Муаллим - Лазарев Дмитрий Владимирович - Страница 6

— С удовольствием его передаю — и капитанскую шапку в придачу, — искренне улыбнулась Марина, ненадолго подхватив непринужденную манеру общения собеседника. — Рада, что у нас в городе теперь новый шериф.

Легкость и спокойствие, с которыми вела диалог Марина, сразу же пришлись Максиму по душе.

— Пройдемте, покажу ваш кабинет, — она вышла из-за стола и проследовала в дальнюю часть канцелярии, где находилась закрытая дверь с торчащим из замочной скважины ключом. Повернув его на один оборот, завуч надавила на ручку, открыла дверь и зашла внутрь.

Мужчина вошел следом и очутился в небольшой полупустой комнате. Мебели внутри почти не было — лишь несколько стульев, забитый многочисленными картонными папками шкаф, черный диван из дешевого кожзаменителя и пара широких письменных столов, один из которых пустовал, а второй, напротив, был до верху завален бумагами.

— Ну и клоповник, — вслух сказал Максим.

От прямолинейности нового руководителя Марина хихикнула. Критика мужчины ничуть её не смутила и показалась вполне уместной.

— Небольшой ремонт здесь явно бы не помешал, — сказала она.

— Ага, прям совсем крошечный, — Максим аккуратно покачал из стороны в сторону стоявший у стены и почти развалившийся на куски стул, который наполнил помещение тихим деревянным скрипом. По сравнению с роскошным кабинетом в офисе своей бывшей компании эта комнатка казалась Максиму поистине убогой. — Впрочем, ничего страшного. Побелим потолки — и сразу будет тип-топ.

— Как говорится, чем богаты — тем и рады, — Марина развела руками. — Раньше в этом кабинете располагались двое — я и предыдущий директор. Но вам, наверное, будет удобнее разместиться здесь в одиночестве?

— С чего это вы взяли? — Максим помотал головой. — Тут полно места для двоих. К тому же одному здесь мне будет тоскливо.

Он лукавил. Кабинет действительно был тесноват для двух человек и, конечно же, Максиму было бы куда комфортнее занять его в одиночку. Но тогда он оказался бы в невыгодном положении — полностью отрезанным от остального коллектива. Максим понимал, что его назначение и так неминуемо скажется на внутренних настроениях работников школы, породит волну слухов и сплетен. Все будут судачить о биографии Максима, строить предположения о причинах его прихода, обсуждать и, разумеется, критиковать его решения. А дверь, отделяющая кабинет Максима от окружающих, станет лишь дополнительной преградой между ним и подчиненными.

Подобный вариант категорически не устраивал нового директора. Вместо отгораживания стеной он, напротив, намеревался как можно ближе держать к себе коллег. Через общение с завучем Максим мог бы неформально общаться со всем коллективом сразу: изучать царящие в школе настроения, отлавливать ненужные слухи и аккуратно, ненавязчиво транслировать собственное мнение. Подобная практика уже помогала Максиму, когда он только начинал бизнес и точно таким же нехитрым способом умудрялся прощупывать пульс и следить за атмосферой в новорожденной организации.

Раз метод сработал тогда, то должен был сработать и теперь.

— Только чур мой стол у окна, договорились? — добавил Максим.

— Как скажете, — Марина снова не смогла сдержать улыбку. Шутливый характер Максима её забавлял.

Новый начальник не вызывал у Марины ни тревоги, ни настороженности, ни каких-либо иных волнительных чувств, которые зачастую испытывают сотрудники при первой встрече с будущим руководителем. Да и почему вдруг Марина должна была ощутить хоть малейшее волнение? Она была опытным и востребованным преподавателем, лишенным склонности к развязыванию конфликтов, легко ладила с людьми и без веской причины предпочитала не смотреть на них через призму подозрений и не ждать подвоха или агрессии.

Но вместе с тем Марина отнюдь не была наивной.

Как любой хороший педагог, она умела видеть людей насквозь. Способность молниеносно улавливать чужое настроение, душевные терзания, страхи и радости всегда служила элементом профессиональной деформации для большинства преподавателей и одинаково хорошо работала не только на детях, но и на взрослых. Наверное, из учителей могли бы получаться неплохие игроки в покер — как и заядлые картежники, они прекрасно умели «читать» окружающих. Вот только не всегда были способны одновременно скрывать и собственные чувства.

