"Зарубежный детектив 2026-15". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Парецки Сара - Страница 608

— Не могу себе представить, месье, что я знаю такого, за что не жалко заплатить пять тысяч франков.

— Правда? Уверены?

— Уверен. — Я поднялся. — К тому же в очевидных случаях я пари не держу. Знаете, на минуту мне показалось даже, что вы это все всерьез.

— Уверяю вас, Водоши, — улыбнулся Ру, — в своих шутках я никогда не захожу слишком далеко. Вы куда отсюда едете?

— В Париж.

— В Париж? Почему?

— Потому что я там живу. — Я посмотрел ему прямо в глаза. — А вы, полагаю, возвращаетесь в Германию?

— Почему вы, собственно, решили, что я не француз? — Голос его понизился почти до шепота. На лице все еще играла улыбка, весьма зловещая улыбка. Я увидел, как на ногах у него напряглись мышцы, словно он готовится к прыжку.

— Вы говорите с небольшим акцентом. Не знаю почему, но я подумал, что вы немец.

— Я француз, Водоши, — покачал он головой. — Не забывайте к тому же, что иностранец вроде вас вряд ли способен различить подлинный французский говор. Так что не надо меня оскорблять. — Тяжелые веки опустились и почти полностью закрыли его выпученные глаза.

— Извините. Пожалуй, пора выпить аперитив. Не желаете присоединиться ко мне вместе с мадам?

— Нет, не желаю.

— Надеюсь я вас ничем не обидел?

— Напротив, рад был поболтать — очень рад. — В голосе его прозвучала преувеличенная сердечность, что мне совсем не понравилось.

— Спасибо на добром слове. — Я открыл дверь. — Au 'voir, Monsieur, au 'voir, Madame.[230]

— Au 'voir, Monsieur, — иронически откликнулся он, даже не приподнявшись.

Я закрыл за собой дверь. Удаляясь, я услышал, как в номере звучит пронзительный неприятный смех.

Спускаясь, я чувствовал себя последним идиотом. Вместо того чтобы качать воду из колодца, я сам уподобился колодцу. Вместо того чтобы умело вытягивать ценные сведения, я позволил, чтобы меня поставили в положение защищающейся стороны, и отвечал на вопросы с такой кротостью, будто нахожусь на скамье подсудимых. Более того, мне предлагали взятку. Этот человек явно догадался, что я сам придумал всю эту историю с ограблением. И, подобно Кохе, принял меня за мелкого воришку. Просто очаровательно! У бедняги Шимлера практически не было шансов переиграть такого человека, как Ру. Как обычно, я начал обдумывать сокрушительные удары, которые должен был нанести. Беда в том, что у меня извилины слишком медленно поворачиваются. Я тугодум, дурачок.

По дороге я столкнулся со Скелтоном.

— Привет, — сказал он, — вид у вас совершенно несчастный, словно у кукушонка под дождем.

— Так дождь и идет.

— Кохе говорит, это ненадолго. Только подумайте, какая чудесная погода ждет нас завтра. Сестра в холле, за аперитивом. Закажите мне бокал вермута, ладно? Я сейчас вернусь.

Он взбежал вверх по лестнице. Я побрел в холл, говоря себе, что меньше всего мне сейчас хочется думать о завтрашнем дне.

Мэри Скелтон наслаждалась обществом разодетого и надушенного Дюкло.

— Il faut dire l'amoo-ur.[231] — Дюкло растягивал слова так, словно жевательную резинку пальцами изо рта вытаскивал.

— L'amoo-ur, — послушно повторила девушка и бросила в мою сторону полный отчаяния взгляд.

Дюкло отечески похлопал ее по плечу:

— Уже лучше, мадемуазель, уже лучше. — Он посмотрел на меня: — Такая красавица должна уметь произносить это слово. Согласны, месье?

Я пробормотал что-то невнятное.

— Во имя всего святого, избавьте меня от этого старого зануды. Едва Уоррен вышел, как он набросился на меня.

— Если мы будем говорить по-английски, ему быстро надоест и он уйдет. Что пить будете?

— Энглисский, энглисский, — радостно закудахтал месье Дюкло. — Я говорить на англиски.

— «Дюбонне сек».

— Как поживай, американская мисс? Хэлло!

— Я только что столкнулся с вашим братом. Он пьет вермут.

Месье Дюкло вклинился между нами:

— Хэлло. Президан Вильсон, карашо, а?

