Андер. Книга третья (СИ) - Викторов Виктор - Страница 30

Миагозра никак это не комментировала, понимая, что не всегда вопрос нашего выживания будет зависеть от неё, хотя поначалу, когда я только начал осваивать работу с оружием, насмешек был полный вагон, вплоть до прямых оскорблений и обвинений меня в криворукости.

Когда я принял душ, и, не спеша, облачился в то, в чём собирался ехать на встречу с графиней он Бат, часы показывали почти шесть часов утра. Осталось позавтракать, раздать указания и можно отправляться. Поправив кобуру с «Докером», я несколько раз подвигался всем корпусом, проверяя, не давит ли нигде. Кобура сидела, как влитая, движений не стесняла.

— Доброе утро, господин барон, — поприветствовал меня Георг, нашедшийся на первом этаже. Свежий, выбритый, сна ни в одном глазу.

«Аж противно, да? — презрительно процедила демоница. — Мне кажется, этот трудоголик вообще спать никогда не ложится. Бродит ночами, как Кентервильское привидение».

«Не завидуй! Он, по крайней мере, может себе позволить поспать, в отличие от тебя».

— Прикажете подавать кофе?

Георг уже успел настолько выучить мои вкусы и определять настроение, что абсолютно точно мог сказать, когда я с утра захочу кофе, а когда предпочту начать день со стакана воды и лёгкой прогулки. Угадал он и на этот раз.

— Да, спасибо, — кивнул я, направляясь в малую трапезную, покосившись на удобный диванчик в гостиной.

Вообще, я предпочитал поглощать кофе, сидя здесь, но сейчас не хотелось видеть скептическое выражение лица Георга, вкупе с укоризненным взглядом и нудными напоминаниями о том, что это место для гостей, а не для приёма пищи аж целого главы рода.

«Да ему дай волю, он все твои перекусы обставит под торжественный звук труб герольдов, чтобы все узрели величие Рода он Сворт, — усмехнулась Миа. — Ты не видишь, как его прямо распирает от гордости? Лопнет скоро твой напыщенный индюк. Слушай, а ты знал, что весь кофе, который тебе подают, варит лично он? Причём, не доверяет никому».

«Это же хорошо. Если меня отравят, я буду знать, кому высказывать свои возмущения, — присев на стул, я поправил и так идеально лежащую на столе тканевую салфетку. — А откуда об этом знаешь ты?», — удивился я.

«Так я тебе и рассказала», — фыркнула довольная демоница.

Пока мы вяло обменивались колкостями, Георг принёс небольшой поднос, на котором вполне уместилась яичница, несколько тостов с маслом и, собственно, моя большая чашка кофе.

— Приятного аппетита, ваша Светлость.

Управляющий знал, что я люблю завтракать в одиночестве, поэтому, забрав пустой поднос, гордо удалился, будто столичный актёр с подмосток деревенского театра, где его непревзойдённый талант так никто в полной мере и не оценил.

Гор тоже знал о моей страсти к уединению в о время завтрака, поэтому перехватил меня уже на выходе из трапезной.

— Доброе утро, господин барон, — Винсент окинул взглядом мой внешний вид. — Готовы?

— Всегда готов! А к чему именно?

— Шутите? Это хорошо, — усмехнулся безопасник. — Выдвигаемся через два часа. Примерно полтора уйдёт на дорогу, как раз прибудете к поместью он Батов в положенное для визитов время.

Признаться, с этими мыслями я совсем выпустил из виду, что сейчас раннее, я бы сказал — очень раннее утро.

Заявляться к воротам чужого поместья в подобное время — не только глупо, но и противоречит любым правилам этикета. Ну правда, ты же не приедешь в восемь утра к любимым родственникам, если на то не было серьёзной нужды. А к бабке, которая тебя когда-то сняла со счетов, презрительно обозвав «бездарком», и подавно.

«Ну, допустим, это говорили не тебе, а твоей мамочке, — педантично заметила Миа. — Так что, формально ты ей ничего предьявить не сможешь. Даже если у тебя и хватит ума начать вообще что-то предъявлять».

Сегодня на откровенный скепсис демоницы мной было принято решение внимания не обращать, как и вестись на её провокации. Возможно, она тоже нервничает, как и я, кто знает?

