«Не чужие» и другие истории - Погодина-Кузмина Ольга - Страница 58

Мила. Сумасшедший… Правда так любишь?

Рустам молча улыбается. Входит Марат, владелец магазина. Мила поправляет волосы, пошатываясь, выходит из подсобки. Марат смотрит на Рустама, усмехается, качает головой.

Рустам снова начинает рубить мясо.

ИНТ. ГОСТИНАЯ В КВАРТИРЕ МАТЕРИ. ДЕНЬ

Та же гостиная, где семья отмечала Новый год. Снова накрыт праздничный стол. За столом сидят Рустам, Сергуня, Дядя Толя и Анна Ивановна. Мать хлопочет у стола. Галя склонилась над диваном, где лежит новорожденная девочка. Комната немного изменилась — на подоконнике лежат детские книги, игрушки. На стене прикреплены детские рисунки.

Дядя Толя (откашливаясь). Ну, что… Выпьем за молодых, которые стали молодыми родителями.

Сергуня. Анекдот, чистое дело! Невеста на свадьбе родила.

Мать (убирает грязные тарелки). Ладно, Сергуня, молодым-то не по семнадцать лет.

Дядя Толя. А девчонка шустрая. Глазищи черные! Вся в папашу.

Галя (оглядывается на Рустама). Такая же красивая будет.

Анна Ивановна. Имя-то уже дали?

Мать. Тамарой назовем, в честь моей мамы, ихней бабушки.

Сергуня. А может, папаша хочет как-нибудь по-своему, по-мусульмански?

Галя. Да что ты всё цепляешься к нему? Назовет как хочет, тебя не спросит!

Входит Мила, у нее злое, угрюмое лицо. Она ставит на стол заварочный чайник. Достает из серванта чашки. Гремит чашками — показывает, что она недовольна гостями, сестрой, пустыми разговорами, молчанием Рустама. Всем пора уходить, оставить их в покое. Но гости не замечают ее недовольства.

Анна Ивановна. Ты, Сергуня, помолчи. У нас страна большая, у нас и мусульмане живут, и буряты, и Крым вот тоже. (Подходит, наклоняется над девочкой, угукает.) Нам детишки всякие нужны — и черненькие, и беленькие. Лишь бы войны не было.

Дядя Толя. Политическая обстановка весьма напряженная. Но я так скажу…

Анна Ивановна хочет одернуть мужа, но ее опережает мать.

Мать (машет на него руками). Анатолий, не заводи, не заводи! Не хочу даже об этом! И дома, и на работе всё спорят и спорят! Сколько можно! Я уж и телевизор не смотрю, чтоб не расстраиваться.

Галя одергивает Мать, показывая на спящую девочку.

Галя. Тише, мама!..

Дядя Толя (поднимает руки). Ну не буду, не буду.

Снова входит Мила, ставит на стол блюдо с кусками пирога. Мать разливает по чашкам чай. Галя садится к столу.

Галя. Ничего, мама, это всё временно. Вот пройдет кризис, и снова всё хорошо будет. (Мечтает.) Материнский капитал получим. Еще кредит возьмем и трехкомнатную построим. Да, Рустамчик?

Рустам смотрит на Милу. Они встречаются глазами, Мила быстро отводит взгляд, берет со стола чашку чая, встает к окну. Сергуня наблюдает за ними — он понимает, что между Милой и Рустамом что-то происходит.

Мать. (Гале.) Ну, это всё фантастика. Тебе детей надо на ноги поставить, а не с кредитами связываться.

Анна Ивановна. Пирог хороший. Сама пекла?

Мать. Да куда там! В стекляшке взяла, у Вали. Мне сейчас не до пирогов!

Дядя Толя. Кредиты — дело опасное. Как втянешься, так век не расплатишься.

Галя (пожав плечами). Во всем мире люди живут в кредит, одни мы как в лесу. Скажи, Людмила? Вы хоть газеты почитайте, дядя Толя.

Дядя Толя. Аты меня не учи. Я газеты всю жизнь читаю! Сегодня одно пишут, завтра другое. Аты жизни не знаешь. В нашей стране что угодно может случиться. Сегодня ты кредит взяла, а завтра у тебя возьмут и всё имущество отнимут.

