Монстры царства стали (СИ) - Нордсвей Таня - Страница 50

Она остановилась и вскинула на него голову, поджав пухлые губы. В такие моменты она еще больше напоминала Саргону мать, хотя за столько столетий ее образ практически стерся из его головы.

– В этом нет твоей вины, – отчеканила она, откинув за спину распущенные волосы и продолжив вышагивать дальше. – Кажется, этот вопрос мы закрыли еще сто лет назад.

– Верно. Но раз уж снова вспоминаем закрытые темы, то я не верю, что ты нас отравила.

– Благодарю, – с сарказмом ответила Адри и закатила глаза, но от Саргона не ускользнуло, что ее плечи чуть распрямились, а сама она расслабилась. Неужели она и правда думала, что он не приходил к ней, так как винил ее в случившемся? – Обрадовал, братишка.

Адри, несмотря на ее характер, была одной из того узкого круга лиц, кому он мог доверять в этом дворце. Кроме того, сестра была последним оплотом, оставшимся от их семьи. Неужели он мог от нее отречься?

– Я искал способы доказать твою невиновность и вытащить отсюда, – сказал Саргон, откидываясь назад на спинку кресла и прикрывая глаза.

– И как, нашел?

– Кто-то очень хорошо замел следы.

– Неужели ты не смог вытащить из свидетелей ничего толкового?

– Свидетелей нет.

– Как это нет?

Саргон раскрыл глаза, встречаясь взглядом с сестрой. Ее магия, пульсирующая вокруг них и скрывавшая настоящий диалог, уже истощалась. Значит, времени у них оставалось не так много, прежде чем Адри, обессиленная, опустит занавес, и им придется снова говорить на нейтральные темы.

– Косвенно подозреваемые есть, и я их допросил, – на последнем сказанном им слове Адри поморщилась. – Но свидетелей нет.

– Знаю я твои методы допроса… От них точно уже живого места не осталось.

– Эффективные методы, – холодно поправил ее Саргон. – И…

– Рав, ну и где эффект? Где?

– Не перебивай и дай мне договорить. И сядь, наконец. Тебя уже шатает от магического истощения, – тоном, не терпящим возражений, обратился к ней Саргон. Сестра подчинилась, тяжело вздохнув, не переставая метать глазами молнии. – Я выяснил, что яд был привезен из Лидрисса. На территории Скайферона нет необходимых ингредиентов для его изготовления. Я подозреваю, что это та самая отрава, которую варят мятежники в эфиренских горах.

Драконьи кланы, засевшие там, уже давно планировали навести в Эфероне свои порядки, будучи недовольными некоторыми решениями короля.

– Получается… – глаза Адрианы округлились. – Выходит, что во всем этом замешаны лидрисские драконьи кланы?

– Не могу отрицать.

– Тогда почему ты не предъявишь все собранные доказательства Солару, чтобы он, наконец, перестал считать меня убийцей?!

– Я не уверен, что брат к этому не приложил руку.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только потрескиванием магии в воздухе. Ее запах забирался Саргону в ноздри, щекоча их.

– Ты это всерьез? Погоди… О Небеса, скажи, что у тебя на душе, я не выдерживаю, когда не могу тебя в такие моменты считать.

– Ты же заявляла, что умеешь считывать мои эмоции, даже пусть они для всех остальных не имеют никакого запаха? – слабо попытался пошутить он, отчего брови Адри тут же взмыли вверх.

– О Истинные боги милосердные… мой брат пытается шутить спустя столько лет хождения с лицом, мягче которого даже камень храмового алтаря… Я точно разговариваю с Равеном? Или ко мне пришел кто-то под его натурой?

– Адс, – попытался прервать ее тираду Саргон, внутренне поражаясь, насколько близка сестра была к правде. С того света он действительно вернулся иным.

– Нет, ничего мне больше не говори, – отмахнулась она, и стена ее защитной магии упала, заканчивая их разговор на опасную тему. – В большинстве случаев я, конечно, считываю твои эмоции, особенно когда ты хочешь проломить кому-то череп, но иногда испытываю потребность чуять запах эмоциональной перемены.

