Монстры царства стали (СИ) - Нордсвей Таня - Страница 43

Веселье медленно покинуло лицо Данте. Он налил себе еще вина, затем выпил все до дна и только тогда продолжил:

– Он самый… суровый главнокомандующий Эферона, которого я когда-либо знал. Солар, он, конечно, твой брат, но я не могу не отметить его жестокость, блестящий ум и непревзойденную силу. Он исключительный манипулятор и стратег. Возможно, со своей семьей он и бывает иным, но точно не с теми, кто в нее не входит.

– Если бы он сюда заявился, то мы бы провели ужин в гробовом молчании, – едко заметил тот самый феец, сидевший рядом с Данте.

Суров и немногословен? Зная Саргона и помня его извечную болтливость, у Рэйны в голове не укладывалось, что он мог вести себя иначе. Да, она не могла не признать его ум и стратегические способности. Но то, что в реальной жизни тот, кого она узнала в Меласе, был иным…

Впрочем, и ее прошлая жизнь оказалась неожиданным поворотом как минимум для нее самой. Что уж тут говорить о Саргоне? Он был в той же позиции, что и она.

– Все, все, – поднял бокал Солар, взывая к примирению и закрывая щекотливую тему. – Мой брат, конечно, гроза всех наших врагов, но не забывайте, что он и ваш принц тоже. Поэтому предлагаю выпить за его здоровье.

– За Равена!

– За Равена.

Рэйна скосила глаза на наместника, сидящего рядом с ней, и вдруг Солар немного смутился.

– Прошу прощения, Луна, забыл тебе представить мое близкое окружение. Арран, наместник земель Иднара. Данте, наместник Тареса. Хоакин, наместник Лидрисса, очень душевный человек. – Хоакином оказался тот самый феец, что до сих пор не сводил с нее глаз. Душевный? Ага, конечно! От его взгляда сила, запертая и подчиненная Рэйной, начинала студить ее жилы. – Рядом с тобой сидит Йен, наместник Виттреса. Алекса, наша пятая наместница, сегодня отбыла обратно в свой дворец.

Про шестого наместника Черных земель не было сказано и слова, как и, собственно, о короле. Но расспросы о семье Солара попадали в список запрещенных тем, которые девушка не собиралась затрагивать.

– Мои глаза рады видеть вас в здравии и покое, – этому приветствию, распространенному среди народа фэ, ее научила Кассия.

– А ты неплохо разбираешься в этикете нашей расы, – отметил Хоакин, отправляя кусочек мяса в рот. – Подготовилась.

Жирный намек в его словах был приправлен явной долей меда. Но никакой елейный тон не мог спрятать деготь, который в него подмешали.

– Совсем немного. Я считаю, каждый гость должен знать правила того дома, в котором он гостит, – уклончиво парировала Рэйна. В словесных поединках она упражнялась годами, имея исключительных учителей.

Хоакин улыбнулся. Кажется, она приятно удивила его таким ответом.

– Луна мне нравится гораздо больше двух предыдущих дам, – ядовито-сладко сказал он Солару, будто ее вообще тут не было и Рэйна, равно как и другие претендентки, являлась живым товаром! Но девушка никак внешне на это заявление не отреагировала, мысленно направляя себя в то русло, что через пару-тройку недель они будут назвать ее своей госпожой. И будут целовать ей ноги, моля о прощении.

– Хоакин, это некрасиво, – многозначительно посмотрел на наместника Лидрисса принц, прихлебывая из бокала, и тут же попытался сгладить ситуацию. – Луна, Хоакин бывает иногда грубоват, но он не хотел никого обидеть.

– Все в порядке, – улыбнулась она Солару одной из очаровательных улыбок из своего арсенала. – Понимаю, что сложно вести беседу в присутствии девушки.

– К сожалению, наша единственная леди, которая могла бы составить тебе компанию, не смогла сегодня присутствовать здесь, – вдруг сказал Йен, который до этого молчал. – А у нас редко бывают… смертные гости, ты уж прости.

Наместник Виттреса обладал заостренными чертами лица, из-за чего у Рэйны сложилась ассоциация этого фейца с хитрым лисом. Взгляд медных миндалевидных глаз прошелся по ее лицу, а затем Йен быстро сменил тему:

– Солар, ты уже целый день мучаешь наших прекрасных гостий в духоте дворца. Быть может, стоит показать Луне в какой-то из свободных часов город?