Галя (возмущенно). Ну вы даете, дядя Толя. Старообрядчество какое-то!

Сергуня смотрит на Милу.

Сергуня. Людмилка, а ты чего такая квелая сидишь?

Мила. Голова болит.

Мать. Может, таблетку дать?

Мила. Я пойду, прогуляюсь.

Сергуня. А я провожу.

Мила. Да не надо меня провожать.

Сергуня. Так водка кончилась, а мне всё равно по дороге.

Анна Ивановна (мужу). Да и нам пора. Вставай, Анатолий. До дому, до хаты.

Дядя Толя неохотно поднимается из-за стола. Рустам тоже встает.

Галя. Мама, мы тоже пойдем. Или тебе помочь убраться?

Мать. Да уберу я, уберу. Мальчишки сейчас с площадки придут, помогут… (Приносит Гале пальто, помогает надеть.) Дети пока у меня побудут, Галина. Ты не волнуйся. Недели через две заберешь, когда оправишься.

Мать подает Гале спеленатую девочку. Анна Ивановна умильно смотрит на ребенка.

Анна Ивановна. Спасибо за хлеб-соль, ребеночка берегите.

Дядя Толя. Девчонка шустрая, вся в папашу.

Сергуня (матери). Мамаша, а вам еще один зятек в хозяйстве не сгодится? Я человек одинокий, положительный.

Мать (машет на него полотенцем). Молчи уж, балабол! (Гале.) Массажик делай, как я учила. На живот ее клади.

Галя. Ой, ладно, мама, без тебя разберусь!

HAT. ГОРОДСКОЙ ПАРК. ВЕЧЕР

Голые деревья, но снег почти сошел, в воздухе пахнет весной. Галя и Рустам идут по парку, Рустам катит коляску.

Галя держит его под руку. Идет гордая — у нее такой красивый, молодой муж.

Галя. Ты узнал, когда паспортный стол работает?

Рустам. Завтра с десяти до четырех.

Галя. Завтра и сходим.

Галя наклоняется к коляске, поправляет одеяльце.

Спит. Тихая такая, даже непривычно. Врач сказал — ничего, что недоношенная. Она маленькая, но здоровенькая. (Пауза.) Что ты на дочку-то и не смотришь? Что молчишь?

Рустам. Ты говорила, будет сын.

Галя (берет под руку, прижимается к нему). Будет у нас и сын, Рустамчик. Я вон без любви, от пьяницы двух мальчишек родила. Неужели от любимого человека не смогу? Да я тебе такого сына рожу, что все завидовать станут. Ты только люби меня, Рустамчик.

Рустам смотрит на девочку, спящую в коляске.

ИНТ. КВАРТИРА ГАЛИ. ВЕЧЕР

Спящая девочка уже лежит в своей деревянной кроватке. Галя в халате, наброшенном на ночную рубашку, осторожно поправляет на ней одеяльце. Улыбается. Видно, что она испытывает к ребенку огромную материнскую нежность.

Комнату в однокомнатной квартире перегораживает занавеска. Мебель тесно поставлена, едва оставлено место для прохода. Тут и шкаф, и стол, и детская кроватка, и диван, на котором сидит голый по пояс Рустам в тренировочных штанах. Галя отходит от ребенка, спотыкается об игрушечную машину, которую привезла на Новый год Мила. Поднимает машинку, ставит на стол.

Рустам. Пусть дети у твоей матери совсем остаются. (Пауза.) Я говорил — мне чужие дети не нужны.

Галя садится на диван, смотрит на Рустама.

Галя (шепотом). Так и будет, Рустамчик. Я с ней поговорю. Никто нам теперь мешать не будет. Хочешь ночью, хочешь днем — я вся твоя.

Рустам. Если ты их снова сюда возьмешь, я уйду.

Галя обхватывает его руками.

Галя. Да что ты, как я отпущу! (Покрывает поцелуями его лицо.) Ты же у меня один на всем свете. Я же всё для тебя сделаю — только скажи.