Прочесть Максима оказалось нетрудно. Ключевые черты его характера лежали чуть ли не на поверхности: ироничный, самоуверенный, немного циничный, хорошо различавший друзей и недругов. И в то же время незлобивый. Подобные люди предпочитали прямолинейность в отношениях, а заискивающие улыбки и напускная деликатность были им ни к чему. Понимая это, Марина сразу решила отбросить чрезмерную тактичность и говорить с новым директором честно и открыто — как со старым, но не самым близким товарищем.

— Кстати, а куда делся предыдущий директор? — спросил Максим.

— Разве вы не в курсе?

— Естественно, в курсе, — сказал Максим. Конечно, он хорошо знал ответ на свой вопрос, но ему стало любопытно, как история о случившемся прозвучит в устах новой знакомой. — Просто люблю слушать про неудачи моих предшественников.

— «От мысли, что Иванову плохо, Петрову сразу стало хорошо»? — с вопросительной интонацией произнесла Марина бородатую шутку.

— В точку! — кивнул Максим. — Обожаю самоутверждаться за счет чужих неудач.

— Тогда наслаждайтесь, — равнодушно ответила Марина. — Хотя, сами знаете, история там довольно мерзкая. В начале года главу школы уличили в афере с закупками оборудования. Директора тут же уволили. Скажу прямо — и поделом. Ну а меня, к несчастью, назначили временно исполнять обязанности руководителя.

— Почему к несчастью? — удивился Максим.

— Потому что я педагог, а не управленец, — легко, без всякого стеснения призналась Марина. — Ещё куда ни шло быть завучем с преподавательской нагрузкой. Но управлять школой — нет уж, спасибо.

— Если работа директором вам настолько не по душе, то почему взялись за неё?

— Меня особо и не спрашивали, — пожала плечами Марина. — Вызвали в районное Управление образования и без лишних реверансов накинули аркан. Как будто других подходящих кандидатур под рукой не оказалось. Так что, я едва ли не больше вас радуюсь вашему приходу.

— Интересное откровение, — сказал Максим, глядя на женщину.

Марина ему нравилась. Не требовалось быть семи пядей во лбу или мастерски разбираться в людской психологии, чтобы сразу разглядеть сущность этой молодой и симпатичной женщины. Мягкий тембр голоса, вежливая и лишенная всякой наигранности манера общения, светлый, добрый, хотя и немного грустный, взгляд выдавали характер Марины с потрохами: она была чутким и отзывчивым человеком. Такие как она не умели плести заговоры, строить козни, бить в спину и шагать по чужим головам ради собственной выгоды. Люди, подобные Марине, не рвались любой ценой попасть в дамки и достигнуть каких-то чрезмерных жизненных высот. Они просто жили. Не спеша, день за днем, не хватая звезд с неба и не скатываясь на дно. И уверенно делали своё дело, которое умели, ценили, а иногда даже и любили.

Наверняка, у Марины были недруги. А если как следует поискать, разумеется, нашлись бы и свои скелеты в шкафу. И не в одном. Но в голове Максима уже сложился вполне благоприятный образ новой коллеги, и едва ли внезапно обнаруженные им потускневшие костяшки прошлого Марины смогли бы хоть немного изменить что-либо в этом образе.

— Вы ведь знаете, что я никогда не работал в школе, а пришел из сферы предпринимательства, не так ли? — прямо спросил Максим.

— Да, — пожала плечами Марина.

— Не смущает, что какой-то левый мужик вроде меня вдруг влез в вашу епархию?

— Ну, — Марина растерялась от такой прямоты собеседника, — скорее немного удивляет. Не знаю, что могло привести человека с вашим-то багажом знаний работать в школу. Уж точно не мизерная зарплата.

— Скука, — честно ответил Максим и, поймав недоуменный взгляд Марины, улыбнулся. — Один мой друг, редкостный зануда, кстати, выразил уверенность, что бизнесмен вроде меня не сумеет грамотно руководить школой. Вот я и решил его переубедить. Как говорится, вызов принят.