Счастье в доме на краю осени - Соль Лада - Страница 1

Annotation

Вероятно, я родилась в невезучий год, если меня всю жизнь предают, причем в самый неожиданный момент. Вот только я совсем не ожидала, что после предательства мужа я встречу того, кто когда-то бросил меня при смерти. Но почему он смотрит на меня, как будто я привидение?

***

— Дима, — шепчу я. — Что происходит?

— Вот! — мой муж поднимает какую-то папку с кухонного островка и идёт ко мне. — Ознакомься. Твои вещи собраны. Больше не задерживаю.

Опускаю взгляд на бумаги, которые он мне протягивает, и первым же листом через прозрачную обёртку вижу серое свидетельство о разводе.

— Как? Это невозможно, — выдыхаю я и не могу заставить себя взять это.

— Ева, прекрати разводить трагедию, — раздражённо бросает Дима и насильно всовывает мне папку в руки. — В наше время возможно всё. Особенно когда жена перестала отвечать требованиям мужа.

Лада Соль

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Конец ознакомительного фрагмента.

Лада Соль

Счастье в доме на краю осени

Глава 1

Открываю дверь в квартиру и пытаюсь подавить в себе тяжёлый вздох. Дима снова забыл закрыть её. Но я даже не буду ему об этом напоминать. Я так устала, что сил нет даже возмущаться, да и смысла не будет.

Я скажу слово, и его мама, которая живёт у нас уже второй год с того самого дня, как сказала, что только на зиму, а то слишком далеко ей в больницу ездить из деревни, снова влезет, защищая сына, и я останусь виноватой.

Машина мужа стояла возле дома, что снова заставило сглотнуть горечь. Я ведь спросила у него, когда он будет дома, когда он уезжал из офиса на час раньше меня. Просила, чтобы заехал за мной…

Эх, да ну его всё. Больно ли мне? Наверное, уже нет. Противно от собственной беспомощности — это больше подходит к моим чувствам.

Закрываю дверь за собой и только хочу позвать мужа, как замираю, уставившись на два чемодана и сумку, стоящую в коридоре.

В груди поднимается предчувствие, только пока не могу ответить себе: радостное или катастрофическое. Может, Лариса Олеговна, моя свекровь, наконец-то решила уехать к себе? А может, Дима решил сделать нам сюрприз, и мы едем куда-то на выходные? Давно уже нигде не были вдвоём!

Ставлю пакет с продуктами на пол и, разуваясь, прохожу вперёд. Мы с мужем несколько лет назад купили эту квартиру, продав мою двушку и взяв ипотеку, чтобы больше места было. Новый жилой комплекс, новая планировка. Диме понравилось, вот и взяли. Да и по карьерной лестнице он растёт уверенно, что не может не радовать.

Я это знаю точно. Мы работаем в одной компании. И пускай я только администратор. Встречаю гостей, провожаю куда нужно, слежу, чтобы всё было как положено на конференциях или когда приезжают партнёры. Но в том, что мой Дима может скоро стать новым руководителем нашего филиала, уже почти уверена.

Ну а то, что у нас с ним всё немного остыло, так у кого бы не остыло, когда “мама” постоянно рядом, особенно когда хочется побыть вдвоём. У нас даже в ванной больше нет замка, потому что ей может стать плохо, а мы не сможем к ней войти. И вообще, от кого закрываться!

Прислушиваюсь к тихим голосам на кухне и замираю у самого входа в гостиную-столовую. В современной планировке очень удобно стало, что всё совмещено. Снова смотрю на чемоданы и, улыбнувшись, делаю шаг вперёд.

— Где она шляется? Боже, что за невоспитанность! — возмущенное шипение Ларисы Олеговны раздражает, но не так сильно, как усталость.

— Мама, успокойся, — отвечает ровным тоном Дима. — Скоро приедет. Она же, вероятно, снова зашла в магазин. Вечно что-то ей нужно. — А вот это ранит!

Пренебрежительный тон мужа заставляет напрячься. Вспоминаю, что я купила, и хочется высказать ему, что, между прочим, я зашла за йогуртом для него, так как он не может ничего другого есть на завтрак. И за чечевицей для Ларисы Олеговны, так как она закончилась три дня назад, а я даже не удосужилась посмотреть!

