Скованные Острова (СИ) - "Guiltythree" - Страница 129

…Нефис направлялась именно туда.

Она должна была добраться до дерева до наступления ночи, или… нет, об этом лучше было даже не думать.

Вода давно закончилась, и жажда медленно овладевала ее разумом. Измученное тело превратилось в море боли, но она все еще могла идти. Она все еще могла бороться.

Она все еще не хотела сдаваться.

…Через некоторое время дерево стало ближе.

Нефис остановилась и уставилась на его белую кору, алые листья и плоды, которые она приняла за фрукты. Но это были не плоды. Вместо них с прекрасных ветвей свисали десятки тысяч черепов, прикрепленных к ним блестящими нитями черного шелка.

В тени огромного дерева журчал источник воды, а на его берегу, спиной к ней, стояла фигура, облаченная в странные ржавые доспехи.

«Это… человек?»

Нет… фигура была слишком высокой, чтобы быть одного с ней вида.

Словно услышав ее мысли, существо обернулось, показав иссушенное лицо трупа, впалые глаза, излучающие зловещее голубое сияние, и шесть рук, каждая из которых сжимала рукоять оружия. Две руки держали длинные мечи, лезвия которых были острее бритвы и слегка изогнуты, две другие руки держали грозные витые серпы, а две последние — тяжелый скипетр и разбитый щит.

Нагрудная пластина ржавого доспеха существа была разбита вдребезги, под ней виднелась страшная рана.

Снедаемая жаждой и истощением, Нефис подняла руку, как бы умоляя существо остановиться.

Но оно, конечно же, не остановилось.

С яростным безумием, горящим в глазах, мерзость бросилась на нее, нанося удар одним из серпов. Он двигался быстрее молнии, посылая в воздух алое облако опавших листьев с сильным порывом ветра.

Сделав шаг назад, Нефис подняла свой сломанный меч, чтобы отразить разрушительный удар, словно забыв, что у него нет лезвия.

Но в последний момент в том месте, где должно было быть лезвие, появился луч чистого солнечного света и не дал серпу рассечь ее плоть.

Нефис покачнулась от силы удара, но осталась стоять. Ее потрескавшиеся губы приоткрылись, и из них вырвался хриплый шепот:

— Давай сгорим… давай сгорим вместе…

В следующее мгновение в ее глазах вспыхнуло белое пламя.

Ее кожа вдруг засияла чистым сиянием, которое затем стало всё ярче и ярче… а потом ещё более ярким.

Отбросив серп, она уклонилась от двух мечей и закружилась вокруг бронированного гиганта, ее клинок солнечного света с ужасающей легкостью пронзил ржавую броню.

Они сражались в тени древнего дерева, тысячи черепов смотрели на их битву пустыми глазами, покачиваясь на ветру.

Нефис была намного медленнее и слабее шестирукого демона, но ее мастерство было безупречным, необъяснимым и смертоносным. Она двигалась вместе с течением битвы, словно это была ее естественная стихия, управляя ее ритмом с безразличной легкостью. Ее плоть затянулась через несколько секунд после разрыва, а пламя, пылавшее в ее глазах, стало еще жарче.

Смертельно бледное от мучительной боли, ее прекрасное лицо становилось все холоднее и холоднее, становясь почти нечеловеческим.

Ее меч солнечного света тем временем оставлял расплавленные следы на теле древнего демона. И хотя такие раны не могли причинить ему вреда, через некоторое время существо вдруг зашаталось.

…Конечно, это было так. Ведь это была Память, оставленная Безымянным Солнцем Забытого Берега. Все, к чему оно прикасалось, было обречено на уничтожение души.

Наконец Нефис удалось найти брешь, и она бросился вперед, нанося удар Безымянным Солнцем. Лезвие солнечного света прорезало ржавую броню и отсекло одну руку демона, затем опустилось и пронзило другую.

Не успело существо опомниться, как она уже была на нем. Нефис уклонилась от сокрушительного удара тяжелого скипетра и положила руку на лицо демона.

Существо замерло, а затем открыло рот, как бы желая закричать.

…Однако из него вырвались лишь пляшущие языки белого пламени.

