Брак через "Нихачу" для мисс попаданки (СИ) - Орлова Марина - Страница 16

– Мне сложно верить людям на слово. Надеюсь, вы войдете в мое положение, – сыронизировал Феликс с премерзкой интонацией.

Вновь послышался скрип зубов в оглушительном молчании.

– У меня нет денег, – призналась девушка, что немного не вязалось с ее недавними заявлениями о том, что она «нитакая» и деньги ее не интересуют. Но после пришло пояснение: – Но даже если бы были, нет никакой гарантии безопасности для одинокой женщины вроде меня. Тем более, всю сознательную жизнь я провела в этом захолустье и с другими городами не знакома. Мне… мне просто нужны сопровождающие для безопасного путешествия.

Это объяснение было вполне приемлемым, на мой взгляд, и даже весьма рассудительным, что было большим плюсом в образе главной героини. Однако, даже это не объясняло истинной цели ее желания прибыть в столицу. Эти мысли озвучил Феликс, и девушке потребовалось некоторое мужество, чтобы нехотя признаться:

– У меня… у меня есть сомнения в моей личности.

– Что? – опешил Феликс, и я с ним за компанию.

– Я живу в этом месте столько, сколько себя помню. А помню не так давно, на самом деле. Только лет с десяти, если быть точной. До этого момента у меня нет никаких воспоминаний о своем прошлом. Мои родители… точнее, люди, с которыми я жила последние одиннадцать лет, сказали, что я потеряла память вследствие несчастного случая. Вначале я верила безоговорочно, и старалась не обращать внимания на странности в их поведении. Но вскоре их стало невозможно игнорировать.

– Например? – заинтересовался граф, а я, на пару с Фердом припала к двери, не стесняясь показаться невежливой. Из-за ограниченного пространства пришлось даже немного попихаться, отвоевывая себе более удобную позицию. Ситуация становится все более интересной. В черновике упоминалось, что Катрина без сожалений покинула отчий дом, даже не попрощавшись с родными, и ни разу не вспомнила о них во время путешествий. Однако причины не упоминались. Но теперь странное, неблагодарное и эгоистичное поведение Катрины становится более понятным. Особенно после ее следующих слов:

– Начнем с того, что я никогда не была близка с родственниками. Родители особенно не любили меня, хотя моих братьев и сестер обожали. Меня намеренно игнорировали и третировали, – напряженно призналась она. В ее голосе слышалась обида и ущемленная гордость. Видимо, признаваться в своем унизительном положении для такой волевой девушки было очень болезненно. – Помимо прочего, внешне я не похожа ни на родителей, ни на братьев и сестер, хотя остальные очевидно близкие родственники друг другу. Даже мои кузены больше похожи на моих сестер, чем я.

– Может, ваша матушка не так уж и добродетельна… – заметил Феликс, которого я в тот момент сама готова была прибить. Вот надо ему свои пять копеек вставить, когда героиня душу изливает! А вдруг, она обидится и рассказывать перестанет? Я же от любопытства лопну!

Однако, девушка не оскорбилась и презрительно фыркнула:

– Я тоже допускала эту возможность и долгое время даже придерживалась данной версии, чтобы объяснить холодное отношение родных и наши внешние различия. Но это не все. Помимо прочего, я единственная в нашей деревне, кто обучен грамоте и владею двумя языками, в чем могла убедиться в моменты редких заездов торговцев в наше захолустье. Откуда я приобрела эти навыки, если, по словам «родителей», которые и слова прочесть не могут, никогда не покидала деревню и не обучалась в школе, которой в нашей дыре отродясь не было? После несчастного случая и утраты памяти я была совершенно неприспособленной к жизни в деревне и ручному труду. Мне пришлось учиться всему с нуля, что странно, ведь в противовес таким житейским знаниям, я знала грамоту, иностранные языки и даже могла разбираться в оценке товаров купцов. От предметов обихода, до тканей.

– Это действительно странно, – согласился Феликс задумчиво. – Что дальше? Вы пытались выяснить происхождение ваших знаний?

