Рунный маг империи. Дилогия (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 28

Один только Винсент никак не отреагировал на внешние изменения. Хотя, говоря по правде, он сам выглядел очень усталым. Видать, тренировался до упаду после нашего похода в Подземелье.

— Энкрид Эйзенхорн, — чей-то незнакомый голос выбил меня из размышлений, заодно возвращая к настоящему. Оторвавшись от мыслей, я поднял взгляд и заметил незнакомого мне преподавателя. — И Виолетта Эгремонт, я так понимаю?

Преподаватель выглядел молодо, максимум лет на тридцать. Худощавое подтянутое тело, русые волосы, голубые глаза и очень угрюмое лицо. Это читалось по его сжатым губам и хмурым бровям.

— Верно, — коротко бросил я, посмотрев на свою спутницу, после чего с намёком протянул: — А вы?

— Профессор Сайлас Дорсет, с недавних пор ваш новый переведённый преподаватель. Обучаю теоретической магии и рассказываю о её основах, — на слове «переведённый» он сморщил лоб и потёр переносицу будто от головной боли. — Раз уж вы безмятежно гуляете по коридорам, думаю, у вас найдётся минутка, чтобы мы обсудили вашу успеваемость.

— Вот оно значит что, — вслух сказал я, почувствовав, что что-то здесь не так. — Виолетта, ты не против отложить нашу тренировку?

— Не возражаю, — посмотрев на меня, коротко кивнула девушка.

— Вот и славно. Пройдёмте со мной в кабинет, — сказал молодой мужчина, после чего мы проследовали прямо за ним.

Почему-то весь наш недолгий путь Сайлас Дорсет неразборчиво ворчал. Я пытался вслушаться в его речь, но не смог ни слова разобрать. Должно быть, такая у него привычка.

Через несколько минут мы пришли к нему в кабинет. Что забавно, до этого момента я не знал, что каким-то преподавателям их вообще выделяют. Впрочем, это меня никак не касается.

Сам кабинет отличался особым убранством. В глаза сразу бросался шкаф, где аккуратно, друг рядом с другом, стояли пронумерованные папочки. Вещи на столе тоже лежали симметрично, на одинаковом расстоянии друг от друга. Не удивлюсь, если новоиспечённый преподаватель окажется ярым перфекционистом.

Закрыв за нами дверь и сев за стол, молодой мужчина сначала провёл по нам взглядом, после чего выдвинул ящик и достал оттуда небольшую стопку листов. Так, страниц десять-пятнадцать от силы.

— Буду с вами откровенен, — мужчина, морща лоб, затарабанил пальцами по столу. — Возможно, ваш предыдущий учитель был мягок с вами и многое спускал с рук. Со мной такое не получится провернуть. Филонить на моих занятиях ни у кого не получится, если только он не собирается остаться на второй год. В моих интересах, чтобы вы получили высокий балл на итоговых экзаменах.

— Прошу прощения, если вам не понравилась моя работа, — сказала Виолетта. Профессор тут же перестал барабанить по столу и недоумённо приподнял брови. — Если укажете на ошибки в докладе, я его исправлю, и…

— Ваше Благородие, — перебив девушку, протянул ладонь Сайлас Дорсет. — К вашему докладу у меня претензий нет. Вы отлично раскрыли тему наследственности магии. У вас очень хорошие показатели в учёбе, что не может не радовать.

— Тогда зачем вы меня пригласили в кабинет? — чуть погодя спросила Виолетта.

— Люций Рейси подсказал, что Энкрид Эйзенхорн помогал вам в написании доклада, — с этими словами профессор повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Только самого доклада от Его Сиятельства я не нашёл. Сложившаяся ситуация, знаете ли, вызывает вопросы.

Вот, значит, где свинья зарыта.

Я всё думал, с чего вдруг новоиспечённому преподавателю взбрело в голову звать нас обоих, причём лично, а не посылать своего ассистента.

— Быть такого не может! — воскликнула Виолетта, также посмотрев в мою сторону. — Зачем Энкриду портить себе оценку на ровном месте?

— Я вот тоже задаюсь этим вопросом, — продолжил сверлить меня взглядом профессор. — С одной стороны, мотива я не вижу. У Его Сиятельства довольно высокие оценки. С другой стороны, он мог не сдавать его из-за похода в Подземелье. Если причина в последнем, я готов дать отсрочку, ровно до окончания первого семестра. Вам есть что добавить?