Когда чистое сияние, окутывающее кожу Неф, померкло, демон словно сгорел изнутри. На его теле открылись пламенные трещины, из которых сочился первозданный огонь и излучался уничтожающий жар. Его плоть кипела и чернела, и в конце концов голубой блеск его глаз сменился ослепительным белым светом.

А затем этот свет погас, оставив после себя две темные, обугленные дыры.

Нефис отпустила лицо существа и смотрела, как его обгоревшее тело падает на землю.

Несколько мгновений она смотрела на него, а затем равнодушно отвернулась. Сделав несколько шагов вперед, Нефис покачнулась и упала на колени.

Дрожащими руками она потянулась в водоем, сложила ладони вместе и поднесла к губам пригоршню холодной, сладкой воды.

Наконец-то ее страшная жажда была утолена.

Глава 500

…В Глубинах Кошмара

Глава 500:…В Глубинах Кошмара

Выпив порцию воды, Нефис некоторое время молча сидела на краю водоема, глядя вдаль.

Однако ее глаза двигались, словно читая невидимую книгу, которая парила в воздухе над спокойной водой.

Через некоторое время бледная тень улыбки коснулась ее губ.

«Этот парень… он снова совершил что-то безумное, не так ли?»

Она закрыла глаза и глубоко вдохнула.

«Как он так быстро…»

Мира бесконечных кошмаров.

Изменение рун, описывающих Санни, было её единственной связью с реальностью. Возможно, это было единственное, что сохраняло ее рассудок.

…Даже если в то, что она видела в мерцающих рунах, иногда было трудно поверить.

Невозможная Родословная, которая не должна была существовать, божественная Память седьмого ранга, странная сущность его души, истинная природа неразговорчивого каменного демона… и, конечно же, его Недостаток.

Казалось, у Санни было гораздо больше секретов, чем Нефис подозревала. С этим знанием многие вещи обрели смысл… но в то же время многие другие казались еще более невероятными.

Ну, не то чтобы у нее не было своих секретов.

И в любом случае, все это было в прошлом.

Все было в прошлом.

Оставалось только будущее.

…Она все же надеялась, что у него все хорошо, там, в реальном мире. С Касси…

Подняв глаза от воды, Нефис перевела взгляд на древнее дерево и увидела два обветренных скелета, жестоко прибитых к его белой коре. Оба смотрели на нее пустыми глазами, оскалив зубы в вечной ухмылке.

Через некоторое время один из скелетов произнес:

— Боже, боже. Неужели на меня так приятно смотреть?

Другой скелет заскрипел зубами и издал скрипучий рык, затем напрягся, пытаясь освободиться от больших серебряных гвоздей, которыми он был прикреплен к дереву. Однако, как бы яростно он ни бился, гвозди держались крепко.

Нефис смотрела на скелетов со спокойным выражением лица, в ее холодных серых глазах не отражалось никаких эмоций.

Первый скелет заговорил снова:

— Это… я чувствую кровь живого существа? Боги! Какие ужасные грехи ты совершила, девочка, чтобы быть брошенной в этот ад живой? Даже для такого мерзкого нефилима, как ты, это слишком суровое наказание.

Наконец, она открыла рот и сказала хрипло, голосом человека, который почти забыл, как говорить:

— … На каком языке ты говоришь?

Скелет рассмеялся.

— Единственный язык, который есть в этом месте, конечно. А что? Ты хочешь его выучить?

Нефис долго молчала, а потом сказала:

— Я ищу способ вернуться в мир бодрствования. Знаешь ли ты, как выбраться из этого места?

Скелет с усмешкой посмотрел на нее.

— Мир бодрствования? Что это такое?

Второй скелет внезапно заговорил, его голос был глубок и полон ярости:

— Разве ты не чувствуешь вонь даймона на этой мерзкой твари? Она — одна из Ткачей, глупец!

Первый скелет слегка повернул свой череп, а затем спросил:

— Неужели? О, Боже. В таком случае тебе не найти проводников лучше, чем мы двое. Просто сними нас с этого проклятого дерева, и мы приведем тебя туда, куда ты захочешь.

Нефис некоторое время смотрела на них, затем отвернулась.