Отпечатки - Мамон Антон - Страница 44

– Родной мой, маленький… Верю, что ты слышишь. Я так виновата! Не замечала, что тебе больно, – гордыня застилала взор. Казалось, ты просто меня ненавидишь. Без причины, без цели… Если бы я только знала, что тебя мучило! Я бы собственную жизнь отдала, лишь бы заслужить твое прощение. Понимаю, я была ужасной матерью. Все время где-то, с кем-то, но не с тобой. Ни когда тебе было грустно, ни когда радостно… Я не заслужила такого сына, как ты, но если бы только у нас появился второй шанс, хотя бы ничтожный… Я бы горы свернула, лишь бы ты снова был здоров, сделала бы все, чтобы искупить грехи. Ты сильный. Намного сильнее меня. У тебя светлое, горячее сердце. И оно поможет тебе выбраться. Иди на мой голос, родной, иди на мой зов… Я на этой земле только ради тебя! Вернись мой мальчик, вернись, сынок!

– Кристина Анатольевна, давайте я подежурю, а вы хоть на часок приляжете? – Лёва возник в дверном проеме. Он с сожалением смотрел на начальницу, искренне пытался ей помочь.

Кристина обернулась и уже набрала воздух в легкие, чтобы ответить дерзко и односложно, как вдруг увидела в Лёве вчерашнего мальчишку, почти ровесника Саввы. «Он ведь тоже чей-то сын… Не обижай его», – сама себе наказала Кристина в мыслях. Внезапно раздражение сменилось на благодарность. Елецкая поняла, что страшно устала и заслуживает короткой поездки домой. Принять душ, переодеться, съесть через силу что-нибудь… Она закивала, а после подошла и обняла Лёву.

– Я мигом. Туда и обратно на машине. Стереги его как зеницу ока. Он все, что у меня осталось.

– Сюда и мышь не проскочит, Кристина Анатольевна. За это ручаюсь.

Госпожа мэр устало выдохнула и побрела вдоль стены по коридору. Спускаясь по лестнице, она вела рукой по облупившимся перилам, чтобы не упасть. В тот самый момент она поклялась здоровьем сына привести это место в порядок, если у нее будет такая возможность: покрасить стены, заменить ржавые краны, поставить новые удобные кушетки в палаты. Елецкая сама не заметила, как оказалась в машине. Время в пути до дома – шестнадцать минут. Меньше четверти часа отделяли ее от мимолетной, но очень нужной передышки, без которой постепенно мутился разум.

Нехватка бензина в баке и кофеина в желудке вынудили Кристину свернуть на заправку. Прихрамывая, она оплатила покупки и послушно ждала, когда кончится гудение, чтобы вынуть заправочный пистолет и отправиться дальше. Елецкая едва не уснула от бездействия, как вдруг ее ошарашили звуки сирен. Несколько пожарных расчетов пронеслись мимо, в сторону больницы. Сердце в груди сжалось до размера таблетки. Она тут же проиграла в голове худший из сценариев, но попыталась отогнать дурные мысли.

Это удалось. Ненадолго. Ведь с очередным пожарным автомобилем, что бешено промчался по встречной, тревога вернулась. Не в силах с ней бороться, Елецкая развернула внедорожник и утопила педаль газа в пол. Она нервно смеялась, представляя, как ворвется в тихую сонную палату, увидит изумленные глаза Лёвы и поплетется обратно, чтобы заново проделать весь маршрут в сторону особняка… Однако этого не случилось. Вместо полумрака больничных окон Елецкая увидела рыжее зарево сразу в нескольких палатах второго этажа и целую толпу людей, рвущуюся наружу из центрального входа.

– Нет! Господи, Савва! – закричала Елецкая, отстегивая ремень безопасности.

Эпизод 9

О том, что в больнице, где лежал сын Кристины, горит целое отделение, Яна узнала из чата под названием «За речкой». Там местные выставляли на продажу поношенные вещи и уточняли расписание автобусов, но иногда мелькали и по-настоящему важные новости. Такие, как эта… Не теряя ни секунды, Князева рванула на место происшествия и умудрилась прибыть туда раньше экстренных служб.

В то время как людской поток хаотично покидал больницу, Яна пробивалась внутрь. С главного крыльца ничего не вышло – все равно что пытаться ладонью закрыть пробоину в дамбе. Князева рвалась вперед, но волна незнакомцев уносила ее далеко от дверного проема. Смирившись с неудачей, она придумала запасной план. Забралась в окно на первом этаже и со всех ног бросилась на второй. Туда, где, как ей помнилось, проходил лечение Савва.

