Под вересковым небом - Танзен Метте - Страница 48

Внезапно мне в голову ударяет сильный запах. На обочине дороги лежат недавно срубленные сосны. Я чувствую их резкий смолистый аромат. Этот запах дурманит! Лес, земля, свет, ветер, жизнь — все это слышится в нем. Особенно сегодня, когда низкое осеннее солнце поблескивает в кронах деревьев. Я поднимаю взгляд и любуюсь последними яркими листьями. Как же все-таки прекрасен этот мир!

Я скатываюсь по небольшому склону, оставляя лес позади. Дорога выводит меня прямо на открытые пастбища. Справа от меня они покрыты белыми крапинками — это пасутся козы. Когда я вижу их, мое сердце наполняется радостью. Сегодня вечером Лив заберет их, потом будет доить — и мы получим много молока для самого лучшего сыра. Хотя это и не мое стадо, но я все равно горжусь этими козами. Я по-настоящему радуюсь, когда проезжаю мимо этих животных, любуюсь их гордыми рогами и сытыми животами.

За рядом деревьев я уже вижу сверкающие крыши Лобекхофа. Как хорошо, что я оставила машину и поехала на велосипеде. Прохладный, свежий осенний воздух и движение привели мои мысли в порядок. В приподнятом настроении я преодолеваю последний поворот на ферму и с воодушевлением заезжаю в ворота. Снова это старое поместье завораживает меня своей красотой. Здесь царит настоящая идиллия: раскидистые деревья, клумбы с вековыми изгородями из самшита, огненно-красные георгины прямо перед домом. Все это трогает меня до глубины души. Я чувствую мурашки на коже.

Я паркую велосипед и слышу детский смех, он доносится с лужайки за домом. Быстро забираю сумку из багажника и иду на звук. Это Валери играет с другой девочкой, они перепрыгивают через самодельные препятствия. Дети явно изображают в лошадок, потому что у Валери на плечах я вижу что-то наподобие упряжи, а другая девочка держит в руках вожжи.

— Привет! — я машу девочкам.

— Привет! — радостно отвечают дети на местном диалекте, и я в сотый раз обещаю себе, что тоже буду пользоваться северонемецким приветствием.

— А твоя мама тоже здесь, Валери?

— Да, она внутри.

— Отлично, — я разворачиваюсь, — тогда я зайду к ней.

Дети снова погружаются в игру и уже направляются к следующему препятствию. Как же им здесь хорошо! Они могут расти так свободно и так беззаботно! Мне тоже удалось ощутить капельку этой свободы тогда, во время летних каникул на ферме Лобекхоф.

— Привет! Я слышала, как ты идешь, — Лив встречает меня у открытой входной двери.

— Привет!

Я следую за Лив в прохладный вестибюль, какой же он большой! Мой взгляд скользит к балкону, деревянным перилам и окрашенным в темный цвет балкам. Просто невероятно! В жилом доме я не была с детства. На меня нахлынули воспоминания.

Лив между тем уже побежала дальше и придержала для меня небольшую дверь, которая ведет куда-то в сторону. За дверью заметно теплее. Я с любопытством смотрю по сторонам, разглядываю старинный каменный пол и массивную дверную раму. Когда мы с Лив доходим до кухни, я вижу печь-камин.

— Присаживайся, — Лив указывает на массивный угловой стол. — Я только что заварила чай, будешь?

— С удовольствием.

Я снимаю парку, вешаю ее на спинку стула, разматываю шарф на шее, потом беру сумку под мышку и сажусь на угловую скамью.

Лив в это время расставляет на столе блюдца и чашки, зажигает свечу в подставке и ставит на нее пузатый чайник.

Я беру одну чашку, кручу ее в руках, рассматриваю хорошо знакомый мне узор.

— О чем думаешь? — Лив подсаживается ко мне.

— Этот сервиз кажется мне знакомым. — Я ставлю чашку на стол. — А может быть такое, что этим сервизом пользовались твои бабушка и дедушка?

— Да, такое может быть. — Лив берет чайник и разливает чай. — Еще когда я была ребенком, я обожала эту посуду.

— Кажется, я тоже.

Мы улыбаемся друг другу, и, вероятно, у нас обеих в этот момент перед глазами всплывают лица Эльфи и Пира. Как же давно это было.

— Здорово, что ты сохраняешь наследие бабушки и дедушки, ферму и… — вдруг что-то невероятно трогает меня, — и вообще. Благодаря вам с Валери дом продолжает жить. Не знаю почему, но это успокаивает меня.

