Развод со злым ёкаем (СИ) - Иствуд Кира - Страница 5

Вот и всё, Рейна. Вот и всё. А ведь был шанс…

Я замерла.

Ждала, что хвост сожмётся сильнее, с хрустом ломая мне шею, или что лезвия на его конце с лязгом сомкнутся, отсекая мне голову.

Но хвост не сдавил шею до конца. Он скорее лежал на ней тугим кольцом. На той самой грани, когда дышать ещё можно, но уже с трудом.

Мои ладони, ища опору, сами собой опустились на горячую грудь ёкая — просто, чтобы удержать равновесие.

— Человечка… — Ваалморт-ас рассматривал меня так, будто видел впервые в жизни, золотые глаза ёкая сузились, — как ты посмела приблизиться ко мне?! Что замышляла? Кто такая? Отвечай немедленно!

Я не хотела ничего говорить!

И вообще не понимала, почему он спрашивает! Разве не знает?

Но его голос имел странную, непостижимую силу. Он словно проникал под кожу, растекался по венам, добирался до самых глубин сознания — и там, в этой тьме, дёргал за невидимые нити, словно кукловод.

“КТО ТЫ ТАКАЯ?” — стучал в разуме вопрос ёкая.

Мои губы начали двигаться сами по себе. Я чувствовала, как они размыкаются, как язык шевелится, складываясь в слова.

— Я... ваша... законная... жена... — произнесли мои губы чужим, сдавленным голосом.

Золотые глаза ёкая сверкнули презрительным холодом.

Обжигающий взгляд обежал моё лицо, задержался на рыжих локонах, рассыпавшихся по плечам…

А в следующую секунду Ваалморт-ас сел.

Мир качнулся. Я ахнула: теперь я сидела на ёкае ещё более непотребно и близко — верхом, раскинув полы свадебного кимоно.

Ткань задралась, неприлично обнажая ноги. Я горячо ощущала внутренней поверхностью бёдер торс ёкая, наши тела соприкасались жарко и плотно. Живот к животу. Грудь к груди. Ваалморт-ас был почти обнажён — лишь та самая тёмная накидка, закреплённая на бёдрах, не оставляла его совсем уж неприкрытым.

Я ощущала жар его кожи через слои шёлка, чувствовала под моими ладонями рельеф его мышц.

Сердце забилось где-то в горле. Я попыталась отстраниться, но хватка хвоста на горле не позволяла.

Ёкай нахмурился. Его ноздри дрогнули, втягивая воздух. Он прерывисто принюхался ко мне — сначала к волосам у виска, затем повёл носом ниже, вдоль линии шеи, касаясь кожи горячим дыханием.

Я замерла, боясь шелохнуться. Это было пугающе и до жути интимно. Словно дикий зверь обнюхивал свою добычу, решая, съесть её сейчас или оставить на потом.

Задумчиво хмыкнув, ёкай отстранился. И вдруг отнял от своей груди одну мою руку.

Ваалморт-аса поднёс моё запястье ближе к своим глазам, разглядывая тяжёлый браслет с алым рубином.

Камень тускло мерцал в лучах полуденного солнца. Ёкай повернул мою кисть, изучая металл и камень. Затем, не выпуская моей руки, он поднял свою вторую руку — и замер, увидев такой же браслет.

Лицо ёкая закаменело. Золотые глаза потемнели, словно расплавленный металл подёрнулся пеплом.

Но…Почему у него вообще такая реакция?! Ведь он сам надел на меня браслет! Стоял передо мной, усмехался, обещал мучительную смерть на брачном ложе! И теперь делает вид, будто видит этот браслет впервые?

Он издевается сейчас?!

Или… или…

Тем временем взгляд монстра скользнул по сторонам, окидывая поляну. Белый пепел, обугленные стволы, посечённую каменную породу. И кости. Груды костей, присыпанных землёй, обрывки алых и белых одежд.

Кого угодно подобное бы ужаснуло, но Ваалморт-ас смотрел на это как на нечто обыденное. Будто изломанные человеческие кости — это просто разбросанный мусор.

А затем его взгляд снова вернулся ко мне.

— Моя жена… человечка, — наконец, то ли спросил, то ли утвердительно произнёс ёкай.

В его голосе проскользнула какая-то новая, более мягкая интонация. Словно он смаковал странный, неожиданный вкус на языке.

