Пепел доверия. Тетралогия (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 119

– Да бензина мы тебе зальем полный бак, не переживай.

– Спасибо! А у меня еще пустые канистры в салоне…

Глава 8

        Глава восьмая      

Ребята служивые отдали мне спортивную сумку, где лежало ружье и кое‑какой боеприпас к нему, а затем солдат, чье лицо я так и не увидел, закинул мне туда же пару горстей уже знакомых патронов, жестом попросив не шуметь. Да я от радости окаменел и даже бровью не шевельнул, а он добавил еще горсточку и велел уматывать из большой брезентовой палатки сбоку от здания ДПС. Бензином меня заправили, а вот канистр заполнили всего две и приказали не наглеть. Жаль… прямо вот жаль… при этом я заметил два стоящих поодаль друг от друга бензовоза на противоположных концах почти пустой штрафстоянки, огороженной бетонным забором.

Отъехав на полкилометра, я ненадолго задержался и отметил блокпост у себя в навигаторе, дав ему простое название «Блокпост Рената». Отметил его я на всякий случай, а потом еще и пару маршрутов к нему прикину и запомню: вдруг придется удирать от кого‑либо, так хотя бы буду знать куда. В последнее время я вообще стараюсь ничего не упускать и быть максимально предусмотрительным. Дозарядить патроны в ТТ тоже не забыл, и теперь у меня снова полный магазин, чему я очень рад.

По дороге домой я записал немало голосовых сообщений, отослав их Бажену, Гришке и Велиору. Печатать я не мог, поэтому еще одно голосовое отправил в свой канал, кратко рассказав о своей встрече с военными, заверив, что парни работают над наведением порядка, после чего поведал подписчикам о Птичнике, расположенным под Тулой, и ниже выложил ссылку на ТГ‑группу и бот. Слова я старался подбирать очень тщательно, памятуя, что теперь в моем канале и чате живет «большой брат» с рыжей щетиной и усталыми глазами, которого я не забыл добавить в администраторы.

Останавливался я раза четыре, каждый раз выбирая одиночные машины на обочинах, но не торопясь вылазить и подъезжая почти вплотную, чтобы заглянуть в чужой салон. Тварей не встретил, хотя в одной машине кровью залиты были все кресла. Почти без разбора я выгреб все из бардачков, добыл еще одну канистру с бензином, пополнил запас инструментов, забрал все автомобильные аптечки и огнетушители, не забыл прихватить обнаруженную короткую лопату и хороший китайский фонарик с удивительной нехилой мощностью. Приятным довеском стали несколько пачек тонких сигарет с кнопками – такие не курю и не люблю, но кто знает, как жизнь обернется.

Домой я вернулся уже в потемках. Заехал внутрь, торопливо закрыл ворота и еще быстрее забрался обратно в салон внедорожника, где долго сидел в потрескивающей остывающим движком машине, устало уронив руки и удерживая губами тлеющую сигарету.

Ну и денек…

Странно, но почти закончившийся день казался мне одновременно очень длинным, почти бесконечным и в том же время слишком коротким и пролетевшим почти мгновенно.

Чего хотелось больше всего? Хорошего плотного ужина, а пока он готовится, позволить себе парочку в меру крепких висковых коктейлей. Этим я и занялся сразу же после того, как перетаскал все из машины, оставив внутри только пустую тару и коробку с припасами – для следующих «спасательных» вылазок. А я уже знал, что они обязательно будут. Просто знал – и все.

В честь пополнения боеприпасов ужин я решил себе позволить королевский: сначала сварил пельмени с говядиной, а потом обжарил их на сковороде с солидным куском сливочного масла до золотистой корочки, обильно поперчил, да и подал на стол с пылу с жару. Слопал целую пачку в один присест и блаженно откинулся на матрас, глядя в потолок. Желудок полный, и почему‑то меня совсем не волнует переизбыток съеденных калорий. В эти темные времена ЗОЖ только один – Зло, Остервенело Жить. Всем назло.

Но как же жаль, что не удалось вдумчиво побеседовать с офицером. Когда он дал мне возможность задавать вопросы, я вдруг растерялся, замямлил, бухнул первое, что пришло в голову, а ведь можно было спросить что‑то более значимое и конкретное. Хорошо хоть я додумался спросить про то, куда отвозить попавших в беду и не способных позаботиться о себе одиночек, и так узнал о Птичнике. И все же жаль, что внезапно приперся тот безымянный важняк при виде которого все подскочили, как ужаленные, а меня мгновенно выперли на улицу. Кем он был, тот усталый и уже седой грузный военный в камуфляже без погон? Не знаю. Лицо я его запомнил, и в целом можно полистать какие‑нибудь военные сайты – вдруг да узнаю – но зачем? Пустая трата времени. Главное, что я теперь знаю, как найти Рената в Телеграме, и через несколько дней, возможно, найду повод написать ему, а там дальше – как повезет.