— Во всяком случае, мы изо всех сил стараемся вдохнуть в него жизнь, — взгляд Лив блуждает по комнате. — Здесь все такое большое. У нас с Валери есть жилая часть дома, а все остальное пустует.

— И квартира для отдыха?

— Да, и она тоже, — Лив пожимает плечами. — Мне нужно ее модернизировать. Кухня, ванная — все устарело, никто не захочет жить в такой квартире сегодня. Но на ремонт сейчас денег нет.

— Тогда хорошо, — я сияю, словно фокусница, чей час настал, — что я пришла! С этой минуты для Лобекхофа начинается новый этап.

Я достаю из сумки — нет, не кролика — проект договора об аренде и энергично кладу его на стол.

— Вот он, наш рождественский магазин, — я слегка касаюсь пальцами бумаги.

Перед тем как отправиться к Лив на велосипеде, я позвонила ей, предупредила и вкратце ввела в курс дела.

— Ты меня заинтриговала, — Лив пододвигает к себе договор, читает, медленно листает страницы. — И ты думаешь, что это сработает? — женщина бросает на меня вопросительный взгляд.

— Конечно!

— И аренда не будет для нас проблемой?

— Это мелочи. К счастью, Клас согласился на мою сделку, поэтому мы поделим с ним плату пополам. Кроме того, мы сможем сэкономить, ведь нам не нужно будет отдельное место на рождественской ярмарке.

Я достаю из сумки телефон и открываю галерею с фотографиями.

— Только взгляни! — я подношу к Лив экран телефона и одну за другой показываю ей фотографии, которые сделала во время осмотра помещения. — Этот магазин идеально нам подходит. И-д-е-а-л-ь-н-о! — я до сих пор в полном восторге. — Я уже не могу дождаться, когда…

— Тсс! — Лив перебивает меня, прикладывает палец к губам. — Ты слышишь это?

— Что именно? — я прислушиваюсь, что с ней такое…

— Журавли! — Лив встает и распахивает окно с переплетами.

Теперь и я их слышу. Я соскальзываю с лавки, становлюсь рядом с Лив у открытого окна, поднимаю глаза к осеннему небу. И вот он приближается: большой клин в форме тонкой цифры «1». Воздух наполнен птичьим криком. Несколько журавлей отстают. Они стараются нагнать остальных, чтобы снова вернуться в строй.

— Чудесно, правда? — голос Лив становится хриплым.

— Да, чудесно.

— Ты знала, — женщина взглядом следует за птицами, — что пары журавлей всю жизнь живут вместе? И неважно, куда они улетают. Журавли — самые верные птицы на свете.

Нет, этого я не знала. Я думала, что самые верные птицы — это совы. Я бы с удовольствием спросила об этом Лив, она наверняка знает ответ. Но сейчас не самое лучшее время для этого. Сейчас у Лив какое-то особенное настроение. Что это с ней?

— Когда журавли улетают, меня всегда одолевает такая тоска. — Лив поглаживает лоб. — Это странно, но во мне есть что-то, что тянет меня в мир, в дальние края, далеко-далеко.

Я смотрю на Лив, на ее серьезное лицо. По-моему, она слишком бледная сегодня — во всяком случае, очень худая. И у нее действительно какое-то странное настроение.

— Но, возможно, — она резко берется за ручку и энергично закрывает окно, — все люди чувствуют подобное, когда видят журавлей.

— Да, — я прокашливаюсь, — возможно.

— Пойдем, — голос Лив снова становится твердым, — поговорим о рождественском магазине.

Мы снова занимаем наши места.

— Я полностью доверяю тебе в этом деле, — Лив смотрит на договор. — У меня есть только одна просьба. Давай четко разделим задачи? Я позабочусь о хлеве и сыроварне. Все остальное — обустройство магазина, маркетинг, рождественский декор и административные вопросы — возьмешь на себя ты. Я не справлюсь с этим дополнительно.

— Без проблем, я так и планировала. Единственное, что мне хотелось бы взять с фермы, — это стеклянные холодильные прилавки из твоего садового кафе. Они бы пригодились нам в магазине. Сможешь без них обойтись?

— Конечно, кафе зимой все равно закрыто. Можешь еще на время взять для магазина несколько столов и стульев или кухонные приборы. Просто посмотри, что тебе может понадобиться. Там ведь все есть.