Узники мира снов - Нордсвей Таня - Страница 48

– Значит, с Саргоном вы договорились и теперь мы одна команда? – мило поинтересовалась Эль, чем немного повергла Рэйну в шок. Рядом с ней Рэйна всегда понимала, что ее образ собранности рушится, как карточный домик. Каким влиянием обладала Эль, что делала это интуитивно?

– Ты… тоже? С ним?

– Увы, как бы печально это ни было, но с ним я, Бронт, Ноа, а теперь и ты.

Пазл окончательно сложился. Вот откуда Ноа знал про Саргона, а в комнате Эль был его плащ!

– А…

Но договорить она так и не успела, так как ее прервал возглас Эль, которая поняла, во что одета Рэйна:

– Где вы это, гении, откопали? Я же выбросила этот брак! – Девушка подлетела к Перерожденной, как ураган, гневно метнув взгляд на Бронта. Последнего откровенно позабавила реакция Эль, и он усмехнулся, чуть склонив голову. Девушка же зашипела, осматривая то, во что Рэйна была одета.

– Ты выбросила, а я подобрал. Не пропадать же добру, мало ли пригодится. Например, рану перевязать или на смену. У нас не было иного выбора: одежда Ангелочка никуда не годилась.

– Брак? Но ведь это неплохое платье… где в нем изъяны?

Все эти модные штучки не были сильной стороной Рэйны.

– Дорогая моя, – Эль повернулась к ней, растягивая гласные, – мне не понравился оттенок, да и крой вышел неудачным. Хотя согласна, что на тебе любая тряпка смотрится восхитительно. Хоть мешок надевай – все равно будешь выглядеть неотразимо.

С этими словами подруга прошлась взглядом по фигуре Рэйны и заметила в ее руке плащ, который та взяла с собой.

Черт. Черт. Черт. Как теперь объясняться перед ней? Да, плащ принадлежал Саргону, но ведь Рэйна зашла в ее комнату без спроса и забрала его.

«Дерьмовая ситуация», – мысленно поморщилась Рэйна. В ее голове, как назло, была пустота. И что ей теперь говорить? Сочинять жалкие оправдания? Лгать?

Но прежде, чем она успела открыть рот, Эль похлопала ее по плечу и шепнула на ухо:

– По поводу плаща: все хорошо. Главное, что теперь ты с нами, а до остального мне дела нет. Не думай, что это как-то испортит наши отношения.

Запах малины ударил ей в нос. То были одни из любимых духов Эль.

Рэйна кивнула в ответ на ее слова и внутренне расслабилась. Затем наконец убрала надоевший плащ в мешок на поясе.

– Бронт, – уже громче сказала Эль. – Нам нужно поговорить. Наедине. Прости, Рэйна. Это касается только нас двоих.

– Я тоже хотел с тобой поговорить.

Кажется, сейчас Рэйна была лишней в этой компании. К тому же ее энергия опустилась практически до нуля. Девушка хотела только одного – завалиться на кровать и отдохнуть, не вникая в тайные разговоры этих двоих. Еще вчера, быть может, Рэйна бы и держала ухо востро: мало ли какую информацию она бы узнала? Но сегодня все настолько радикально поменялось, что она просто нуждалась в отдыхе. И во времени, чтобы перестроить свой вектор движения.

– Я пойду домой, – устало бросила Рэйна, направившись к двери и попутно поймав удивленный взгляд Эль. Да, она назвала дом Мюриэль своим домом. Ведь за какое-то время он стал таковым для Рэйны. – Разговаривайте.

– Я провожу Ангелочка до выхода и вернусь, – сказал Бронт и открыл перед Рэйной дверь.

Он сдержал слово, данное ей: Рэйна зашла и вышла вместе с ним. И Бронт оказался прав: преодолев первый порог этого страха, она стала чувствовать себя более уверенно, пусть даже и в присутствии дималита. А это не могло ее не радовать. Внутренне Рэйна даже была благодарна Бронту. Правда, не настолько, чтобы до конца ему доверять, но все же.

– Спасибо, – сказала она, когда они были готовы расстаться.

– Тебе спасибо.

– За что? – не поняла Рэйна.

– За приятно проведенное время. – Его улыбка казалась немного лукавой, но в то же время открытой. На щеках у парня проступили ямочки. – Ты знаешь, как попасть завтра в дом?

То, что имелся в виду дом Саргона, Рэйна поняла сразу.

– Примерно представляю. Не переживай, доберусь.

– Тогда до встречи?

– И доброго Сна.

