Умри тихо, мой ангел - Гётц Андреас - Страница 36

— А как насчет вот этого: Мы должны быть осторожными. Никто не должен узнать о нас. О нашем счастье. Иначе оно закончится. Мы двое любящих людей, которым не суждено быть вместе. Ведь этим все сказано! — Бруно постучал указательным пальцем по раскрытой тетради.

— …двое любящих людей, которым не суждено быть вместе, — повторил Саша. — Для меня это звучит так, что между ними ничего не произошло, не так ли?

Но казалось, что и это не убедило Бруно.

— Конечно, Алина была мечтательницей. Иногда она настолько увлекалась своими фантазиями, что начинала считать их реальностью. Но одно абсолютно ясно: она была по уши влюблена в этого Андроша. А что, если этот тип воспользовался влюбленностью Алины и соблазнил ее? Это же возможно.

Бруно положил руку на дневник, нежно погладил его, словно вместо бумаги его пальцы прикоснулись к волосам сестры.

— Может быть, она покончила с собой только потому, что не смогла справиться с тем, что этот тип ей причинил.

Из уважения к горю Бруно Саша до сих пор еще сдерживался, но теперь его терпение лопнуло.

— Ты не в своем уме! Выдвигаешь такие обвинения только потому, что Алина дала волю своей фантазии! Мне самому очень жаль ее, и я понимаю, что ты ищешь виновного в ее смерти, но это уже заходит слишком далеко.

Бруно выпрямился во весь свой немалый рост и непонимающе посмотрел на Сашу.

— Почему ты защищаешь этого типа?

Джой не рассказала ему, что он тоже ходил к доктору Андрошу на сеансы психотерапии?

— Потому что твои обвинения совершенно беспочвенны.

Прежде чем спор разгорелся еще сильнее, в разговор вступила Джой:

— Давайте сойдемся на том, что никто из нас не знает, что же произошло в действительности, и что Андрош невиновен, пока не доказано обратное. Значит, нет причины ссориться.

Бруно одним глотком допил свое пиво.

— Вам уже пора уходить? — спросил он. — В противном случае я закажу себе еще бокал.

В знак протеста Саша поднял руку.

— Если ничего больше нет, я ушел. Физика зовет.

— Мне тоже пора домой, — сказала Джой.

Бруно заплатил и за ее напиток. Они вместе покинули кафе.

— Не в обиду будет сказано, — пробормотал Бруно, когда они вышли на улицу. — Вероятно, ты прав и это все ерунда.

Саша почувствовал, что Бруно сказал это лишь для того, чтобы сохранить мир. Тем не менее он тоже сделал шаг навстречу.

— Да ладно, все о’кей. Я тоже слегка погорячился.

Бруно посмотрел на Джой, словно ждал от нее чего-то, однако она лишь сказала:

— Мы созвонимся.

И Бруно ушел, забросив за спину рюкзак с дневником Алины. Хотя Саша и предполагал, что это ненадолго, но в данный момент он почувствовал себя победителем.

— Я еще раз подумала обо всем этом, — сказала Джой по пути к дому. — Мы должны узнать, действительно ли лечащим врачом Лайлы был Андрош. Если да, тогда я буду абсолютно уверена в том, что все случаи смерти каким-то образом связаны с ним.

— Я согласен.

— Тогда возникает вопрос, как Тристан вписывается в это?

— Понятия не имею.

— Может быть, он вообще не имеет к этому никакого отношения.

Саша проигнорировал это предположение.

— Я знаю, как нам выяснить насчет Лайлы, — сказал он.

— Ах, так? И как же?

— Завтра я просто спрошу об этом Андроша.

Джой легонько толкнула его в бок.

— Ты действительно гений. Я бы никогда не решилась на такую дерзость.

— Ха-ха.

Вернувшись домой, Саша не засел снова за физику, а поставил диск Рианны, который дала ему Натали. В присутствии Бруно и Джой он взял Андроша под защиту, но теперь, оставшись наедине с самим собой, он почувствовал некоторую неловкость из-за того, что Алина написала в своем дневнике. Все-таки и Натали была тоже влюблена в Андроша. Если подозрение Бруно было верным, не означало ли это, что Андрош мог воспользоваться и ее чувствами? Что он ее… Нет, он не мог даже представить себе это! Такое подозрение было просто нелепым. Только тот, кто не был знаком с Андрошем, мог считать это возможным.

