Скованные Острова (СИ) - "Guiltythree" - Страница 150

Доспехи почти полностью закрывали его тело, а в нескольких щелях между стальными пластинами виднелся слой тонкой, но невероятно прочной кольчуги. Его лицо было скрыто за шлемом, который выглядел как маска без черт, лишь несколько вертикальных линий, прорезанных в нем, обеспечивали приличный уровень видимости.

В прорезях забрала гнездилась тень, создавая темный и зловещий образ.

Вокруг его талии был обернут кусок черной ткани, удерживаемый широким поясом из темной кожи, а также капюшон, обеспечивающий дополнительную защиту головы и шеи.

На удивление, доспехи не только не казались тяжелыми, но и не сильно ограничивали его подвижность. Конструкция была настолько замысловатой, а стальные пластины так идеально прилегали к телу и друг к другу, что казалось, будто это второй слой кожи… если бы эта кожа была отлита из непроницаемой стали.

Конечно, Несокрушимая Цепь была не такой легкой, как Саван Кукловода, но Санни мог свободно двигаться в ней, не издавая при этом почти никаких звуков.

Взамен она обеспечивала гораздо большую защиту.

Стоя в грузовом трюме древнего корабля, облаченный в новые Трансцендентные доспехи, Санни не мог не чувствовать себя неуязвимым.

«…Откажись от этой мысли, дурак.»

Он мрачно улыбнулся, затем посмотрел на Святую.

— Ну? Что скажешь?

Молчаливый демон, конечно же, не ответил.

Однако Санни мог поклясться, что блеск ее рубиновых глаз, которые были скрыты за забралом такого же закрытого шлема, стал немного…

Одобрительным.

Его улыбка расширилась, но затем медленно исчезла.

— Стальной доспех…

Внезапно помрачнев, Санни отозвал шлем и повернулся в ту сторону, где должны были находиться Хранители Огня.

Через несколько мгновений он тихо сказал:

— Понятно…

Глава 523

Сделано Вечным

Плетение Крови медленно поглощало токсин, но Санни все еще чувствовал слабость и лихорадку. Отозвав Святую, он прошелся по грузовому отсеку, привыкая к ощущениям Несокрушимой Цепи и оглядываясь по сторонам, не валяется ли где-нибудь что-нибудь интересное.

Например, еще один сундук, полный монет Ноктиса.

К сожалению, он ничего не нашел. Даже если в грузовом трюме когда-то хранились древние диковинки и сокровища, все было уничтожено лианами и бурым мхом за тысячи лет.

Однако он был приятно удивлен, когда понял, что блестящие стальные доспехи нисколько не стесняют его движений. Это действительно было похоже на второй слой кожи… Возможно, если бы Санни не был дополнен тенью, Несокрушимая Цепь была бы более тяжёлой. Но он был дополнен, и, кроме того, в двух его ядрах хранилось почти две тысячи Фрагментов Теней.

Даже если Пробужденный не должен был быть в состоянии носить Трансцендентную броню без усилий, у Санни не было такой проблемы.

«Приятно…»

Наконец, он подошел к куче пыли, оставшейся от Солвейна, и опустился на колени рядом с ним, затем потянулся к пеплу и достал деревянный нож.

Конечно же, Санни не забыл о нем.

К его разочарованию, от ножа осталась только рукоятка. Лезвие раскололось и отломилось, а дерево казалось безжизненным и мертвым.

Оно уже начало гнить, и даже когда Санни заглянул под поверхность странного ножа, он ничего не увидел… ни плетения заклинаний, ни сияния моря сущности души, ни Нити Судьбы, бесконечно складывающейся в идеальный круг.

Деревянный нож был действительно и полностью сломан.

Как будто он был создан для единственной цели, и после ее выполнения ему незачем было существовать.

Санни посмотрел на нож, задумчиво нахмурившись.

«Интересно…»

Неужели деревянный нож был создан специально для того, чтобы принести смерть бессмертному Солвейну? Если так, то обсидиановый нож в Святилище Ноктиса и нож из слоновой кости в Храме Ночи должны были положить конец жизням двух других бессмертных?

Внезапно он вздрогнул.