— Это-то еще к чему? — буркнула девушка. — Мне кажется, вы проявили чрезмерный оптимизм, мистер Водоши.

— Ничего, надо дать ему немного времени.

Месье Дюкло откашлялся.

— Президан Розувельт тоже карашо. О'кей!

— Ничего хорошего, — усмехнулась Мэри. — Лучше предложить ему выпить, как думаете?

— Пожалуй. — Я повернулся к Дюкло: — Выпьете с нами, месье?

— С наслаждением. — С необычайной живостью он нашел свободный стул. — Я предпочитаю «Перно». Мадемуазель хорошо понимает по-французски, только вот говорит мало. — Он погладил бороду. — Надо побольше практиковаться, мадемуазель. Говорить только по-французски. Так что общество месье Водоши вам не годится. — Он плотоядно подмигнул мне.

К счастью, в этот момент появились герр и фрау Фогель; он — в темно-сером костюме с высоким накрахмаленным воротником и ярко-желтым галстуком-бабочкой; она — в сногсшибательном «дневном» платье с воланами из надувного шифона, разлетающимися во все стороны. Оба широко улыбались.

— Господи на все твоя воля! — выдохнула Мэри. — Нет, я положительно должна выпить. Наверное, их тоже стоит пригласить, тогда соберется целая компания. Да, сегодня очередь Уоррена платить, не забудьте.

— Ну, это ему недорого встанет. Они пьют пиво. — Я встал и от имени Мэри пригласил Фогелей к нашему столику. Они просияли от удовольствия.

— Ну и погода, — бодро заметил герр.

— Точно! — подхватила фрау. — Очень мило со стороны фрейлейн пригласить нас за свой стол.

— Весьма, весьма. Спасибо, нам пива.

— Я говорю, — упрямо гнул свое месье Дюкло, — что мадемуазель не полезно разговаривать с месье Водоши. Говорить надо только по-французски. Так будет лучше.

— Мадемуазель очаровательна, на каком бы языке она ни говорила, — возразил герр Фогель. В то же время, — сдержанно добавил он, — полагаю, мне стоило бы поучить мадемуазель немецкому. — Он подтолкнул в бок жену, и оба залились громким смехом.

Я перевел.

— Можете сказать ему, — кивнула мне девушка, — что он, по-моему, душка, и если он всегда будет носить этот галстук, то я готова брать уроки.

— Мадемуазель Скелтон с благодарностью принимает ваше предложение.

Фогель с восторгом хлопнул себя по колену. Последовал новый взрыв смеха. В этот момент вернулся Скелтон.

— Ты угощаешь, — объявила девушка.

Он обвел глазами присутствующих.

— Собиралася ватага, виски, джин, вино и брага, — пропел он. — Что еще нужно для нашей швейцарской дамы? Напитки заказаны, сестренка?

— Да нет, братец. Для парочки — пиво обоим, пройдохе-французу, что справа от меня, — «Перно», мне «Дюбонне сек», а мистеру Водоши… да, мистер Водоши, а вы-то что пить будете?

Ответить я не успел. В холл вошел официант и направился прямо ко мне.

— Извините, месье, вас к телефону. Звонят из Парижа.

— К телефону? Меня? Вы уверены, что не ошиблись?

— Никак нет, месье, просят вас.

Я извинился перед присутствующими, прошел в кабинет и закрыл за собой дверь.

— Да, слушаю.

— Здравствуйте, Водоши.

— Кто это?

— Комиссар полиции.

— Но официант сказал, что звонят из Парижа.

— Именно это телефонисту и велено было передать. Вы сейчас один?

— Да.

— Вы не в курсе, сегодня из «Резерва» никто не уезжает?

— Английская пара отправляется завтра утром.

— И это все?

— Нет. Я тоже завтра уезжаю.

— Это еще как прикажете понимать? Вы уедете не раньше, чем вас отпустят. Указания месье Бегина вам известны.

— Да, но мне было сказано покинуть пансионат.

— Кем сказано?

— Кохе. — Я почувствовал, как во мне волной поднимаются все накопившиеся за день обиды и переживания. Кратко и в высшей степени едко я пересказал все, к чему привели эти самые указания Бегина.

Комиссар выслушал меня не перебивая. Далее последовало:

— А вы уверены, что уезжают только англичане?

— Может, и нет, но мне это неизвестно.