Бронт ушел, и Рэйна осталась в зоне обучения. Поразмыслив немного, девушка решила выбрать не самый популярный коридор, что вел к лестницам на трибунах, а другой, довольно темный и пустынный. Ей не хотелось больше ни с кем встречаться, лишь срезать путь. Усталость брала свое, и у девушки практически закрывались глаза, пока она брела вперед.

Вот только до трибун она не дошла.

Ее схватили так быстро, что она не успела и пикнуть. Запечатали рот рукой и притянули к чьему-то телу. Реакция Рэйны запоздала, и она оказалась в крайне невыгодном положении: скованной в движении и безоружной.

– А вот и ты, маленькая стерва, – прошипели ей на ухо. Голос показался Рэйне знакомым. – Я ждал, а ты все никак не появлялась. И вот наконец Рэйна собственной персоной. Что, рассказать тебе, как ты завтра проведешь свой день? Без труда сделаю это и обрисую красивую картинку: ты не пересечешь минимального порога и останешься никем, а все мы пройдем испытание и станем настоящими Шейдами.

Рэйна принялась вырываться из хватки, но держал он крепко. Кроме того, она вспомнила, кому принадлежал этот голос: Уильяму. Неужели он докатился до того, чтобы угрожать ей и зажимать в коридоре? Зависть делает с Шейдами ужасные вещи: Рэйна помнила, как зло и завистливо смотрел Уильям на ее уровень. И как шептала ему на ушко всякие гадости про нее Беатриса.

– Нас признают, а ты будешь готовить нам еду и убирать улицы Дэлии, – продолжал Уильям. – И тебе не поможет ни уровень, на который ты променяла свою душу, ни покровители. Ведь я переломаю тебе парочку костей, чтобы ты точно не явилась на испытание. Ты проиграла, подлая дрянь, и теперь получишь то, что заслужила. Это тебе за то, что смотрела свысока и обозвала нас!

Он больно вывернул Рэйне руки, и та взвыла. Звук получился приглушенный, но довольно громкий, отчего девушке в живот тут же прилетел удар. Перед глазами Рэйны заплясали черные точки, и она уже со злости хотела отдавить мучителю ноги, как вдруг раздался свист. Затем хруст и стон.

Руки, держащие Рэйну, разжались, а сам Уильям неожиданно отлетел к стене.

– Только попробуй, ублюдок, – прошипел спаситель Рэйны.

Это был Ноа. А он, Небеса его разрази, откуда здесь взялся?

– Ах ты гад! – взвыл Уильям и набросился на Ноа.

Они сцепились. Из-за полутьмы их фигуры слились в сплошной клубок рук и ног, и Рэйна никак не могла помочь Ноа. На ее лицо что-то брызнуло, и девушка поняла, что это кровь.

Раздался странный рык, а после в темноте двумя яркими точками загорелись золотистые глаза Ноа. Ноулит кинулся на Уильяма, и Рэйна почувствовала отчетливый запах паленой кожи, прежде чем Уильям взвыл и с шипением бросился прочь из коридора.

Ноа остался стоять, тяжело переводя дыхание. Его глаза горели, словно два уголька.

– Ты в порядке? – Голос Ноа будто ему не принадлежал: ломаный, чуть хриплый и низкий.

– Да.

– Тогда пошли отсюда.

Он схватил ее за локоть. Очень и очень сильно. Рэйна опешила от мощи, что исходила от него. Не пререкалась, не упиралась. Его рука, касаясь ее открытой кожи, чувствовалась неестественно горячей.

Ребята пошли в сторону, противоположную той, куда направился Перерожденный. Когда они вышли на свет, Рэйна увидела, что кожа на носу Ноа содралась. Скорее всего, он был сломан.

Но Ноа не обращал на это внимания, равно как и на кровь, что осталась на его лице. Смотрел он дико – исподлобья, отчего его мягкие красивые черты лица ожесточились.

Казалось, он по-прежнему был в состоянии аффекта.

Кроме того, внимательный взгляд Рэйны отметил темные круги и опухшие глаза ноулита. Ноа плакал?

– А ты в порядке?

Юноша перевел на нее дикий, затравленный взгляд, но его мысли явно были далеко. Он смотрел на Рэйну, но будто не видел ее. Радужка все еще светилась золотом. Он слизнул с разбитой губы кровь. И через минуту молчания выдал:

– Нам надо выпить.

Сначала девушка хотела поправить Ноа и сообщить, что если ему надо – то она согласна, а вот ей определенно пить не стоит. Но вместо этого, неожиданно для себя, сказала одно простое «да».