Саргон с рождения обладал странной способностью – ни один из фейцев не мог считать его персонального или иного запаха. Для их общества, привычного к таким нюансам, это была одновременно и раздражающая способность, и вызывающая зависть. Таких фейцев, имеющих это странное отклонение, за всю историю Света было всего двое, и они оба проживали под крышей этого дворца.

– Увы, но что говорить о том, что тебе не под силу, сестренка. Единственное, что я могу тебе подсказать, так это то, что, сказав ту фразу, я был абсолютно серьезен.

Занавес магии сестры упал. По глазам Адри он прочел все, что хотел прежде, чем она направила тему в более нейтральную. Их негласная договоренность не затрагивать важные темы без магического покрова продолжала действовать.

Да, возможно, никто и не прослушивал их прямо сейчас каким-либо образом, но всегда лучше перестраховаться.

– Ну хорошо. Быть может, расскажешь мне перед уходом, чем занимался за прошедший месяц?

«Что ей ответить на этот вопрос? Пытал причастных к покушению, «навестил» старых знакомых в военных лагерях, оставив после себя новые указания и сотни ударов плетями? Или поведать о том, как шпионил за нашим же братом?»

– Или, быть можешь, расскажешь о той девушке? – хитро ухмыльнулась сестра, прикусив нижнюю губу.

«Еще лучше. Рассказать ей о том, как теперь образ Рэйны преследует его не только в мыслях, но и наяву?»

– Нет ничего такого, что тебе было бы по-настоящему интересно узнать, – дал неопределенный ответ.

– Кто она?

– Это не важно.

– Вы раньше встречались, да? Она смертная?

– Адри, это не…

– Кто она, Равен? – она склонилась к нему, уперев руки в подлокотники кресла. От ее кожи струился знакомый Саргону запах медового муската, по которому он мог бы отыскать ее где угодно.

– Ее зовут Луна.

Глаза Адри загорелись ярче – она с радостью уцепилась за эту информацию.

– Она тебе нравится?

– Раздражает.

Губы девушки сложились в плутовскую улыбку.

– Как она выглядит? Хорошенькая?

– Все, Адри, я пошел. – Саргон встал с кресла, но она увязалась за ним следом, хоть и знала, что переступить порог не сможет из-за магии, что запирала ее внутри.

– В следующий раз я тебя допрошу по полной! – услышал он ее счастливый возглас, покидая ее покои.

Что ж, он ничуть не сомневался в ее обещании.

Он явился на Совет в самый последний момент. К тому времени большую часть вопросов Солар с наместниками уже обсудили, но Саргон и так знал, какие решения они примут.

Обсуждающие что-то наместники, склонившиеся над подробной картой трех континентов, разом замолкли. После выпрямились и склонили перед вошедшим принцем головы:

– Принц Равен.

Он кивнул им, направляясь к Солару, который стоял у стола, сложив руки на широкой груди. Переступая порог, он заточил свою бурлящую темную магию глубоко внутри, сокрыв от присутствующих.

– Брат! – Солар пожал ему руку с задумчивым выражением лица. Свой камзол он снял, оставшись лишь в отсроченной золотым шитьем рубашке. Ее рукава были закатаны.

В кабинете Солара было тесновато для шести мужчин, но эта встреча была незапланирована, как и две предыдущих. Саргон не стал уточнять, почему брат просто не предложит им пройти в зал для совещаний.

Зажженные Соларом с помощью магии свечи освещали пространство мягким светом, очерчивая ряды книжных шкафов, забитых до верха старинными манускриптами, многие из которых к нынешнему времени остались практически в одном экземпляре. Каждый раз Саргон молча дивился странному увлечению брата трепетно собирать легенды и предания Ксанферона. Многие свитки и перевязанные холщовой веревкой кипы бумаг уже не помещались на полках, поэтому были разложены на всех свободных поверхностях.

Одна из потрепанных книг на рунийском языке лежала раскрытой на тумбочке возле кресла, в которое он сел, вытянув свои длинные ноги. Лениво подцепив книжку, темный принц взял ее в руки, без интереса пролистывая. Его присутствие было чистой формальностью, в которую Солар играл уже который месяц.