– Да, но каждый раз, когда пыталась поднять эту тему, родители злились и старались отвлечь меня работой или физическим наказанием. Потому со временем я перестала спрашивать и старалась выяснить правду тайком. По этой причине, когда недавно тайком подслушала разговор родителей, убедилась в своей правоте.

– О чем была речь?

– Я не разобрала все слова, но из обрывков поняла, что они очень не хотят, чтобы я попала на глаза делегации из Флито. Они обсуждали, какое бы дело мне поручить, чтобы на время выслать из деревни.

– Что? – переспросил Феликс. А мои глаза загорелись. Пошла жара! Если Вера изначально планировала столько интриг и секретов в сюжете, то этот роман стал бы хитом! – Когда это было?

– Незадолго до вчерашнего происшествия, – послушно отозвалась Катрина, немного расслабившись. Видимо, несмотря на изначальное нежелание и осторожность, возможность, наконец, поговорить о своей проблеме и мыслях принесла ей небольшое облегчение. Потому меня отправили в лес за растениями, ягодами и грибами, которые растут в противоположной стороне от тракта, но я ослушалась и намеренно бродила поблизости в ожидании того, кого, вероятно, так боялись мои опекуны.

– Допустим, – задумчиво заметил Феликс. – Но почему вы говорите, что вам нужно в столицу, учитывая, что люди, которых опасались ваши родители – граждане Флито?

– Это я выяснить не успела, – покаялась Катрина. – Однако, – добавила она весомо. – Я помню, что странные просьбы, когда меня отсылали подальше, случались не только во времена передвижений Флитонцев, но и людей из столичной аристократии. Когда я это поняла, то увиделась с деревенским старостой и выяснила, что незадолго до предполагаемого «несчастного случая», после которого я потеряла память, в наших краях проезжали люди из столицы. По словам старика, это были не простые граждане, а очевидно, дворяне. Правда, он не мог вспомнить их фамилий, – добавила она с досадой и разочарованием.

– То есть, вы подозреваете, что тайна вашего происхождения связана со столичной аристократией? – подвел итог Феликс.

– Да, я так думаю, – уверенно и твердо подтвердила девушка. – Потому я уже давно думала, как попасть в столицу, но не могла придумать безопасного способа. Торговцы к нам давно не заезжали, да и им нет никакой веры. У самой нет, ни денег, ни сил, для безопасного путешествия. Потому у меня была надежда на делегацию из Флито. Даже если бы они меня не знали, чего боялись мои опекуны, по крайней мере, я надеялась убедить их взять меня с собой, пусть даже в качестве служанки. Однако… я никак не ожидала, что стану свидетельницей нападения, – ее голос стал тише, наполненным страхом и горечью.

Бедная девочка, наверное, сильно испугалась той жестокой сцены. Впрочем, она хорошо и достойно держится. Я бы на ее месте после подобного опыта, наверняка, еще неделю пребывала бы в истерике и депрессии. Возможно, алкогольном запое. Психика у меня довольно капризная, да.

– Вот, значит, как… – протянул Феликс, а я покосилась на Ферда, который вытянулся с решительным выражением лица, моментально преобразившись. Если бы не очки, я бы на секунду подумала, что передо мной сам граф, а не его кузен. М-да, гены – страшная штука, даже из «тапочек» в моменте делает «берцы». – Интересная история. И, вы правы, много в ней подозрительного. И, если вы действительно были полностью искренней со мной, я подумаю о том, чтобы помочь вам. Но, только в случае полной искренности, – добавил он значимо, а я вспомнила про то «украшение», упомянутое в тексте. Интересно, признается в этом Катрина или решит приберечь для себя в качестве козыря?

Надеюсь на первое, ибо девушка мне понравилась. И мне было бы комфортнее держать ее рядом, чем мучится в неведении или переживать, что героиня из–за моего вмешательства в сюжет, пойдет на плаху. Как бы такой исход не стал катастрофическим. Я впервые в книгу перемещаюсь, и гадать, что произойдет с миром в случае смерти одного из главных персонажей, не хочется.

– Вы ничего больше мне сказать не желаете? – поторопил Феликс, очевидно, колеблющуюся девушку.