Самое паршивое, что в досье, которое мне предоставляли ранее на Алианну он Бат, было слишком мало информации, чтобы я мог за что-то зацепиться или просчитать будущий алгоритм разговора. Никогда не любил действовать по-наполеоновски: ввязываться в бой, а потом действовать по ситуации. Хоть какой-то костяк, но я всегда старался подготовить для себя. Особенно, если откровенно плавал в теме.

Но, не сегодня. Сегодня всё будет ровно так, как я не любил делать. Увы.

— Кстати, мои люди просмотрели видеозаписи со скрытых камер, — произнёс Гор, но я уже понял, что он хотел мне сказать. — Глухо.

— Вообще никаких зацепок?

— Не то, чтобы никаких, — Винсент почесал висок. — Но, да. Ничего нового. На записи чётко видно, как оба наших человека одновременно развернулись и направились к выходу из госпиталя. При этом, эфир был чистым, никаких средств связи они в руки перед этим не брали, на часы не смотрели. Просто развернулись и пошли.

— Значит, всё же отложенная ментальная команда, — помрачнел я. — Дерьмово. Выходит, не зря мы подсуетились с Марком. Давай дальше.

— На входе их тихо исполнили, после чего нападавшие, уже не таясь, двинулись к вам на этаж. Они знали, куда шли, так что, скорее всего, вас слил кто-то из персонала. Тот, кто знает внутренний распорядок, расположение палат и их наполнение. Вероятнее всего, вырубали санитаров лишь для того, чтобы ещё больше запутать следы. Или, чтобы не выдать торговца информацией. Но, не факт, что если взять список пострадавших, предатель будет находиться в их числе. Зацепок у нас никаких, и раскапывать, кто из персонала и где был в течение нескольких дней — не хватит ни ресурсов, ни времени. Так что — здесь полный тупик. Как и со способом доставки злоумышленников до госпиталя. Пешком, на такси, на своём транспорте… Неизвестно. В радиусе полукилометра камер наружного наблюдения не установлено. Ближайшая — на выезде из города. Но там такой трафик, что пытаться вычислить кого-то, как намыть золота в колодце.

— Понятно, — я не удивился, поскольку подсознательно предполагал подобный результат. Работали профи. Такие, как правило, ошибок не допускают. И окажись вместо меня кто-то другой — они бы ушли в туман, тихо и спокойно выполнив свою работу.

Запись я, конечно, просмотрел, но ни я ни Миа, ничего нового не нашли. Глухо, как и сказал Винсент. Вычислять, когда нашим людям была внедрена ментальная закладка, тоже было бесперспективно. Это могло произойти когда угодно.

— Позвольте вопрос? — повернулся ко мне Винсент.

— Да, конечно.

Обычно Винсент сух и лаконичен, а в последние несколько дней у него то ли человеческие эмоции начали просыпаться, то ли он начал адаптироваться к нашему «весёлому» роду.

— Если вы помните, то основными направлением дара он Батов является целительство, — начал он издалека.

— И? — я попытался найти взаимосвязь, между родовым даром он Батов и поездкой. Через несколько секунд до меня дошло. — Ты хочешь использовать это, как предлог? Мне кажется, что выступать в роли просителя, озвучивая несколько просьб, не самая лучшая тактика. Тут бы хоть с одним помогли, — поморщился я.

— Как знаете, ваша светлость, — покачал головой безопасник. — Мне, однозначно, придётся отправляться с вами. А Симидзу останется здесь. Когда ни вас ни меня здесь не будет.

— Я понял, можешь не продолжать, — помрачнел я.

И он был прав.

Оставлять потенциальную цель «синоби» здесь, когда у меня полное поместье людей, включая моих сестер, прислугу и остальных — это даже не безответственно. Это глупо и безрассудно.

«Слушай, а нормальная идея, — ехидно хмыкнула Миа. — Я прям уже это вижу. Бабуль, привет. Я твой внук, мимо проезжал, решил заскочить. Расскажи мне, как себя правильно вести среди взрослых дяденек и тётенек, а то перстень мне, вроде, дали, а вот брошюрку с правилами положить забыли. И да, раз я здесь, ты не могла бы подлечить одного моего вассала. Она правда „бездарок“, но это же не проблема для тебя правда? Со мной-то ты уже разговариваешь? Ну? Чем тебе не повод для знакомства?».