Водяной 8 (СИ) - Паули Константин - Страница 51

Тут я задумался. Мысль забуксовала, когда мой взгляд снова упал на экран ноутбука. Я в который раз попытался вытащить из памяти лицо этого странного человека в костюме.

— Скажи-ка, Тамара, — я прервал собственную гневную отповедь, резко сменив тон, чтобы задать практический вопрос. — А тебе его физиономия не кажется знакомой?

На мониторе застыл стоп-кадр. Бледный мужчина со слегка перекошенным лицом безропотно шагал вслед за чернокнижником.

Кикимора прищурилась, разглядывая принтскрин.

— Похож на одного моего бывшего. Из Тбилиси. Он там в руководстве железной дороги работал. А что?

— Ничего.

Снаружи застрекотал мотор, и во двор с лихим заносом влетел мотоцикл с коляской. С него, демонстрируя совершенно молодецкую удаль, спрыгнула Ядвига. Следом, костеря себе под нос изобретателей всех двух- и трёхколёсных видов транспорта, из люльки кряхтя выкарабкался Леший, дядя Миша.

Под ногами у нас тут же нарисовался Кузьма. Домовой сосредоточенно жевал очередную печеньку, судя по всему, марафон по чужим домам вымотал его окончательно, и теперь он экстренно восполнял калории, чтобы восстановить силы.

Я обвёл взглядом комнату. Если не брать в расчёт серба, который так и не определился, вернётся ли он к нам или останется в своём селе, и, собственно, самой разыскиваемой Русалки, у нас случился полный сбор. Строго говоря, таким составом мы ещё не собирались ни разу.

— Нет, Павел Семёнович, я не сообщала в райцентр, — вещала Василиса в трубку, безостановочно шагая по комнате туда-сюда. — А что я им скажу? Нормативные сроки для розыска ещё не вышли. Мы и так делаем всё возможное и невозможное. Да, Виктор проверяет посадку за кладбищем. Нет, Полкана бабы Ани мы использовать не можем, чтобы она там себе ни придумывала и Вам не говорила. Платон Аркадьевич? Да, привлекли. Он вместе с Ханом и Анатолием Степановичем шерстит заброшенные дворы и огороды.

Пока Василиса держала оборону на телефонном фронте, Ядвига скинула с себя на диван кожаную куртку, водрузила на неё шлем, и тут из её бездонной сумки неожиданно показалась усатая морда — кот Кокс.

— А что? — возмутилась ведьма, перехватив наши ошарашенные взгляды. — Котику, между прочим, тоже скучно! Тем более, оставить его не на кого. Не боись, Водяной, он тебе тут углы не пометит… Наверное.

Ядвига подошла к ноутбуку, и я запустил для неё засмотренные нами уже до дыр куски видео променада по Мосту и открытие портала в Явь.

Тем временем Кокс, решив, что дом теперь его территория, пошёл в обход. Для начала он совершил тактическое нападение на Кузьму. Домовой тонко взвизгнул и одним неуловимым прыжком катапультировался на табурет. Поняв, что цель достигнута, кот переключился на Руслана.

Оборотень вызов принял. Начался турнир на ловкость, Руслан пытался погладить кота то с одного бока, то с другого, а Кокс делал вид, что готов отгрызть ему руку. В какой-то момент Руслан просто сгрёб пушистого агрессора в охапку и начал бесцеремонно чесать ему пузо. Кокс недовольно хмурил нос и яростно лупил хвостом, но игру не прекращал.

Мою концентрацию на воспоминаниях лица разрушил телефонный звонок. Высветился номер нашего фельдшера.

— Да, Давлет Марксович, — ответил я, параллельно махая рукой Руслану, чтобы тот отвлёкся от тисканья кошака и проконтролировал, как ведьма смотрит наши видеоулики.

— Привет, Вадим. Слушай, никак не могу до Василисы дозвониться, занято всё время.

— А что такое? Случилось что-то? Новая информация? — я мгновенно напрягся, ожидая худшего.

— Не совсем. И это не по Марине. Ко мне тут Марию Антоновну привезли. Она всё-таки твоя начальница, так что счёл нужным сообщить.

— А с бабой Машей-то что стряслось? Она же вроде не привлечена к поискам.

— Уж не знаю, как она там не привлечена, но, говорят, тоже ходила, искала. И теперь она у меня. Только что из обморока нашатырём вывел. Сейчас буду отпаивать травками, прописал полный покой и тишину, такие вот дела.

— То есть, она натурально грохнулась в обморок?

