Лучшая версия тебя. Трилогия (СИ) - Вишневский Сергей Викторович - Страница 44

Раздался жалобный вскрик.

Глухой стук.

Удар. Скрежет колес.

И характерный хруст.

Двое бандитов замерли. Тоха, который бежал следом, остановился как вкопанный. Он хватал ртом воздух, задыхаясь, но сейчас, кажется, даже не дышал.

Трофим, который сидел за рулём автомобиля, так и продолжил сидеть, вытаращив глаза и вцепившись в руль. Он вытянулся и посмотрел вперёд, пытаясь заглянуть под капот.

— Твоюююю… — на выдохе просопел Тоха.

Трофим схватился за лицо. А потом резко сдал назад. Машина словно на лежачем полицейском подскочила и остановилась.

— Ееееееебааааа… — протянул он.

— Ты… нахрена… его задавил⁈ — Пытаясь отдышаться, отрывисто проговорил Тоха.

— В смысле? — На мгновение растерялся водитель и глупо хлопнул глазами. — Так он это?.. Нахрена он под колеса прыгнул?

— Это пиз…! Мы же хотели его просто шугануть. Ну может пару ребер сломать…

— Да кого ты лечишь⁈

— Твою ж…

— Тише! — Тут же собрался и принялся размышлять Трофим. Он осмотрелся по сторонам и выдохнул. — Не шуми.

Каким-то чудом им повезло, что на улице вообще ни живой души.

— Вот ты водятел! — Продолжал Тоха.

— Заткнись уже! Хватит ныть! Откуда я знал, что у него в башке. Этот чертов придурок… псих ей богу! Взял и самовыпилился…

— А что теперь делать-то?

— Что-что? Исправлять косяки. — Прошипел Трофим. — Ты тоже молодец. Сразу ломом начал светить.

— Писец…

— Хватай его и в багажник! Быстро!

— Нам писец… — продолжал Тоха, но при этом взялся за ноги и поволок тело. — У нас теперь ни слизняка, ни должника.

— Да завались уже и тащи!

Автомобиль выхватил поворот асфальта, ведущий к старому мосту и рыкнул двигателем.

— Харя нам головы открутит, — проворчал мужчина в кепке и покрутил зубочисткой во рту. — Нахрен мы за ним так погнались?

— А че он убегал? — буркнул второй, за рулем. — Вот ты, Тоха, стал бы убегать, зная, что должен денег?

— Это смотря сколько должен был бы… — проворчал напарник и хотел было еще добавить, но тут машина попала в колдобину и мужчин знатно тряхнуло в салоне. — Да, твою же мать! Трофим, твою на лево! Аккуратнее, лять…

— Да, оно само! Как тут еще проехать? Всю дорогу раздолбали! — буркнул второй, притормозив. — Видишь, че тут? Вон, яма на яме.

— Тормози тогда, — буркнул напарник. — Так дотащим. Вон мост уже видно.

Трофим крутанул руль, притормозил и съехал с разбитой дороги. Заглушив двигатель и погасив фары, они вышли из машины и направились к багажнику.

— Чур ты Харе рассказывать будешь, — произнес Трофим, открыв багажник и глянув на тело, завернутое в кусок какого-то банера. — Я больше не хочу.

— Да, ладно… Один раз по морде врезал, а ты сразу не хочу, — хохотнул Тоха. — Че ссыкотно, когда он орет?

— А тебе, че? Не? — глянул на него напарник.

— И мне сыкотно… Но по харе получаешь ведь ты? — улыбнулся Тоха.

Трофим глянул на него недобрым взглядом, а затем отвернул край баннера.

— Лять… Натекло в багажник, — произнес он и глянул на напарника. — Я Харе скажу, а ты салон отмывать будешь.

— А че не вместе? Тачка та наша, а как убираться, так я один кровь драю… — недовольно проворчал Тоха, захлопнул край толстой ткани и спросил: — Ты болванку эту нормально привязал? Веревкой?

— Веревкой будешь штаны подвязывать, — буркнул Трофим. — Трос, пластиковый. Груза пять штук. По ногам, по рукам и один на грудь.

— Перестраховщик, — буркнул Тоха.

— Профессионал…

— А тащить мы это как будем?

— На баннере и потащим… Как на носилках. Бери за тот край…

Двое мужчин выволокли труп и направились в сторону старого моста.

Дряхлый, покрытый ржавчиной, с предупреждающими знаками об опасности, смотрелся он как готовая декорация для фильма ужасов. Тут еще и туман по реке ползет, и сова где-то вдалеке ухнет.

