Резонанс Ци. Том 7 (СИ) - Рейн Иван - Страница 19

Сначала ничего не выходило. Поток запаздывал, молнии появлялись уже после удара или расползались по металлу неровным слоем. Но после очередной сотни попыток что-то изменилось.

Меч начал откликаться быстрее.

Совсем немного. Доля секунды. Однако против клона даже такой разницы хватало, чтобы один раз не просто заблокировать его удар, а оставить тонкий порез на предплечье.

Первая «кровь» противника. Клон посмотрел на повреждённую броню, а затем довольно усмехнулся и через три движения пробил мне висок.

Я воскрес перед экраном с хищной улыбкой. Побед всё ещё не было. Но теперь копия хотя бы перестала выглядеть недосягаемой. Дальше время потеряло нормальный ход.

Таймер. Появление клона. Удар. Блок. Ошибка. Боль. Снова таймер.

Я проверял отдельные элементы. Один бой — только работа ног. Другой — защита. Третий — короткие встречные атаки без попытки продолжить комбинацию. Четвёртый — покров на оружии в самый последний момент.

Клон всё равно побеждал. Но теперь ему приходилось работать.

К двухсотой смерти бой продлился почти семь минут. Я трижды достал его мечом, один раз сбил щит и едва не пробил горло. В ответ клон подловил меня на слишком широком шаге, ударил краем щита в колено и добил сверху.

На двести сороковой попытке я впервые пережил его луч без потери стойки. Барьер всё равно разрушился, но я заранее подал корпус вперёд, распределил нагрузку через обе ноги и сразу встретил рывок клона мечом.

На двести семьдесят шестой попытке он перестал начинать с дальней атаки. Просто возник передо мной и сразу пошёл в ближний бой.

Значит, симуляция тоже подстраивалась. Это раздражало. И одновременно радовало. Победа над противником, который бесконечно повторяет одну схему, ничего бы не дала.

После очередного возвращения экран показал:

Смерти — 300.

Победы — 0.

Я долго смотрел на цифры. Тренировка была отличной. За сотни схваток я увидел в собственной технике столько дыр, сколько Данте не успел бы показать за несколько месяцев. Но существовало настоящее тело, оставшееся в круглом зале. Ему нужно пить. Есть. Двигаться. Сколько времени прошло снаружи?

Стоило об этом подумать, как водная гладь под ногами пошла рябью. Небо дёрнулось, распалось на голубые полосы, а тело резко потянуло назад.

Я моргнул и обнаружил себя стоящим в круглом зале. Правая ладонь всё ещё лежала на цилиндрическом постаменте. Вокруг возвышения мерцал синий барьер. Перед глазами не было ни воды, ни клона, ни счётчика смертей.

Я медленно убрал руку и огляделся.

— А что, так можно было⁈

— Каин, ты очнулся!

Голос Алисы раздался за спиной.

Только сейчас я заметил тёплую ладонь на своей щеке. Обернувшись, увидел её в истинном облике. Светлые волосы растрепались, зелёные глаза смотрели настороженно, а лицо выглядело заметно напряжённее обычного.

Я улыбнулся и кивнул.

— Вроде бы.

В ту же секунду тело напомнило о себе. Во рту пересохло так, будто я несколько часов дышал раскалённым воздухом. Желудок болезненно сжался. Есть хотелось зверски, но жажда была сильнее.

Я открыл инвентарь, достал литровую бутылку воды и выпил не отрываясь. Холодная жидкость прошла по горлу, и только после последнего глотка стало немного легче. Пустую бутылку убрал обратно. Следом достал термос с чаем и две большие булочки с маком.

Одну протянул Алисе.

— Угощайся.

Она посмотрела на булочку с лёгкой неуверенностью, но всё же взяла. Я открутил крышку термоса, налил в неё чай и протянул ей.

— Держи.

Алиса осторожно приняла крышку второй рукой. Несколько секунд она смотрела то на чай, то на меня, будто не могла решить, стоит ли сейчас обсуждать еду.

— Каин, ты был без сознания двое суток. Что случилось?

Я замер с булочкой возле рта.

— Двое суток?

— Почти, — подтвердила она. — Ты не двигался и не отвечал. Источник работал ровно, сердце тоже. Но я не могла понять, что происходит внутри твоей сферы разума.