— Как такое возможно? — продолжил монстр задумчиво, и его хвост ещё сильнее ослабил хватку, и теперь лёг живым ожерельем на мою шею. — Хотя… пахнешь вкусно… и на тебе мой запах. От касаний хвоста ты не падаешь без чувств, значит он касался тебя уже не единожды…в разных местах. На нас брачные браслеты, выкованные мастерами из рода ёкаев тысячелетия назад… — он снова бросил взгляд на рубины, горящие на наших запястьях. — Такие я бы не надел абы на кого. Обманом вступить в брак с высшим существом невозможно. Стало быть, такова была моя воля. Стало быть, всё правда.

Губы Ваалморт-аса тронула тень усмешки — и вдруг, без предупреждения, он подался вперёд и жарко коснулся моих губ своими.

Я вздрогнула всем телом. Это был не тот поцелуй-буря, что выпивал мою жизнь. Это был быстрый, почти пробный поцелуй — словно он проверял что-то для себя. Горячий отпечаток его губ обжёг мои и тут же исчез.

— Видно, у меня была причина для такого союза, — произнёс Ваалморт-ас, совсем слегка отстранившись. Его дыхание всё ещё смешивалось с моим. — А теперь расскажи подробнее. Как давно мы женаты? И что здесь случилось?

Его хвост мягко соскользнул с моей шеи. Я, хотя по-прежнему не могла расслабиться, всё же судорожно вдохнула полной грудью. Хвост обвил мою талию взамен шеи. Но не туго, а словно лениво обозначая объятие. Горячие пальцы ёкая всё ещё держали моё запястье.

— А хотя… лучше начни с имени, жена, — Ваалморт-ас вглядывался в мои глаза с нечитаемым выражением. — Моего и своего.

Я едва приоткрыла губы, чтобы ответить… и замерла.

Начать с имени?! Ладно моё — пусть. Но почему он спрашивает о своём?

И остальные его слова… “Как давно мы женаты?”, “Что здесь случилось?”

Он…

Неужели он…

— Вы… ты не помнишь своего имени? — пролепетала я, чувствуя, как пересыхает во рту.

Горячие пальцы ёкая взялись за моё лицо. Огладили мою щёку с неожиданной осторожностью, невесомо провели по скуле вверх и почти нежно убрали рыжую прядь за ухо.

— Понимаю, ты удивлена, жена. Но я чую отголоски сильной магии в воздухе. Тут, похоже, произошла магическая битва. Кто-то напал на нас? Мой разум словно пробит. Белые пятна на месте многих воспоминаний. Я осознаю, что я высший ёкай, но не знаю своего имени, откуда я явился и как здесь оказался… с тобой.

— …

Я похолодела. Сердце заколотилось как бешеное.

Я отчаянно боялась спугнуть надежду на спасение.

— Жена… Как твоё имя? — Ваалморт-ас заговорил мягче, его хвост чуть туже сжал мою талию и как будто потёрся о меня, словно зверь, просящий ласки.

— Рейна… — выдохнула я.

— Рейна, — повторил Ваалморт-ас

Его голос прокатил моё имя на языке, словно пробовал редкое лакомство. “Р-р-рейна”, — рычащее вначале, и мягкое, почти ласкающее в конце.

Руки ёкая прошлись по моим плечам, талии и собственнически охватили меня пониже спины.Ох, Небо, что же это делается?!

А руки ёкая вновь медленно принялись исследовать меня выше, скользнули по талии вверх. Затем прошлись по груди, всё ещё затянутой в нижние слои свадебного шёлка. Я задохнулась от возмущения и стыда, но тело, ослабленное пережитым ужасом, не слушалось.

Я лишь вцепилась пальцами в плечи ёкая, чувствуя, как под моими ладонями перекатываются стальные мышцы. Он изучал меня, словно всерьёз размышляя, что могло заставить такого, как он, жениться на такой, как я.

— А как звучит моё имя? — спросил он, остановив свои руки на моей талии и снова заглядывая в глаза.

И снова я ощутила, что мои губы двинутся сами. Правда готова была сорваться с языка помимо моей воли.

“Ваалморт-ас!” — стучало в уме. Имя чудовища, которым пугают детей. Имя демона-ёкая, что пьёт кровь и несёт гибель. Имя, которое жрецы выкрикивали в экстазе поклонения.

Но разум кричал: “Нет! Не смей!” Ведь монстр не помнит, кто он… Если ошейник Небожителей, который я разбила, стёр его память… То — у меня есть шанс!

А имя… что если настоящее имя пробудит его воспоминания?

Нужно другое. Любое! Но какое?!

В голове, как назло, было пусто.

Ваалморт-ас!

— Мортас! — выпалила я, выхватив из полного имени демона его часть. — Мортас — твоё имя.