Перевалившись на бок, залез в смартфон и сразу наткнулся на благодарственное сообщение от вызволенной мной из ловушки семьи. Они благополучно добрались до города, уже в квартире, где полным‑полно продуктов, и занимаются сейчас налаживанием безопасности по канонам из канала «Пепел доверия», а бабушка жарит картошку с луком. Все у них хорошо, и еще раз огромное спасибо спасителю Тихону.

Спасителю Тихону…

Закашлявшись, я ожесточенно потер ладонями вдруг полыхнувшие огнем уши.

Тоже, блин, придумали… какой я спаситель? Все, что сделал – перепилил березу, обрубил сучья и оттащил ствол в сторону. Но… но очень приятно…

Смешав себе не слишком крепкий коктейль, я посмотрел на лежащее на столе ружье, чье фото я уже отправил Бажену, но трогать его пока не стал и занялся люком в полу.

Воспользовавшись короткой складной и, как оказалось, не слишком удобной лопатой, найденной в одном из чужих багажников по дороге домой, я, делая перерывы на глоток коктейля и сигаретку, больше часа выбирал грунт под люком, наполняя ведра, оттаскивая их по постеленной пленке к выходу и там вываливая в тачку. Когда тачка заполнилась, начал выбрасывать грунт прямо на землю – завтра уберу. Все это время шел уже второй групповой созвон, в котором я участие если и принимал, то лишь в качестве пассивного слушателя. В моей голове что‑то зрело, но я пока молчал и ничего не предлагал – надо все обдумать получше.

Выкопав яму по размерам люка и глубиной чуть меньше, чем до колена, спустился вниз и посидел чуток, оценивая глубину. Ни фига недостаточно. Желательно углубить еще хотя бы чуток, а потом уже копать ход к задней части бытовки. Но уже не сегодня. Выбравшись, я закрыл люк, накрыл ковром и поставил сверху тяжелые ящики. Убравшись в пристройке, сполоснулся в тазике, рассортировал и разложил сегодняшнюю добычу, сожрал витаминку, выпил почти целую бутылку воды и завалился спать пораньше, зная, что все равно подскочу ни свет ни заря.

Еще один день прожит – и прожит не зря.

Ну и я не помер. И в тварь не обратился. Уже повод счастливо улыбнуться в подушку…

**

Вытянув ноги, я сидел на резиновом автомобильном коврике в темной сырой яме, упираясь затылком в подсохшую стенку и неспешно курил, выпуская дым в нависающую надо мной крышку закрытого люка. У бедра кружка с растворимым кофе. Через десять минут одиннадцать утра. На кое‑как отряхнутых от пыли и грязи коленях лежит работающий планшет, я внимательно слушаю выступающего мужика, впитывая каждое слово, изредка испуская странноватый смешок, никак не связанный с его выступлением. За ворот моей уже рваной футболки что‑то сыпалось, но я не обращал внимания – все равно грязный, как трубочист. И да, я сидел под домом и смотрел видюхи…

А хрюкающие смешки начались недавно и выскакивали из меня, как из дырявого мешка, по очень простой причине: я смеялся сам над собой, снова поражаясь тому, как круто поменялась сфера моих интересов. Раньше я обожал смотреть длиннющие видео на самые отвлеченные темы: как в Японии жарят мраморные стейки; как какое‑то племя в Африке пьет еще кипящий бульон и рвет зубами сомнительное мясо; как строят лесные псевдоубежища без всякой на то нужды; как выглядят устричные фермы; как путешествует по городу домашняя кошка с привязанной к ошейнику камерой… Я тратил на это целые часы каждый день! Часы своей жизни! Выбираясь в свободное время на улицу, чаще всего сидел один в кафе, пил нестоящий своих денег очередной модный кофейный напиток этого сезона, лениво проверял список желаемого в Стиме, радостно скупал игры по огромным скидкам, зная, что, скорей всего, никогда их не запущу. Потом опять – прямо в кафе – залипал на какие‑нибудь видосики… И прежде меня все устраивало. Но это было раньше. Наверное, уже в другой жизни, которая нескоро еще вернется.