Прорыв (СИ) - Видум Инди - Страница 34

От возбуждения она сжала руку в кулачок и постукивала им по столу со все увеличивающейся силой.

— Лизонька, — мягко сказал Верховцев, — тебе вредно волноваться.

— Сережа, скажи, как я могу не волноваться, если преступник на свободе? Если даже статус императорской семьи для него не является преградой? Может, он вообще планирует занять трон?

— Лизанька, давай прекратим разговоры о политике.

И мы действительно прекратили, хотя мне тема великого князя и его посещения Резенских была очень и очень интересна. Но ее мы больше не касались. Начали говорить о сложностях управления княжествами, вышедшими из-под зоны. Наши проблемы немного разнились. У меня было больше внешних, у него — внутренних. Потому что моих внутренних вынюхивал Валерон, а мои внешние не воспринимали Верховцева всерьез и не отправляли серьезные силы на диверсии в его княжестве. Впрочем, в диверсиях необходимости и нет, достаточно того, что они планируют опять взорвать реликвию, остальное — бессмысленно.

После ужина дамы отправились смотреть подаренные мной Наташе меха и обсуждать, что из них можно сделать такого, чтобы остальные умерли от зависти. Валерону я шепнул, чтобы он передал Наташе мою просьбу расспросить Верховцеву о визитах к ее брату великого князя. Он сразу задрал хвост и рванул за дамами — не столько чтобы выполнить поручение, сколько получить свою порцию комплиментов, которые сейчас полностью доставались Мадлен. И заслуженно доставались: собачка была ухоженной и воспитанной.

Мы же с Верховцевым прошли в кабинет.

— Сергей, прежде чем я начну говорить, хочу получить с тебя клятву, что вне зависимости от того, используешь ты этот метод или нет, никогда и никому не расскажешь, что узнал о нем от меня.

— Разумеется, Петр. Но я и без клятвы никогда бы тебя не предал. Ты столько для меня сделал.

— Сергей, дело не в том, что я не доверяю именно тебе. Но сведения можно получить и не напрямую.

— Да уж, если даже защиту великого князя смогли обойти… Силой клянусь, что никогда и никому не расскажу, от кого получил метод по усилению реликвии.

Он поднял руку, она окуталась сиянием, а где-то высоко громыхнуло, подтверждая: клятва принята.

— Дело в том, Сергей, что для усиления реликвии нужны жертвы.

— Как жертвы? — вытаращился он на меня.

— А вот так. Реликвия входит в тело и поглощает жизненную энергию, напитываясь силой. Чтобы заполниться доверху, ей нужна не одна жертва.

— Ты сейчас серьезно, Петр?

— Сергей, это не та тема, где шутят, — ответил я.

— То есть ты?..

— Да, я принес в жертву порядка десяти человек. Если тебя успокоит, это были как раз те, кто собирался их взрывать.

— Не то чтобы успокоит, но… Это же мне теперь нужно самому заниматься жертвоприношениями? — в ужасе вытаращился он на меня.

К его чести, он не стал просить об этом меня, а я, разумеется, предлагать не стал.

— Именно так. Такое действие нельзя никому доверить. И предупреждаю, оно очень неприглядно.

— Да какая разница, приглядно или нет, — отмахнулся он. — Я же не собираюсь устраивать из этого представление. Тем более что Церковь этого не одобрит, и у меня с ней начнутся неприятности.

— Это одна из причин, по которой я потребовал с тебя клятву — не хочу, чтобы об этом узнала Церковь.

— Но это же где-то нужно брать людей для жертв? — продолжал он страдать. — Мы же всех подходящих уже развешали. Новые когда еще появятся. А невиновных я использовать не буду.

— У меня есть некоторый запас, — сказал я. — Поскольку принадлежащие к этой организации люди выявляются часто, я складываю их в стазисный контейнер. Могу дать тебе контейнер, вернешь — как проведешь ритуал.

Глава 18

Собственно, после того как Верховцев вызвался провести ритуал самостоятельно, смысла откладывать это дело не было. Разве что я отошел ненадолго поговорить с Птосом, уточнить, сможет ли он перенести нас с Верховцевым (по очереди, разумеется) в Колманск. Потому что Верховцев хотел провернуть всё так, чтобы не узнала Лиза и не начала волноваться. Похоже, в их семье тоже намечается пополнение, но спрашивать не стану, чтобы не нарушать негласные правила этикета.

— У самого Колманска у меня выхода нет, — ответил Птос. — У базы рядом с ним. Долететь там быстро. Один раз долечу — выход появится.