— Хмх… — я положил большой и указательный пальцы на подбородок. — Могу заверить, что работу я сдавал, и в случае надобности отвечу на любой заданный вопрос в качестве доказательства. Возможно, работа где-то затерялась, но есть у меня подозрение, что всё это неспроста.

— Собственно говоря, поэтому я вас сюда позвал, — тяжело вздохнул он и вновь стал барабанить пальцами по столу. — Будем считать, что Виолетта Эгремонт поручилась за вас. Значит, остаётся два варианта. Либо я спускаю ситуацию на тормозах и ставлю вам автомат, либо мы копаем дальше. Есть желание узнать, чьих рук это дело?

— Пожалуй, что да, — чуть подумав, сказал я. — В Академии полно людей, кто бы обрадовался моему исключению. Даже не представляю, кто конкретно мог хотеть меня подставить.

— Не факт, что именно подставить, — дёрнул губой профессор, которому, похоже, эта ситуация не сильно-то и нравилась. — В моей учебной практике хватало прецедентов, когда ученики попросту воровали чужие работы. Я склонен предполагать, что это второй случай, когда просто не успели подменить одну работу другой.

— Откуда такая уверенность? — приподнял я брови. — Не сочтите за грубость, но мотив ученика я не понимаю. Кража работы — это риск исключения из Академии, а низкий балл максимум что означает — пересдачу. Зачем кому-то воровать работу ради оценки?

— Ваше Сиятельство, вы очень и очень сильно недооцениваете человеческую глупость, — внезапно ухмыльнулся профессор. — В целом, этому ученику всё легко могло сойти с рук. Сами посудите. Любой новоиспечённый преподаватель на моём месте не стал бы заострять внимание на отсутствии одной работы. Ему ведь нужно проверять несколько классов, а это сотни учеников. Объём работ очень и очень велик.

— Я мог подать жалобу, — возразил я на его слова.

— Само собой. Её бы рассмотрели работники Академии, после чего я бы проверил ваши знания, поставил автомат и сослался на случайную потерю вашего доклада, — сложив руки домиком, сказал мужчина. — Именно такой сценарий развернулся бы, попади на моё место другой учитель. Однако кое-кому не повезло. Я по натуре своей очень дотошный человек и люблю докапываться до правды. Но ещё сильнее я люблю свою работу и подобное поведение терпеть не собираюсь. Там, где один умник решил схитрить, найдутся ещё десяток таких же.

— Поэтому нужна публичная порка, — смекнул я, к чему ведёт профессор.

— Я смотрю, вы всё схватываете на лету, — как хитрый лис улыбнулся Сайлас Дорсет. — Это хорошо. Однако я ещё не слышал вашего ответа.

— Почему бы не сыграть в эту игру, — усмехнулся я и сложил руки на груди. — Мне самому интересно узнать, совпадение ли это или же чей-то злой умысел.

— В таком случае надеюсь, что этот разговор не уйдёт за пределы этого кабинета, — преподаватель внимательно посмотрел на всё это время молчавшую, но внимательно слушающую Виолетту.

— Само собой, — коротко кивнула она.

— Прекрасно. Значит, дело за малым. Осталось из сотен работ найти конкретно вашу. Затем узнать, кто именно её скопировал и вызвать вас двоих в кабинет, для разбирательства.

— Меня такой вариант не устраивает, — сказал я, намеренно заставив мужчину удивиться.

— Почему же, — бросил он на меня многозначительный взгляд и вновь стал барабанить пальцами по столу.

— Не мог же ученик просто так подменить работу, — высказал я своё мнение. — Ему кто-то помог. Скорее всего, кто-то из работников или даже преподавателей Академии. Такой вариант меня не устраивает. Этот человек пошёл против Эйзенхорнов, а следовательно, должен получить по заслугам.

— Слишком долго искать, и не факт, что найдём, — покачал головой профессор. — Тем более это меня не касается.

— Я разберусь, — спокойным голосом ответил я.

— И как же, если не секрет?

— Директор, — коротко, но многозначительно ответил я.

— Директор очень занятой человек. Даже у меня нет возможности просто так встретиться с ним без веской на то причины. Потеря работы одного ученика явно к этой категории не относится.