Меж двух огней (СИ) - Птица Алексей - Страница 32

Город поражал суетой. После тишины сельвы и размеренности провинциальной Мериды он казался мне муравейником. Извозчики, конки, редкие всадники, кареты, пешеходы — все куда-то спешили. В воздухе стоял густой запах бензола и лошадиного навоза. Мы оставили коней и вещи в дешёвой гостинице «VentadelaPalma» и, наняв извозчика, отправились на нём в центр.

Через полчаса мы въехали на главную площадь Сокало, и я замер, разглядывая кафедральный собор, дворец правительства, старые колониальные здания. На углу стояли полицейские в синих мундирах, с револьверами на поясах. Они бросили на нас короткий взгляд, но не окликнули.

— К гостинице «Дель Коррео»! — скомандовал я извозчику, и мы двинулись дальше.

Гостиница «Дель Коррео», которую посоветовал падре Антонио, располагалась на улице Сан-Франциско, недалеко от центра. Двухэтажное здание с внутренним двориком, в центре которого журчал фонтан. Хозяин, пожилой метис с пышными усами, узнав имя падре, сразу стал приветливее.

— Комната для вас есть, сеньор, — сказал он. — На втором этаже, окнами во двор.

— Хорошо, — ответил я, — я остановлюсь здесь, мне всё нравится.

Разместившись в гостинице, я вышел на улицу вместе со своими спутниками, чтобы пройтись по городу и вдохнуть полной грудью ароматы древней столицы Мексики. Ароматы эти не всегда оказывались приятными, здесь мешались запахи жареной пищи, лошадиного навоза и дешёвого табака, но всё же в них чувствовался сам дух древности, величие и жизнь этого огромного города.

Нагулявшись вволю, я отправил Себастьяна и Пончо на извозчике в их гостиницу «Ventade la Palma», строго наказав не напиваться и без крайней нужды на улицу не высовываться. Сам же вернулся в «Дель Коррео».

Вечером, сидя у окна и глядя, как зажигаются огни Мехико, я думал о том, что самое трудное ещё впереди. Столица встретила нас настороженно, но без враждебности. Теперь необходимо увидеться с адвокатом Ангиано, передать письмо от падре и начать оформление звания. А затем: визит к генералу, взятки, патент или наоборот, сначала визит к генералу, взятки, патент, а потом к адвокату?

Мысли путались, но постепенно обретали порядок. Впереди ждали встречи с людьми, от которых зависела моя дальнейшая судьба. Но, с другой стороны, никто, кроме меня, не мог её изменить. Всё в руках человеческих, но и о Боге забывать нельзя.

Разложив на столе бумаги, полученные от дяди и падре, я определил для себя порядок действий на завтра и, успокоившись, заснул с лёгким сердцем.

С первыми лучами солнца я проснулся, оделся в новый, чистый костюм, который специально вёз для этого случая, и, оглядев себя в зеркало, вышел из комнаты.

С собой я взял лишь один револьвер, короткоствольный, удобный для скрытого ношения. Я купил его по случаю в оружейном магазине в Мериде. Всё же, я отвык ходить без оружия, чувствуя себя, как будто голым посреди сельвы, поэтому и пришлось обзавестись этим надёжным другом, который теперь удобно покоился под жилеткой сюртука.

Выйдя за порог гостиницы, я быстро поймал свободного извозчика и, коротко бросив адрес военной академии, тронулся в путь. Я решил, что лучше попытаться сразу поехать на аудиенцию к генералу, так как он всё равно уже должен обо мне знать, а если не получится, то тогда запущу тяжёлую артиллерию в лице адвоката. Может, это и неправильно, но я ни разу не попадал в подобные ситуации и, поколебавшись, решил поступить именно так.

Ехать оказалось не очень далеко, и вскоре я уже стоял на небольшой площади перед внушительным зданием. Постояв перед входом в парк, за которым виднелось массивное здание, где когда-то учился мой визави, я вошёл в приоткрытые железные ворота.

Замок Чапультепек, где располагалась Военная академия Мексики, возвышался на холме, поросшем старыми кипарисами. Оказавшись на внутренней территории, я невольно замер, разглядывая величественное здание, массивные стены, зубчатые башни, длинные галереи. Здесь когда-то жили императоры, а теперь учились офицеры.