Вот почему пить хотелось сильнее, чем после целого дня в пустыне. Жаль. Я надеялся на то, что время в симуляции будет идти иначе. Хотя если подумать — с чего бы?

Я откусил булочку, запил чаем прямо из термоса и коротко описал всё, что произошло после прикосновения к постаменту. Водную гладь. Экран. Стопроцентную боль. Клона. Первые смерти, пятиминутные перерывы и три сотни попыток.

Алиса слушала молча, лишь один раз осторожно откусив край булочки и запив чаем. Когда я закончил, она на несколько секунд задумалась.

— Скорее всего, обучение проходило внутри твоей сферы разума, — наконец произнесла Алиса. — Не в той части, которую ты видишь сам, а в отдельном пространстве, созданном устройством. Иначе такая боль передавалась бы телу полностью и давно убила тебя болевым шоком.

Я нахмурился.

— Но ощущения были настоящими.

— Для сознания — да. Однако тело всё это время оставалось спокойным. Даже когда золотые нити внутри сферы разума пульсировали сильнее, сердце не ускорялось. Вероятно, браслет удерживал боль внутри созданного слоя и не передавал полный отклик нервной системе.

Звучало логично. Иначе после трёх сотен смертей вместо голода я бы получил остановившееся сердце.

Алиса продолжила:

— Есть ещё одна странность. Я всё время следила за твоим состоянием и заметила, что меридианы начали изменяться. Сначала решила, что ошиблась, но потом убедилась, что нет.

Я удивлённо поднял брови.

— В каком смысле изменяться?

— Помнишь, я говорила о местах, где твои каналы отклоняются от правильной структуры?

Я кивнул. Алиса уже пыталась выровнять один из перекосов, но браслет тогда ударил её и меня импульсом маны.

— Эти участки начали постепенно исправляться, — сказала она. — Процесс пошёл от правой руки. Затем изменения поднялись к плечу, голове и части корпуса. Каналы становятся ровнее, переходы — плавнее, а некоторые узкие участки расширяются. Похоже, пока ты сражаешься, браслет перестраивает меридианы под правильное прохождение Ци.

Я посмотрел на правую руку. Внешне ничего не изменилось. Но поток от источника к ладони действительно проходил свободнее, без уже привычного сопротивления в нескольких местах.

Указав булочкой на синий барьер, я произнёс:

— Похоже, пока не выиграю у клона, нас отсюда не выпустят.

Алиса посмотрела на преграду и молча кивнула. Я вспомнил последние десятки схваток.

— А ведь точно. Я заметил, что под конец покров на мече начал собираться быстрее. Сначала решил, что дело только в практике. Но если каналы в правой руке уже исправлены, то причина, скорее всего, именно в этом.

— Именно, — уверенно ответила Алиса. — Потоку больше не приходится огибать искривления и терять плотность на переходах. Ты быстрее направляешь энергию в оружие и легче удерживаешь нужную форму.

Я хмыкнул.

— Тогда подозреваю, что эта симуляция создана именно для исправления меридианов, а не оттачивания боевого опыта. Клон показывает, как я должен двигаться и использовать Ци без нынешних перекосов. А сотни повторений дают браслету возможность постепенно перестраивать каналы.

— Возможно, — осторожно произнесла Алиса. — Но пока это только предположение. Мы не знаем, какой результат это место считает завершением обучения и что произойдёт после победы.

Я доел булочку, сделал несколько глотков чая и убрал термос в инвентарь. Голод не исчез, но для продолжения хватит. Теперь я хотя бы знал, что могу по своему желанию выйти из симуляции, если состояние тела потребует прервать бой.

Поднявшись, размял плечи и посмотрел на постамент.

Триста смертей показали, насколько плохо я использую собственные возможности. Зато этот противник не позволял закрыть глаза ни на одну ошибку, а награда за победу могла оказаться важнее любой отдельной техники.

Я хищно усмехнулся.

— Раз всё выяснили, то продолжим!

Глава 9

Я подошёл к постаменту и положил на него правую руку. Сознание рывком потянуло в сторону, голубые линии на стенах растянулись, а пол исчез из-под ног. На этот раз я не сопротивлялся. Через секунду под сапогами уже кругами расходилась вода, а над головой раскинулось чистое небо без единого облака.