Монстры царства стали (СИ) - Нордсвей Таня - Страница 90

– Вы не понимаете! Вы ничего не понимаете! – закричала Лин. – Мой брат должен был стать новым королем. Не я. Он погиб, защищая меня, ведьму! – Из глаз девочки брызнули слезы, ее голос надломился. – Он должен был стать нашим будущим, его видели величайшим правителем! В пророчествах говорилось, что он может поднять Демию с колен, ведь он вода, которая поможет землям вновь стать плодородными. А он погиб из-за меня. Он мог спастись! – слезы катились по щекам Лин. – Должны были уберечь его, а не меня. Но он остался и спас меня, хотя они приходили за мной. Я слышала, как они кричали «Ведьма! Ведьма!» – ее голос стал похожим на хрип. – Он был настоящим королем, каким я никогда не стану. И обратно я никогда не вернусь. Ведьма должна быть мертва.

С этими словами девочка побежала вглубь сада, и Кассия бесшумно отправилась за ней, знаками показывая, чтобы они за ними не ходили – это могло быть опасно.

На молчаливый вопрос Бронта, Адриана нехотя ответила:

– Мы случайно назвали ее фамилию, и она решила, что мы хотим вернуть ее обратно в лапы тех, кто убил ее семью. Разумеется, об этом не может быть и речи.

– А почему она называла себя ведьмой? – уточнила, не до конца понимающая ситуацию Рэйна.

Адриана, Бронт и Ноа переглянулись, а потом Ноа взял Рэйну за руку и повел вглубь сада для разговора.

Когда Бронт и принцесса скрылись за плотной листвой, девушка остановилась, требуя объяснений. Она растерла свою шею, не понимая, в чем причина боли в грудной клетке.

Ноа вздохнул.

– Мы случайно выяснили, что Лин обладает магией. Возможно, это и помогло ей выживать так долго совсем одной, – сразу начал он с сути дела.

Понятно. Правда, Рэйну интересовало совсем не это, хотя девочка, безусловно, была неожиданностью этим утром.

– Ноа, – зашипела Рэйна, ухватив друга за локоть. – Ты зачем полез туда? Ты мог погибнуть!

– Бронт уже все тебе рассказал, да? – кажется, этот поганец не понимал, какой трагедией могла обернуться его выходка.

– Какая еще некромантия, Ноа?!

– Я все могу объяснить.

– Вот и потрудись, – девушка сложила руки на груди, чтобы обезопасить друга от ее внезапных выпадов. Она ощущала сильную злость. А он еще ей советовал не совершать глупостей! – Я от тебя такого не ожидала.

– Рэйна, они убили его, совершив переворот! Очернили память его рода и основались в его доме, введя свои законы, наплевав на традиции всего королевства! – тут уже зашипел Ноа.

– Но Иллиас мертв, Ноа! А ты жив, и тебя могли убить. Их там были десятки, и они были солдатами, а ты был один! О чем ты только думал!

– О мести, Рэйна, – плечи юноши дрогнули. Девушка почувствовала, как от него начал исходить жар, который он тут же потушил. – Он защищал свою сестру, Лин осталась абсолютно одна. Девочка умирала, когда я ее нашел!

– И что ты сделал с ними? – не выдержала Рэйна, хотя уже догадывалась об исходе.

– Я сжег все до тла, станцевав на их прахе.

Рэйна выдохнула, поджав губы и отведя взгляд в сторону. Недалеко от них послышался смех Кассии и Лин. Значит, все разрешилось, и девочку отыскали.

Девушка понимала поступок Ноа, однако не принимала до конца. Он был безрассуден, но не лишен оснований. Рэйна бы поступила так же, и она не могла за это винить Ноа.

– Тебе стало лучше? – наконец, уточнила девушка, не зная, что еще тут сказать.

– Немного, – криво усмехнулся Ноа, ковыряя носком ботинка гравий. – Теперь хотя бы знаю, что они получили по заслугам за то, что буквально уничтожили надежду на будущего нашего мира.

– Это ты имел в виду, когда говорил, что Иллиас должен был жить, а не ты? – полушепотом уточнила девушка.

Он перевел на нее свой взгляд, в котором читалась вечность.

– Юонг Хур, он же Смелый Дракон, старший сын Джин-Хо и Мэй Хур, которого мы знали как Иллиаса. Он мог бы изменить будущее своего королевства и мира, если бы остался жив и смог занять свое место на троне. Я видел это. Я видел альтернативное будущее. Юонг был банши, и своим последним криком он запустил череду событий, ведущих к концу Света. Теперь все не разрешится так просто, как могло бы, Рэйна.