— И Верховцева ты сможешь перенести без проблем? — уточнил я. — Всё-таки он не член семьи.

— По твоему приказу я могу переносить кого угодно, — ответил Птос. — Летим?

— Летим, — согласился я. — Но не прямо сейчас. Мне нужно предупредить Верховцева и забрать Валерона вместе с контейнером.

— Хикари я передал, — прогудел Птос. — Она сообщит Валерону.

— О, спасибо, — обрадовался я, что не придется искать второго помощника, который может сейчас быть где угодно.

Птоса я опять убрал и собрался было вернуться в кабинет к дожидающемуся меня Верховцеву, как на меня вылетел запыхавшийся Валерон.

— Идем на дело?

— Да. Укреплять реликвию Верховцевых, — сообщил я. — Мне нужны контейнер с жертвами и ты для проверки, не завелись ли кто-то из скверников в окружении Верховцевых. Просмотришь, пока мы ритуал проведем?

— И лишусь такого зрелища? — возмутился он. — У меня развлечений почти нет. Я лучше потом вернусь и отчитаюсь.

— Лучше проверить быстро, чтобы не оставлять скверников за спиной Верховцева

— Попробую. Контейнер держи.

Он выплюнул соответствующий контейнер, и уже с ним в руках я отправился на разговор с Верховцевым.

— Сейчас полетим? — спросил я.

— Было бы хорошо. А это надолго?

— Где-то на час.

Он на меня вытаращился, пришлось пояснить:

— У меня призрачный помощник, который может передвигаться порталами. К самой твоей столице выхода у него нет, придется подлететь, поэтому чуть дольше получится, чем могло бы. Дамам попрошу передать, что мы отправились прогуляться по городу.

— И правильно. Нечего их волновать, — согласился Верховцев. — Не всё им нужно знать. Мне кажется, Лизонька бы не одобрила ритуал.

С учетом того, что она одобряла брата, практиковавшего куда более серьезные вещи, Лизонька вполне могла сквозь пальцы посмотреть и на то, что приносило пользу Верховцевым как роду. Но Верховцев так и не снял розовые очки, через которые он глядел на супругу. Возможно, для их семьи это и к лучшему — Лиза куда практичнее, при этом супруга любит.

Поначалу я собирался отправиться первым, но Верховцев предложил показать, куда нужно будет приземляться Птосу, когда мы с Наташей прилетим к ним в следующий раз. Предложение было дельным, поэтому я согласился. Верховцев долго восхищался проявившимся Птосом. Настолько долго, что пришлось ему напомнить об ограниченности времени — только тогда он залез в седло и исчез, а мы с Валероном остались, и я спохватился:

— Говорили о визитах великого князя?

— Ничего ценного Верховцева не сказала, — ответил Валерон. Из невидимости он не выходил, чтобы не сбиваться. — Сплошные дифирамбы пела. Мол, такой хороший, внимательный и добрый. Противно даже. Ты ее на ментальные закладки глянь.

— Посмотрю, — согласился я, досадуя, что сам не догадался. Наверное, потому, что навык новый. Не забыл же использовать Божественный взор и Проявитель клятвы? Вот и это тоже буду скоро использовать на автомате.

— Нет, может, она и действительно так считает. Великий князь — мастер пускать пыль в глаза. Он же не станет говорить о своих преступных замыслах с кем попало. Только с теми, в ком уверен. Может, ее родители знают что-то еще. Ты же на них не смотрел. Вдруг они по уши в делишках великого князя и их опасно допускать до Верховцевых?

— Имеет смысл спросить у Птоса: если есть точка выхода рядом с их домом, стоит слетать и проверить.

— Вот да. А то мы стараемся, собираем для их зятя жертв, а они спят и видят, как нашу работу свести в ноль.

Он начал рассуждать о том, что Резенские наверняка находятся под влиянием Скверны, а значит, будет правильно немного поправить наше благосостояние за их счет, а может, и благосостояние Верховцевых, если сделать Лизу сиротой. Настолько моя жажда благотворительности не распространялась, поэтому я сразу сказал Валерону, чтобы без самодеятельности. Хотя его предложение слетать туда на Птосе и проверить Резенских Божественным взором понимание у меня нашло. Даже если он прихватит что-то, сочтя их приверженцами Скверны, всё равно это значительная экономия моего времени. Я даже сейчас, вместо того чтобы обрабатывать паучков, занимаюсь проблемами Верховцева, что не совсем хорошо. Но если с этим делом затянуть, то его проблемы станут уже моими.