Интерн Василиса (СИ) - Волконская Эвелина - Страница 36

— Ты просто магнит для неприятностей…

— А вот и нет. Я виновен лишь в природном любопытстве. Все вопросы к заказчику, засунувшему эту картину в обычный тубус, который я легко взял и открыл. На суде, кстати, этот аргумент прокатил. Я вообще герой! Если бы эта картина попала в руки или лапы негодяя…

— Да-да, расскажи это еще кому-нибудь. На пол — и спать, герой.

Крыс завалился на ковёр с напускным недовольством, бормоча себе под нос:

— Бесчувственная ты, Василиса. А тебе душу раскрыл, а ты… Знаешь, я давно понял, лучший в жизни товарищ — это матрас с кокосовым наполнителем…

Василиса рассматривала Чимчегрыза, недовольно развалившегося на потрёпанном ковре — возможно, этот крыс не такой уж и плохой уголовник, как может показаться на первый взгляд.

Спать уже не получалось — в голове роились мысли, а беспокойство не давало покоя. Вдруг Василиса вспомнила, что Ингвар Рюрикович просил приехать в клинику.

— Ладно, герой, оставайся здесь, только ничего не трогай. Котов и Гато не обижай. Я поехала.

— Ого! А я-то думал, меня тут выгнать хотят. Где твои коты? Может, устроим ночной клуб?

— Только попробуй, Чимчегрыз! — строго отозвалась девушка одеваясь. — И не забудь, я Потомок, если что!

— Потомок в браслетике, — язвительно фыркнул крыс, потрясая запястьем. — Ладно, иди уже, но я жду от тебя отчет о каждом пациенте.

Василиса закатила глаза, схватила телефон с зарядки и убежала.

Дубининская улица встретила её порывами ледяного ветра. Путь от метро занял, казалось, целую вечность. Дверь в клинике поддалась, как обычно, с трудом и скрипом. Дедушка-охранник крикнул вслед Василисе, что Ингвар Рюрикович её ждет.

В секретарской почему-то никого не было. Только привычный полумрак да пыль, летающая в пробивающимся сквозь шторы свете уличного фонаря.

— Васенька, входи! — донеслось из кабинета слева.

Девушка открыла дверь и, встретившись взглядом с Ингваром Рюриковичем, чуть не рассмеялась: Великий Праотец сидел с чашкой дымящегося чая, в шерстяном свитере за заваленным бумагами столом, как будто этот человек с начинающейся лысиной и кустистыми бровями не мог управлять магическим миром.

— Ну наконец-то, — бодро сказал Ингвар поднимаясь. — Присаживайся, будем обсуждать твоё обучение в Академии Ведовства и Наследия.

Василиса настороженно села в кресло напротив. Казалось, будто она снова в школе, и сейчас грозная директриса начнёт её отчитывать.

— Василиса, Академия откроет перед тобой огромные возможности. По правде говоря, надо было сразу туда тебя отправлять, но мне хотелось посмотреть на тебя в деле, — Ингвар хитро улыбнулся. — И надо сказать, ты меня не разочаровала.

Василиса неуютно заёрзала. Вчера Праотец говорил, что она его расстроила. Биполярство какое-то.

— Конечно, я не беру в расчет, твою удивительную способность влипать в истории, — Словно прочитав мысли девушки, добавил Ингвар. — Для твоего дара — управление эмоциями — есть несколько предметов, которые просто необходимы тебе.

— Например? — откинулась Василиса на спинку кресла, стараясь скрыть волнение.

— К примеру, предмет Эмоциональная магия. Будешь учиться тонкой настройке эмоций, их переплетению с энергиями природы. Представь, что сможешь подавить ярость волколака…

— Волколака? Оборотня, что ли? — глупо переспросила Василиса перебив. — Мне ли не знать…

— Это сложно и этому нужно учиться. — Размеренно продолжил Праотец. — Спонтанные успехи не всегда можно повторить, — добавил он, как-то сложно взглянув на Василису. — Или помочь домовому избавиться от зависти, лешему от коварности, и прочее. Для этого нужен не только дар, но и специальные инструменты. Зеркала эмоций, например.

Василиса подняла брови.

— Они показывают истинные чувства существа, — пояснил Ингвар на немой вопрос Василисы. — Будешь учиться работать с ними, чтобы точнее понимать, с чем имеешь дело.

— И что, к каждому пациенту с зеркалом бегать?