— Ой, как же я ждала этот день! — неожиданно добавила Лариса Олеговна, да таким голосом, что можно испугаться. Столько превосходства и ненависти в нём. — Я тебе всегда говорила, что она тебе не пара. Толку от неё никакого! Даже родить не смогла за столько лет.

Воздух в груди застревает и причиняет физическую боль, но я жду, что Дима сейчас ответит маме, что это его нежелание заводить детей лишает Ларису Олеговну таких желанных внуков. Он же сам всегда говорил, что после моих травм не хочет подвергать меня такому испытанию как беременность.

— Мама, ты прекрасно знаешь, что она хочет жить для себя! — презрительно фыркает муж, а я чувствую, как у меня из груди вырывают сердце. Вот прямо на живую, без анестезии!

Медленно выхожу, чтобы меня заметили. Но больше делаю это для того, чтобы убедиться, что это точно мой муж сказал. Мужчина, с которым я прожила семь лет. Которому посвятила не только себя, не только дома, но и на работе.

Смотрю в спину мужа, который до сих пор в брюках и рубашке, которую я наглаживала утром, чтобы он выглядел идеально. Вот только рукава закатаны до локтя. Подтянутый, все его посещения спортзала на протяжении последний трёх лет не прошли даром. Темная макушка, в которую мне так нравилось запускать руки, вот только всё это сейчас кажется ненастоящим.

— Вот именно! Только о себе и думает! Как же хорошо, что ты с ней развёлся! Пускай проваливает теперь, — добивает Лариса Олеговна и в этот же момент разворачивается лицом к сыну, но застывает взглядом на мне.

И эта женщина рыдала на нашей свадьбе, радуясь тому, какая прекрасная невестка у неё будет! Или мне это только приснилось?

За секунду её взгляд меняется с испуганного на презрительно-высокомерный. Орлиный нос вздёргивается, делая её страшнее, чем она есть. Хотя теперь я сомневаюсь, что это не её настоящий вид.

Но я жду, когда Дима повернётся ко мне и скажет, что всё это злая шутка. Вот только его поза — чуть расставленные ноги, одна рука в кармане, во второй мобильный — и точно такой же высокомерный взгляд разрушают всё, о чём я ещё думала.

— Дима, о чём говорит Лариса Олеговна? — спрашиваю я и понимаю, что мой голос ломается на последних словах.

— А у тебя теперь ещё и проблемы со слухом, Ева? — спрашивает холодно Дима.

И я знаю этот тон. Так он разговаривает с провинившимися сотрудниками. Но я ведь его жена!

— Дима, — уже шепчу я. — Что происходит?

— Вот! — он поднимает какую-то папку с кухонного островка и идёт ко мне. — Ознакомься. Твои вещи собраны. Больше не задерживаю.

Опускаю взгляд на бумаги, которые он мне протягивает, и первым же листом через прозрачную обёртку вижу серое свидетельство о разводе.

— Как? Это невозможно, — выдыхаю я и не могу заставить себя взять эту папку в руки.

— Ева, прекрати разводить трагедию, — раздражённо бросает Дима и насильно всовывает мне папку в руки. — В наше время возможно всё. Особенно когда жена перестала отвечать требованиям мужа.

Глава 2

— Каким требования, Дима? — переспрашиваю я, пытаясь поймать взгляд мужа, но он смотрит куда угодно, но только не на меня. — Ты что такое говоришь? Это же мой дом! Такой же, как и твой.

— Ты смотри, как она заговорила! — взвизгивает Лариса Олеговна. — Это дом Димочки. Ты здесь приживалка, и всё!

И вот эти слова заставляют меня посмотреть на этот дуэт совершенно другим взглядом. Даже боль не может заглушить несправедливость, которая начинает давить на виски пульсирующей болью.

— Вообще-то здесь, — я тычу пальцем в пол, — вложена моя квартира, которая досталась мне от родителей.

— Да как ты смеешь! — заорала Лариса Олеговна. — Дима тебя взял. Кому ты вообще была нужна? Дима пожалел тебя, а ты…