У ворот меня остановили часовые. Я предъявил письма от падре Антонио и дона Альберто, а также рекомендацию полковника Моралеса. Солдаты пропустили меня, указав, куда идти.

Секретариат располагался на втором этаже, в конце длинного коридора. Я поднялся по широкой лестнице, постучал в дверь с табличкой и вошёл. Внутри, за большим столом, заваленным бумагами, сидел чиновник, невысокий полный метис с пышными бакенбардами и юркими, хитрыми глазами. Он окинул меня быстрым взглядом, задержался на моём костюме и спросил.

— Чем могу служить, сеньор?

— Я дон Эрнесто де ла Барра. Мне нужно передать письма начальнику академии.

— Начальник академии, генерал Состенес Роча, принимает только по предварительной записи.

— У меня есть рекомендации от падре Антонио, настоятеля монастыря Сан-Франциско в Мериде, и от дона Альберто Вальдеромаро, заместителя губернатора Юкатана.

Я положил на стол конверты. Чиновник взял их, повертел в руках, но вскрывать не стал.

— Это не освобождает вас от процедуры, сеньор. Нужно заполнить формуляр, подождать, пока его рассмотрят… неделя, может, две.

— У меня нет двух недель, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, и… я готов заплатить за ускорение.

Чиновник поднял бровь. Я достал из кармана стодолларовую купюру (да именно долларовую) и положил на стол, прикрыв ладонью.

— Это за ваши труды, сеньор.

Он посмотрел на купюру, потом на меня. Поколебался ровно секунду, затем быстро сунул деньги в ящик стола.

— Понимаю, дон Эрнесто. Хорошо, я попробую устроить вам встречу сегодня. Погодите немного.

Он вышел. Я остался один. В приёмной было тихо, только часы на стене мерно тикали, отсчитывая минуты и часы.

Минут через двадцать чиновник вернулся.

— Генерал согласен вас принять. Через час. Вас проводят.

— Благодарю, — ответил я, доставая ещё одну купюру, гораздо меньшего достоинства, и незаметно перекладывая ему. — Это за вашу оперативность.

Он взял деньги, не глядя, и спрятал в карман.

— Проходите, присаживайтесь. Я распоряжусь, чтобы вам принесли кофе.

Я благодарно кивнул и остался ждать в приёмной. Кофе оказался крепким, горьким, но я пил его, стараясь успокоить волнение, вызванное непредсказуемостью дальнейших событий.

Ровно через час появился адъютант, молодой лейтенант в безупречном мундире.

— Сеньор де ла Барра? Генерал вас ждёт.

Я поднялся, одёрнул сюртук и шагнул в кабинет.

Генерал Состенес Роча восседал за массивным столом, заваленным картами и отчётами. Это был мужчина лет сорока пяти, с густыми седыми усами и пронзительным взглядом чёрных глаз. Мундир сидел на нём безупречно, на груди поблёскивали ордена. Перед ним лежали вскрытые конверты писем, что я привёз с собой и передал секретарю.

— Дон Эрнесто де ла Барра? — спросил он, не поднимаясь.

— Так точно, сеньор генерал.

— Садитесь, — он указал на стул напротив. — Ваши бумаги я видел. Рекомендации от полковника Моралеса. Письма от падре Антонио и дона Альберто Вальдеромаро. Неплохо. Но почему вы не закончили академию?

— Болезнь, сеньор генерал, я заболел оспой, от которой умерли мои достопочтенные родителя, да и сам я, признаться, чуть не отправился им вслед. Пришлось уйти с последнего курса. Но два года учёбы дали мне основы тактики и научили обращаться с оружием.

— А практика? — спросил он, и в его глазах мелькнул интерес.

— Я командую отрядом асьендадос в Кастовой войне. Участвовал в перехвате контрабандного оружия, в рейдах на селения крусоб. Полковник Моралес в курсе.

Генерал кивнул, взял со стола рапорт и перечитал его.

— Похвально. Но звание лейтенанта — это ведь ещё и ответственность. Вы готовы к ней?

— Я готов, сеньор генерал. И я готов заплатить за то, чтобы процесс оформления прошёл, как можно быстрее.

Я достал из кармана конверт с тысячей песо и положил на стол. Генерал посмотрел на него, потом на меня. Молчание длилось несколько секунд.