— Нет, не к каждому. Но иногда они будут незаменимы. — Нахмурился Праотец. — Еще один необходимый тебе предмет — Зачарование через ремесло. Будешь плести венки, вышивать магические узоры, вырезать руны.

Василиса задумалась: в её детстве бабушка плела венки на праздники, но тогда это казалось просто игрой.

— А что ещё? — Спросила она, вытягивая ноги под стол, наконец расслабившись.

— Контакт с нечистью. Без этого в твоей профессии никак. Нужно понимать их природу и логику. Например, что может обидеть кикимору или почему банника лучше не злить перед банным днем.

— Кажется, я уже проходила обучение с Васей-банником на своей практике, — скептически заметила Василиса.

— Возможно, — хмыкнул Ингвар Рюрикович, — но Академия научит тебя не просто разбираться с проблемами, а находить общий язык, выстраивать доверие с нежитью.

Великий Праотец наклонился вперед, подперев подбородок руками:

— Ещё я тебя записал на курс по Магии судеб. Это самое сложное. Не слышала о Нитях Судьбы?

— Кажется, Лёва как-то упоминал. Но ведь это не мой дар.

— Это нужно всем. Вмешательство в судьбы — огромная ответственность, но иногда без этого не обойтись. Научишься видеть тонкие нити, связывающие существ и людей, и осторожно на них влиять.

— Ну и нагрузка у вас в Академии. — воскликнула Василиса. — Хоть бы боевую подготовку дали, чтобы выжить, если что.

— Само собой, душа моя. Оглянуться не успеешь, как освоишь магические круги и славянские приёмы защиты. Природные элементы — огонь, вода, воздух и земля — станут твоими союзниками.

Ингвар Рюрикович откинулся в кресле, наблюдая за реакцией девушки.

— Звучит интригующе! А чему ещё необычному учат?

— Древние песни и сказы. Они помогут активировать магию через голос. Успокоить бурю, спеть народную песню для пробуждения деревьев…

Вдруг дверь кабинета резко открылась. На пороге стояла Забава. Василиса не сразу её узнала. Привычный расшитый сарафан сменился на шерстяной кардиган и удобные болоньевые штаны. Золотая коса оказалась стянута в небрежном пучке. В импровизированном из домотканого льна слинге хныкал младенец.

— Ингвар, мне срочно нужно уехать! — выпалила она, стараясь унять плач ребенка.

— Что случилось? — вскочил, обеспокоенный по-отечески, Ингвар Рюрикович.

— Ведунья, которая должна была меня заменить, задерживается, а у меня срочные дела. — Взволнованно затараторила Забава, следом обратилась к Василисе. — Там Кикимора с минуты на минуту будет. Ты меня выручишь?

— Я? — растерялась было Василиса, но быстро взяла себя в руки. — Конечно!

— Спасибо, душенька! Список пациентов и их карты у Лёвы. Там, кстати, банники, помнишь ты сидела со своим тезкой рисовала?

— Только не он…

Забава рассмеялась:

— Удачи! Ты справишься.

Получив напутствие от Праотца, Василиса направилась в кабинет Забавы. На первый взгляд он казался тем же, что помнила девушка. Но, присмотревшись внимательнее, можно было заметить, что у психолога произошли некоторые изменения по части беспорядка. Где-то валялись выплюнутые пустышки, в углу стола приютилась армия пустых баночек с детским питанием…

В дверь постучались.

Кикиморой оказалась худощавая женщина с растрепанными волосами, в которых копошился паук. Поправив мшистое платье, та шумно села в кресло напротив Василисы. В руках она теребила потрёпанный платок. Девушка невольно обратила внимание на пальцы — костистые, с длинными облупившимися ногтями.

— Меня зовут Василиса и я…

— Это возмутительно! Я к Забаве вашей хвалёной записывалась, к чему этот цирк?

Ну и фрукт! Василиса с сожалением посмотрела на свой браслет — магия сейчас была бы не лишней. С даром видеть и воздействовать на эмоции проще расположить к себе строптивую нечисть. Ладно, с магией каждый может. Надо собраться. Василиса улыбнулась самой вежливой своей улыбкой.

— Я понимаю ваши чувства, для меня сидеть на приеме сегодня тоже неожиданность.

Кикимора поджала губы, но прислушалась. Вскоре девушке удалось разговорить ершистую нечисть.