведь они готовы убивать нас даже ценой собственной жизни. Особенно когда твари только переродились и еще не набрались ума. Но кроме этого, что после просмотра того видео, абсолютно очевидно, что мы для них просто добыча, источник пропитания, источник белка и огромного количества жиров.

Что еще хуже – мы идеально вписываемся в их добычу по многим показателям.

Для начала – мы самая легкая из возможных добыч.

Даже голодную бродячую собаку тяжелее догнать и прикончить, чем рядового человека. А попробуй прикончи лося! А ну рискни и напади на дикого злобного кабана!

Ну а люди… мы мягкотелые, слабые, трусливые, неумелые. Нас отучили быть независимыми, жесткими, решительными, умелыми и злобными – все эти качества негласно порицались еще несколько месяцев назад. Обычный рядовой гражданин должен был быть спокойным, тихим, а на агрессию отвечать заявлением в полицию. Любые вспышки гнева нас учили подавлять еще с детства, если тебя кто‑то бьет – пережди, не давай сдачи, потом пожалуешься и его накажут. Но ты сам – не отвечай ударом на удар. Мы превратились в мягкую легкоуправляемую серую массу. И все как‑то работало, пока не появились твари… а на них жаловаться уже некому. Далеко не все из нас и сейчас дают отпор, мало кто отстреливается, в куче видеороликах я видел, как люди просто садились на корточки, закрывались руками и застывали в такой позе. Будто надеялись, что их не тронут. Некоторые руки поднимали – сдаюсь мол. Другие делали того хуже – заискивающе улыбались, протягивали руки и начинали говорить что‑то увещевающее…

Эдди говорит – они должны были дать отпор. Должны были! А как дать отпор, если ты испуган до состояния тотальной обосратости? Я никогда не забуду, как бегал от напавшего на меня толстяка там на парковке у Пятерочки. Как он преследовал меня, а я наворачивал круги вокруг машины и озирался, надеясь увидеть спасительного крутого мента…

Сейчас я уже совсем другой и продолжаю меняться, продолжаю с хрустом сбрасывать с себя прежнюю шкуру запуганного обывателя, но все равно во мне все еще очень и очень много страха. Так что я прекрасно понимаю, почему те люди предпочли бежать, а не дать отпор тварям – они просто запаниковали. А на то, чтобы справиться с этой паникой у них были считанные секунды… и в этот промежуток времени они не уложились, после чего были убиты, частично пожраны и насажены на острые сучья…

Что страшнее всего – не думаю, что в ближайшее время твари перестанут видеть в нас добычу. Мы – самый многочисленный вид на земле. Ну, не считая насекомых и некоторых видов рыб, наверное. В любом случае на муравьиных жопах тварям не выжить, а вот на диете из человечины – да вполне у них неплохо получается. Изредка разбавляют это дело собачатиной и кошатиной, что‑то из дикой фауны и неплохо себе живут… и дальше жить так будут припеваючи.