— Слыш, Трофим, мы с тобой как из этого… Из фильма ужасов, — усмехнулся Тема, когда они подошли к месту. откуда было удобно сбрасывать. — Ну, маньяки там всякие…

— Тебе работы мало? — глянул на него напарник. — Нахрен ты это смотришь?

— Ну, так интересно… А вдруг пригодиться?

— Ты дебил? — недовольно буркнул Трофим и скомандовал. — Стой! На счет три… раз… два… три!

Двое мужчин раскачали и бросили утяжеленное тело с моста. Тот с плеском ухнуло в глубины реки.

— Слушай, а ты не думал, что надо хоть одну молитву выучить… Ну вот на такие случаи? — спросил Тоха, достал из рта зубочистку и снял кепку. — Ну, мы вроде как…

— Тоха, кончай тут морализаторство, ей богу! — буркнул Трофим. — Вот прям выбешивает! Как проституток драть — так он первый! Как бухло — стакан пустым не бывает. А тут труп и на те! Молитву он вспомнил… Тьфу!

Трофим развернулся и направился обратно к машине.

— Да, че начинаешь? Я просто спросил! Ну, не в плане там верую, а просто… Ну, типа традиция, — поспешил за ним Тоха. — Я видел два мужика валили должников, а перед этим им евангеле читали.

— Сканворды, вон, читай им перед смертью… — буркнул Тоха и поежился от набегающего тумана. Он подошел к машине и оглядел бампер и капот. — Эту надо Жеке отдавать. Палевно. На подменку сядем.

— Ты прикалываешься? Тут ведь нет ничего толком! Ты его сразу под дно завернул! Бампер целый!

— Все равно…

— Не сяду я в подменку! Из нее рыбой воняет! Там тухлятину с рынка возят! А тут все целое!

— Сядешь…

— Не сяду! Пешком ходить буду! На метро, вон, или на автобусе!

Трофим несколько секунд разглядывал напарника, затем тяжело вздохнул и сел в машину. Он тут же завел двигатель и заблокировал все двери.

— Э! Трофим! Дверь открой! — послышался голос снаружи.

Водитель чуть-чуть приоткрыл дверь и произнес:

— А ты на автобусе или метро добирайся.

— Харош! Где я тут автобус возьму в три ночи?

— Твои проблемы, — ответил Трофим, достал пачку и выудил сигарету. Слегка открыв второе окно, прикурил и глянул на злобного Тоху. — Че, зыришь? Вали на остановку!

Тоха выпрямился, огляделся по сторонам и недовольно буркнул:

— Ладно… Ладно, поездим на подменке! — всплеснул он руками.

Трофим разблокировал двери, дождался когда Тоха усядется и неторопливо двинулся по дороге.

— А че хоть за чел был? — внезапно спросил Тоха. — Ну, там адвокат или так… офисный планктон?

— А вот не похрену?

— Ну, мало ли он…

— Нет тела — нет дела. Нет дела — нет человека. Все, обосрались, замели следы, хорош уже мусолить, — проворчал Трофим.

— Нет человека — нет оплаты долга, — хмыкнул Тоха и с хитрецой глянул на напарника. — Че, когда к Харе? Рассказывать как ты круто водишь тачку?

— Хорош, — кивнул Анатолий и облизнул пластиковую ложку.

После того, как Гера вызвал их в каком-то переулке, он сразу же отправился на Форель-фест так как времени и так уже оставалось мало. Ощущение, что Гера в принципе забыл про соревнование рыбаков.

Он с сожалением глянул в пустую одноразовую тарелку, куда ему насыпали наваристой ухи из пойманных вчера ершей.

Двойник Главгера подошел к мусорке, выкинул тарелку и направился в сторону торговых рядов. Парень шел неспеша, размеренно и спокойно, присматриваясь к снастям на прилавках.

Частенько он останавливался, внимательно что-то рассматривал и цокал языком, когда замечал ценник. Вздохнув, он обычно шел дальше, но тут он снова наткнулся на уже знакомую доску с мормышками.

— О! — тут же оживился Степан. — Видел… Видел, как медальку за первый день тебе дали. Поздравляю.

Протянул руку пухленький мужичок.

— Спасибо, — пожал руку Анатолий, но продавец не спешил его отпускать.

— Всех извел? — спросил он с прищуром.

— Не, осталось еще, — вздохнул анатолий и снял с плеча свой рундук. Покопавшись в нем, он извлек мутную банку и вернул продавцу.

— Эт хорошо… Эт нам пригодиться, — закивал он и кивнул в сторону стенда с блеснами. — Будешь брать или у тебя свои? Сегодня вроде как день хищника. Приз за самую большую хищную рыбу.