— Ага, прямо на Озёрной. Её там другая поисковая группа подобрала. Знаешь, от всех этих переживаний бедной женщине почудилось, будто она встретила Стёпку.

— Э-э-э… Кого?

— Стёпку, прошлого нашего почтальона. А, ну да, ты ж его не застал, ты тогда ещё к нам не переехал. Ну, такой одинокий мужчина, как раз в твоём доме жил. Схоронили его несколько лет назад, утонул он. Я же говорю, волнение, стресс от всей этой ситуации… причудилось. Короче, Вадим, я тебя в известность поставил? Поставил. Как выдастся минутка, загляни к ней с дежурным апельсиновым соком, проведай. Я её пока у себя в стационаре размещу. Официально-то у меня, конечно, стационара нет, по стандартам не прохожу, а фактически после ремонта…

— Я понял, понял. Стёпка, Мария Антоновна, апельсины, проведать… — рассеянно пробормотал я. Разрозненные факты в голове сошлись в единую картину.

Не слушая больше фельдшера, я шагнул прямо к ноутбуку. Дождался, пока Ядвига в очередной раз досмотрит фрагмент видео, сбросил вызов от Давлета и ткнул пальцем в монитор.

— Вадим, ты, конечно, мой друг, но ты задолбал в него тыкать! Это тебе не планшет! — возмутился Руслан.

— Прости. Я хотел сказать… Внимание всем! У меня есть новая информация.

— Всё, Павел Семёнович, у меня МЧС на второй линии, — Василиса, услышав мои слова, безжалостно оборвала звонок и выжидающе уставилась на меня.

— Итак. Чернокнижник, который по нашей рабочей версии является также и Лжедобрыней, притащил к нам в Колдухин не кого-нибудь, а Степана Андреевича Казарова. Он же — Стёпка, бывший местный почтальон и бывший обитатель моего дома, умерший три-четыре года назад. Я вспомнил, я видел его фотографии в личных вещах, когда разбирал хлам в доме. Покойного никто из нас лично не знал. Ну, может, только Михаил Анатольевич? — я с надеждой посмотрел на Лешего.

Однако Леший на то и Леший — существо нелюдимое. Так что я ничуть не удивился, когда дядя Миша лишь неопределённо пожал плечами:

— Ну, видал пару раз. И что? Мужик как мужик. Субтильный.

— Да какая к ляду разница, какой и что он был за человек, покуда живой! — вскинулась Ядвига. — Вы меня на кой-сюда позвали? Как эксперта! Вот тебе вопрос от эксперта, Вадим, как именно помер покойный?

— Ну… Утонул. В озере. Собственно, его Навки утопили, там такая история приключилась…

— В топку твою историю! Утоп, получается? Тебе что про него сейчас интересно должно быть, Вадим? Природа егойная как нежити, чтобы понять, где искать, да как справиться!

— Мне интересно всё, что поможет эту тварь поймать. Например, из-за того, что он раньше жил в этом доме, у меня теперь руки чешутся обыскать здесь всё, каждый угол.

— Не знаю, поможет тебе это или нет, но очевидно, что покойничек наш — Утопец. Был почтальоном, стал Утопцем. Забавно как вышло, да? Ладно. Здесь, классика жанра, утоплен, причём не сам собой, а насильно, да ещё и нежитью. Вариантов просто нет. Он «должен» быть в озере, — ведьма ткнула пальцем в сторону кухни, за окнами которой раскинулся огород, а следом — тёмные воды Камколи.

— Я проверял озеро, — скрипнул зубами я в ответ.

— Погоди, не кипятись, добрый молодец. Давай включим голову, — прищурилась Ядвига. — Вот на записи двое нарушителей границы миров эту самую границу пересекают. Ты в этот момент что-то почувствовал? А твой хвалёный колдун-камень хоть что-нибудь засёк?

— Мегалит чувствует себя обеспокоенно, но указать на конкретное нарушение не может. Применяемой магии не фиксировал, вторжения — тоже, — ответил я, не задумываясь, поскольку и так постоянно поддерживал с камнем мысленную связь.

— Во-о-от. А на записи вторжение всё ж происходит, — протянула Ядвига тоном человека, у которого наконец-то сошёлся сложный пасьянс. — О чём это нам говорит?

— Ядвига, родненькая, ну не томи! — первым не выдержал напряжённой паузы Руслан.

Кот, к этому моменту окончательно оккупировавший колени Оборотня, привстал и требовательно мяукнул, словно поддерживая этот крик души.