Ноа замолк, и Рэйна прикусила губу. Каково это, знать, что все могло быть иначе? И продолжать с этим жить, зная, что ничего больше не изменить?

Его слова про конец Света заставили ее внутренности похолодеть. Рэйна никогда не верила в пророчества, но теперь в жизни девушки их было слишком много. Правда ли все это? Они все погибнут?

– Но я видел и другую тропу наших душ, – неожиданно сказал юноша, отвлекая ее от мыслей о гибели миров. – Они родились не в то время, Рэйна. Поэтому вернутся, нам надо просто подождать.

– Что это значит, Ноа? Кто эти «они»?

У Рэйны уже голова шла кругом от его странных фраз и выражений, которые она не понимала до конца.

Но, кажется, юноша имел свои думки насчет подсказок, которые давал девушке.

– Ты совсем скоро все узнаешь, Рэйна. А теперь иди в тронный зал, иначе опоздаешь и не успеешь проститься.

– Что? Проститься с кем? Подожди! Ноа! Объясни, что случится! Не уходи!

Рэйна попыталась остановить Ноа, но тот уже раскусил капсулу переброса, и от его фигуры остался только дым, который развеял ветер.

Рэйна понеслась со всех ног обратно во дворец, не обращая внимание на неудобные туфли и платье, не располагающие к пробежке. Место, где они расстались с Адрианой и Бронтом, пустовало – они уже ушли. Логикой Рэйна понимала, что те просто ушли пристраивать Лин, но ее тревожность усиливалась, несмотря на доводы рассудка.

Теперь, после слов Ноа, она получила подпитку и вместе с запертой в Рэйне магией обрушивалась на девушку, пытаясь выбить ее из равновесия. Принцесса буквально летела в тронный зал, ведомая ощущением чего-то ужасного, и пытаясь унять дрожь в своем теле.

Ей не хватало воздуха. Рэйна не могла нащупать связующую нить, чтобы хоть за что-то уцепиться. Стены давили, к горлу подступала тошнота. Она два раза чуть не упала, но продолжила свой путь.

У самых дверей Рэйна собрала всю свою волю в кулак и вернула себе внешнее спокойствие. Еле раскрыв тяжелые створки, девушка проскользнула внутрь, никак не ожидая увидеть в зале всех наместников, Солара и Саргона. Кажется, тут были еще и подданные фейри, но Рэйна их уже не замечала, вперившись взглядом в фигуру Саргона.

Руки темного принца сковывали магические кандалы из драконьего камня и рябины. Что происходило?

– Солар? – выдавила из себя Рэйна, сокращая расстояние между собой и принцами. Ни Адрианы, ни Бронта видно не было. – Что здесь происходит? И почему Его Высочество в кандалах?

– Мой брат обвиняется в измене королевству.

«Что?»

Происходящее показалось ей чем-то нереальным, будто во сне. Взор затуманивался белой пеленой, мешая ясности мысли. Губы пересохли и потрескались.

– Измене?

Рэйна надеялась, что это была шутка. И верила, что не упадет в обморок прямо сейчас, держась в сознании из последних сил.

Голова трещала и раскалывалась. В уголках глаз начала скапливаться влага.

– Да. Мой брат, Его Величество Равен Эвлесин-Ла’Кровэ Эферонский, обвиняется в попытках поднятия мятежа, а также соблазнении Селилуны Валийской для расторжения нашего союза с Валией.

Рэйна перестала воспринимать происходящее.

– Селилуна, – Солар подошел к девушке и взял ее руку в свою. – Тебе стоило сразу рассказать мне, что Равен пытался тебя шантажировать. Но ничего страшного, все уже обошлось.

Шантажировать?! Кажется, в тот момент Рэйна окончательно лишилась дара речи.

Это была шутка? Бред ее воспаленного сознания? Тогда почему все кажется таким реальным…

– Я… – ей надо было хоть что-то сказать, что-то сделать! Но девушка просто хватала ртом воздух, и Солар расценил ее молчание в корне неверно.

– Все в порядке, любимая. Все позади, он больше тебя не тронет.

– Ваше Высочество, – обратился к Солару стоящий рядом с ними Хоакин. – Полагаю, раз все доказательства оглашены, и свидетели допрошены, а Ее Высочество Селилуна Валийская не высказывает ничего в защиту обвиняемого, то пора вынести вердикт.