Кто-то воспользовался слабостью девушек, чтобы довести их до смерти. Но это был не Андрош, а Тристан. Возможно, дело обстояло следующим образом: в качестве своих жертв он искал девушек с неустойчивой психикой и находил их среди пациенток психиатра. Вероятно, он подкарауливал их возле дома, где находился кабинет Андроша, заговаривал с ними и если находил такую, которая клевала на него, начинал свою зловещую игру. Конечно, у Саши не было никаких доказательств, что все обстояло именно так. Но в любом случае, эта версия казалась ему более правдоподобной, чем предположение, что доктор Андрош являлся совратителем и хладнокровным убийцей.

22

Звук был таким резким, что пронизывал до костей. Саша обернулся и заметил на углу улицы парня в толстовке, который каким-то острым предметом царапал лаковое покрытие темно-синего автомобиля, оставляя на капоте сверкающий серебристый след. Только как следует приглядевшись, он понял, что это опять был тот самый Мирко, сын Андроша. И этот автомобиль он тоже уже видел. Разве не на его капоте сидел Мирко в прошлый раз? Вместо того чтобы смотреть на результат своего вандализма, Мирко уставился с ехидной ухмылкой на Сашу. Идиот, подумал тот и отвернулся.

— Эй, ты!

Это он к нему обращался? Саша прикинул, не пойти ли ему дальше, не обращая внимания на этого придурка. Однако потом все-таки остановился и оглянулся. Мирко все еще стоял на углу со своей дурацкой ухмылкой на лице. Увидев, что его заметили, он крикнул:

— Скажи моему старику, что его тачка получила украшение, которого ей так недоставало. Ведь ты же один из его психов, не так ли?

По всей видимости, Мирко не забыл их первую встречу.

— Псих у нас скорее ты сам.

Саша пошел дальше. Этот тип был ему крайне неприятен, в нем было что-то зловещее. Уже стоя перед входной дверью и ожидая, когда раздастся жужжание механизма отпирания двери, он еще раз обернулся. Однако Мирко уже нигде не было видно.

Как всегда, Андрош стоял у двери. Короткое рукопожатие, затем Саша вошел в прихожую и повесил свою куртку на вешалку. Он все еще не решил, стоит ли ему рассказывать Андрошу о случайной встрече на улице, не решил и тогда, когда опустился на мягкий диван, в нору, которую он уже давно считал своей, хотя на нее с полным правом могло претендовать и множество других людей. Решение пришло спонтанно, и он просто начал их беседу с того, что спросил:

— Синий «БМВ» внизу на углу — это же ваша машина?

Андрош удивленно посмотрел на него.

— Э… Да. Почему ты спросил?

— Там был какой-то парень, он поцарапал вашу машину сбоку острым предметом. Ключом или чем-то похожим.

— Что?

— А потом он сказал мне, чтобы я передал вам, что теперь ваша тачка получила украшение, которого ей так недоставало.

По лицу Андроша можно было прочесть, что в этот момент он представлял себе свой дорогой сверкающий лаком автомобиль с уродливой царапиной на боку. Саша напряженно ждал его реакции. Приступа ярости. Или, по крайней мере, проклятия. Но ничего не последовало. Андрош всего лишь поменял положение ног, лежавших одна на другой. Правда, если присмотреться, можно было заметить, что его обычно бледные щеки слегка порозовели. В конце концов, он взял с приставного столика блокнот и карандаш и, как всегда, начал очередной сеанс психотерапии с фразы:

— Начнем, пожалуй.

— Тут есть еще кое-что.

— Ах, так? И что же именно?

Саша помедлил, потер ладони одну о другую.

— Вы случайно не знаете девушку по имени Лайла? — спросил он наконец. — Я имею в виду ту, которую отравили. Она действительно лечилась у вас?

Выражение лица Андроша внезапно изменилось. Его лицо исказила гримаса боли, словно ему в спину попала пуля.

— Каким образом? Твоя мать что-то тебе…

— Моя мать? — удивился Саша. — Нет. А при чем тут моя мать?