Да, от прогулки по Скайферону Рэйна бы точно не отказалась.

– Поверь, – наклонившись к ней, чуть тише прошептал Йен, – красоты Скайферона стоят того.

– Это хорошее предложение, – подхватил Солар. – Быть может, завтра днем?

– У девушек в это время музицирование, – отметил Хоакин, который был явно в курсе их времяпрепровождения во дворце.

– Я была бы рада его пропустить, – тут же вставила свое Рэйна. – Честно говоря, слушать музыку я люблю, а сама играю плохо, – и девушка не кривила душой. Канна прекрасно играла на рояле, а вот ей точно медведь на ухо наступил еще в детстве. – Поэтому с радостью приму приглашение на прогулку.

Солар просиял, и Рэйна на мгновение подумала, что не так-то и сложно захомутать этого принца. Однако, помимо этого ей еще понадобится избавиться от соперниц. Ну ничего…

– Тогда буду рад показать тебе город после обеда. Честно говоря, я тоже плох в музыке. В этом меня, опять же, опередил мой брат.

И снова разговор зашел о Саргоне. Новость о том, что он владеет музыкальными дарованиями, мысленно позабавила Рэйну, вновь заставляя ее отвлечься от вкусной еды, которая стремительно исчезала с ее тарелки.

– Он играет на рояле?

– Иногда, – уклончиво признался Солар, и Рэйна мысленно добавила, что чаще всего Саргончик явно играет на чужих нервах, как на самом нежном инструменте этого и того миров. – Он не часто радует нас подобным с тех пор, как скончалась его мать.

– Соболезную утрате, – машинально сказала Рэйна, и разговор снова зашел в тупик. До самого конца ужина все попытки диалога заканчивались не очень, будто само упоминание второго принца и его погибшей матери наложило запрет на все легкие и непринужденные разговоры.

Однако Солар вызвался сопроводить ее до покоев лично, что было крайне на руку девушке, которая уже начинала придумывать новые варианты приманки для принца. Подвернувшееся предложение было как нельзя кстати.

Однако, не успели двери зала закрыться за ними, а Рэйна – продолжить свою исключительную игру, феец внезапно остановился и выудил из кармана своего богатого камзола небольшой флакончик с серебристой жидкостью.

– Луна, я бы хотел передать тебе этот эликсир и попросить тебя добавлять его каждый день по одной капле в напиток.

– Зачем? – не поняла она, но флакончик приняла.

– Наша… еда фейри, – поправился принц, – не всегда хорошо усваивается у смертных. Не хочу, чтобы у тебя было плохое самочувствие. Эликсир поможет не чувствовать неприятных ощущений и лучше приспособиться к нашей пище.

– Благодарю за беспокойство.

Поднявшись на этаж, где располагались покои Рэйны, они наткнулись на Саргона, идущего к лестнице. Он пожал руку брату и отвесил поклон девушке в то время, как она очаровательно ему улыбнулась. Кажется, Саргон куда-то спешил, раз обошелся без лишних фраз и быстро скрылся из виду. Это оставило на душе Рэйны неприятный осадок, которого вообще-то не должно было быть.

Солар остановился возле дверей ее покоев и поцеловал руку девушки:

– Тогда до встречи завтра?

Принц был красив, галантен и безумно мил, но почему-то в ее груди ничего не откликалось при взгляде на него. Это Рэйна поняла еще на ужине, когда украдкой рассматривала своего будущего супруга (а в том, что она его на себе женит, девушка не сомневалась).

Но Солар был богат, бессмертен и имел в своих руках гораздо большую власть, нежели любой другой правитель трех континентов. Поэтому вопрос о том, нужно ли ей его заполучить, был для нее давно закрытым. Оставалось только убрать соперниц и максимально влюбить его в себя.

Губы Рэйны растянулись в улыбке, а сама она, стрельнув на принца глазами, кокетливо ответила:

– Да, конечно. Уже не могу дождаться завтрашнего дня!

Ночью Рэйна спала на удивление хорошо. Проснувшись поутру, она чувствовала себя бодро и даже выспавшейся. На ночь девушка выпила чашку горячего шоколада, добавив туда эликсир Солара. Вкус лакомства от капли этого отвара никак не изменился, что несказанно обрадовало Рэйну. Она не любила вкуса настоек и отваров, которыми их обычно пичкали в Валии при болезни. В Меласе же вкус отваров, которые регулярно пила Рэйна, был не таким противным, как в жизни.