Одна Нить Судьбы, сложенная сама на себя и образующая идеальный круг…

Если бы он заглянул в деревянный нож до того, как тот был уничтожен, увидел бы он то же самое?

В его сознании появился намек на понимание.

Почему-то Санни чувствовал, что да. Он также подозревал, что Нить Судьбы не была бы просто случайной.

Нет… это была бы судьба Солвейна.

Нить, каким-то образом вырванная из гобелена Судьбы и завязанная в бесконечный круг… сделало бы что-то подобное человека бессмертным?

— Оковы были сделаны вечными…

Кто мог совершить такую ужасную вещь?

Ответ был довольно очевиден. Владыка Света, Бог Солнца, который разрушил царство Надежды и заточил её в Башню Слоновой Кости, определенно мог. Ведь он был божеством не только пламени и света, но и страсти, созидания и разрушения.

Глядя на остатки деревянного ножа, которые гнили и превращались в пыль в его руке, Санни не мог не содрогнуться.

Если он был прав, то в его руках было оружие, созданное богом.

…И он использовал это оружие, чтобы убить бессмертного, созданного богом.

Впервые с тех пор, как Санни узнал о божествах Царства Снов, он почувствовал, что очень рад их смерти.

Некоторое время спустя он проскочил через пролом, созданный Червивой Лозы, и взобрался на корпус древнего корабля. Вскрикнув от боли, Санни немного пошатнулся, а затем, прихрамывая, направился к месту, где заканчивались обломки.

Поскольку корабль лежал на боку, деревянная поверхность под его ногами была наклонной и неровной. Почти неизбежно он потерял равновесие и проскакал последний отрезок пути, упав на землю без сил.

— … Ой.

Некоторое время Санни оставался неподвижным, затем вздохнул и поднял себя с земли. Встав, он осмотрел пустынную долину, а затем направился туда, где в последний раз видел Хранителей Огня.

Ландшафт Острова Кораблекрушений изменился. Земля была перевернута и изрезана глубокими траншеями, похожими на поле битвы древней войны. Некоторые траншеи были пусты, другие заполнены массивными стеблями мертвых лиан, которые торчали из земли, как гниющие змеи. Воздух был наполнен пылью, пеплом и дымом.

Используя Жестокий Взгляд как посох для поддержки своего веса, Санни хромал вперед и вскоре нашел кольцо костров.

На его лице появилась бледная улыбка.

«Ну, что тут скажешь… они действительно выжили.»

Действительно, Хранители Огня, казалось, были все на месте. Правда, они выглядели невероятно изможденными, избитыми и израненными.

Все они были покрыты кровью, грязью и копотью, их доспехи были разорваны. Некоторые сидели с усталым выражением на лицах, другие лежали на земле, и только движение груди выдавало, что они живы. Только стойкий молодой человек, который в бою орудовал коротким копьем и тяжелым щитом, — лекарь когорты — был на ногах и ухаживал за своими товарищами.

Санни прошел между двумя кострами и остановился, опираясь на Жестокий Взгляд.

Его взгляд метался вокруг, на мгновение задержался на хрупкой фигуре молодой женщины с бледными светлыми волосами, а затем отвернулся.

— … Санни?

Он посмотрел на Шакти, девушку-ремесленницу, которая лежала на земле в нескольких шагах от него.

Молодая женщина выглядела более или менее похожей на труп. Ее доспехи были почти разрушены, обнажая глубокие рваные раны на загорелой коже, а лицо было грязным и бледным от потери крови. Хуже того, ее правая рука была оторвана, заканчиваясь окровавленной повязкой возле локтя… такая рана была не постоянной, так как была нанесена ее духовному телу, а не реальному, но все же довольно тяжелой.

Тем не менее, на лице ремесленницы появилась широкая ухмылка.

Оглядев его, она присвистнула и сказала:

— Новая броня? Выглядит неплохо!

Она попыталась рассмеяться, но потом согнулась в приступе сильного кашля. Похоже, все они все еще страдали от действия яда Червивой Лозы, даже если целитель использовал свой Аспект, чтобы сделать его менее смертельным.

Остальные посмотрели в их сторону, предупрежденные о его появлении голосом Шакти. Их глаза засияли.