– Яна… помоги… – раздался позади слабый голос. Это была Кристина.

– В какой палате лежит ваш сын?! Быстро!

– 212. Я покажу, не бросай меня одну.

Князева чертыхнулась и схватила Елецкую под руку. Вместе они заковыляли наверх, сквозь клубы сгущающегося дыма. Видимость на этаже была отвратительной, Яна с трудом различала номера палат. Зато Кристина шла уверенно, не пытаясь разглядеть таблички. Когда обе добрались до нужной двери, им все же пришлось напрячь зрение. На полу лежало и мешало проходу что-то… вернее, кто-то.

– Лёва! – Кристина в истерике потрясла мертвого охранника за грудки.

Яна поняла, что ему уже не помочь, и двинулась дальше. Заперто. Недолго думая, она вынесла ногой хлипкую дверь и в ту же секунду узрела его. Убийца стоял у кровати мальчишки, осторожно надевая на его запястье браслет. На теле – плотный комбинезон. На лице – шлем-маска. В горле пересохло от волнения, но Князева выхватила пистолет, взвела курок и прицелилась. Толчок в спину нарушил все планы. Выстрел угодил в люстру, комната погрузилась во мрак.

– Ты что творишь, дура?! – закричала Князева и обернулась.

– Ты могла попасть в Савву! Я просто… – Елецкая хватала ртом отравленный воздух.

Приготовившись выстрелить снова, Яна пробралась вглубь палаты и увидела настежь распахнутое окно. Она подбежала совсем близко и посмотрела вниз. Никого. В этот миг земля ушла из-под ног. Яна рухнула и больно ударилась головой. Только тогда стало ясно, что это была ловушка, а убийца не покидал помещения. Он прятался где-то рядом, выжидая удобного момента, чтобы напасть.

– Задержи его… – с трудом произнесла Яна, но было поздно.

Маньяк скрылся в дыму почти беспрепятственно. Елецкая хотела перекрыть пути к отступлению, но он толкнул ее в стену. Кристина потеряла сознание. Яна с трудом поднялась на колени, но встать не смогла. Голова кружилась со страшной силой, тошнило. «Сотрясение», – подумала Князева. Из коридора донесся голос Дениса. Яна закричала, что было сил. К моменту, когда в палату влетел напарник, она сама едва не отключилась.

– Жива?!

– Да, – послышался слабый ответ. – Помоги Савве и Кристине, я дойду сама…

– Ребят, тут раненые! Сюда! – взревел Симонов. – Не бойся, я не один. Сейчас вас всех отсюда вытащат.

Князева кивнула и попыталась улыбнуться. Она не знала, вышло ли у нее, ведь суматоха пожара сменилась на полное забытье. Черный экран, который внезапно включился перед глазами, приглушив все запахи и звуки…

* * *

– Что показали камеры? Это же не кафешка придорожная, а госка. Там ими все должно быть утыкано. – Яна злилась не на шутку, сжимая в руке карандаш.

– По странному совпадению, ничего, – робко произнес Гриша, будто в том была его вина. – За пятнадцать минут до возгорания и всю ночь после они не работали. Какой-то системный сбой.

– Ты правда еще веришь в совпадения? – Князева на выдохе запрокинула голову.

– Не, ну а вдруг это…

– Господи, Гриш! – Карандаш в руке Яны треснул. – У нас тут настоящий преступный гений орудует, а ты все про случайности мямлишь.

Новенькому не нашлось что ответить. Он удрученно пожал плечами и замолк. В дверь тем временем постучали.

– Войдите, – отозвалась Князева.

Порог кабинета переступила Кристина. Даже в простой одежде, с серым платком на голове и в больших солнцезащитных очках, она все еще внушала страх и уважение. При виде нее Гриша попрощался, схватил папку и выбежал, не посмев взглянуть чиновнице в лицо.

– Ты просила приехать, Ян. – Елецкая проводила взглядом Гришу, сняла очки и подозрительно сощурилась.

– Да, присаживайтесь, секунду, нужно письмо отправить, – монотонно произнесла Князева.

Госпожа мэр опустилась на неудобный скрипучий стул, несколько раз подвинула его ближе к столу и затихла в ожидании.