На эту и на ту набью тебе тату. Том 2 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 37

Интересно. Конкурент, значит. Новый мастер, который заметил мой успех и решил, что дело нечисто. А уж не он ли подбросил мне ту самую дохлую мышь? Вполне может быть.

— Я и не прошу называть его фамилию, — спокойно сказал я. — Просто передай ему, что такие вопросы лучше решать лично, а не через посредников. И да, раз уж он с тобой так хорошо разговаривает, то пусть и работу выполняет он.

Мне было неприятно работать с подобным человеком.

Он встал и хмыкнул.

— Принципиальный, значит, — проговорил он. — Ну да ладно, пофиг.

Развернулся и вышел из мастерской. Новый конкурент, значит. Что ж, он себя ещё проявит. Я уверен.

Дальше день пошёл в стандартной рутине. Были ещё две записи, на самые обычные татуировки без начертаний. Одна надпись и один геометрический узор.

Однако каждую татуировку я выполнял со всей тщательностью. Менял иглы, в зависимости от задачи. Следил за вылетом тату-машинки, это то, насколько вылетала игла при её работе. Тщательно смазывал кожу вазелином, чтобы краска ложилась лучше. В общем, работал по полной.

Вика бегала между мной и Маратом. У того в барбершопе тоже появились клиенты, и она прилежно снимала, монтировала и выкладывала. Дело у нас пошло.

К вечеру, когда клиенты закончились, я созвонился с соседями Вики, и мы договорились о встрече. Деньги мне сейчас были нужны, поэтому я согласился на проект росписи стены в их комнате. Тем более что и сам проект звучал интересно.

Так что вечером я отправился к ним, заодно решив совместить приятное с полезным и проводить Вику. Девушка явно устала за целый день, но виду не подавала, и весело рассказывала о своих планах.

Я довёл её до квартиры, и пошёл выше.

Хозяева, с которыми я был уже знаком, встретили меня приветливо. Провели в детскую, и показали большую ровную стену.

— Давайте обсудим, что именно вы хотите? — спросил я. — И, я так понимаю, работу вы хотите красками, а не баллончиками?

— Да, красками, — кивнул хозяин квартиры, Игорь Станиславович. — А по поводу композиции…

— Это мы не можем придумать, — закончила его жена, Ирина. — Может, у вас будут идеи…

Это точно нужно будет посвятить вечер поиску вдохновения.

— Подумаю, — кивнул я. — Оплату работы я вам рассчитаю после утверждения эскиза. Сверху ещё доплачивается за материалы. Краски акриловые, кисти, грунт. И обязательно защитный лак в конце, в два слоя, чтобы роспись не пачкалась и легко мылась.

Я подробно расписал им все предстоящие этапы. Сперва эскиз и его согласование. Потом перенос рисунка на стену, разметка. Затем основная заливка цветом, проработка деталей. И в самом конце покрытие лаком. Объяснил, сколько примерно займёт каждый этап. И что в этот период детской нельзя пользоваться.

Хозяева слушали внимательно, кивали. Видно было, что моя обстоятельность внушает им доверие. Договорились, что я составлю эскиз, прикину точную смету и пришлю им на днях. На том и расстались, довольные друг другом.

Я вышел от них в приподнятом настроении. Роспись стен мне была по душе, это всё-таки ближе к настоящей живописи, и к тому, чем я занимался в прошлой жизни. Снова кисть и краски.

По пути домой у меня зазвонил телефон. Звонил Михаил.

— Артём, добрый вечер, — раздался голос моего юриста.

— Добрый вечер, Михаил, — ответил я. — Что-то случилось?

— Да вот, думаю, это ты мне расскажешь, — проговорил он медленно. — Ты мне ничего рассказать не хочешь? Про Дорохова, например.

Точно… Вчерашнее приключение Дорохова в багажнике.

Глава 16

Лиза, не исчезай, Лиза, не улетай!

Я сразу вспомнил про Дорохова, но до конца не был уверен, что юрист говорит именно об этом инциденте.

— О чём рассказать? — спросил я.

— Не юли, Артём, — вздохнул Михаил. — У меня тоже есть кое-какие источники. И я знаю, что вчера вечером Дорохова кто-то похитил прямо возле одного из его тату-салонов. Чёрный внедорожник, который затем видели возле твоей студии. А потом Дорохов непонятным образом оказался на свободе, перепуганный, но невредимый.

Я вздохнул. Врать Михаилу было нельзя. Он мой защитник, и если он не будет знать всей правды, то и защитить меня толком не сможет. Но и выдавать Знаева я не имел права, это было бы подло. Я на мгновение прикрыл глаза, прикидывая, как рассказать ровно столько, сколько нужно.

— Отчасти это правда, — проговорил я. — Но не так, как тебе это преподнесли.

— Так расскажи как! — потребовал он.

— Дорохова действительно привезли ко мне, — начал я. — Привёз один мой знакомый. Кто именно, я тебе не скажу, не проси. Я отказался от всякого криминала, не велел его бить, не велел запугивать. И его отпустили, целым и невредимым.

В трубке повисла тяжёлая пауза. Я слышал, как Михаил медленно выдохнул.

— Почему ты мне сразу не сказал? — укоризненно проговорил он. — Артём, я твой адвокат. Я должен знать о таких вещах первым! Теперь это может всплыть в суде. И тогда у нас будут большие проблемы. Скажи мне, Дорохов пойдёт в полицию? Напишет заявление?

— Нет, — ответил я. — На этот счёт беспокоиться не стоит. Он слишком боится после своих ночных приключений. И он в жизни не сдаст человека, который его собственно похитил.

Михаил помолчал, обдумывая мои слова.

— Что ж, — проговорил он. — Если всё так, то мы, пожалуй, в безопасности. Главное, чтобы он держал язык за зубами. Артём, эту историю больше нельзя никому рассказывать. Совсем никому, даже близким. А если в суде вдруг всплывёт, отрицай всё. Я же со своей стороны постараюсь ускорить процесс. Надо закрыть дело раньше, чем Дорохов опомнится и осмелеет. Пока он напуган, он не опасен.

— Понял, — ответил я. — Сделаю, как говоришь.

— Вот и хорошо, — уже спокойнее проговорил Михаил. — И в другой раз, Артём, не утаивай от меня ничего. Я на твоей стороне. Но я не могу драться вслепую.

— Не буду, — пообещал я. — Спасибо тебе, Михаил.

Мы попрощались, и я убрал телефон. Что ж, Михаил всё-таки узнал про этот инцидент. С другой стороны, так было даже лучше. Меньше тайн между мной и человеком, который меня защищает, меньше неожиданностей в зале суда. В моём прежнем мире я твёрдо усвоил, дурную весть лучше услышать от союзника заранее, чем от врага в самый неподходящий час. Скорее бы окончательно разобраться с этой проблемой.

Домой я добрался довольно поздно. На приготовление ужина времени особо не было, так что обошёлся яичницей.

А потом снова сел за латынь. Экзамен был уже в пятницу. Снова принялся зубрить термины, названия костей, мышц, органов.

Сегодня мне вспомнилась старая поговорка «Invia est in medicina via sine lingua Latina». Без латыни нет пути в медицину. Что ж, у меня этот путь есть.

Я просидел за учёбой пару часов, пока строчки не начали расплываться перед глазами, и отправился спать.

Утром среды мне позвонила мать.

— Артёмушка, — голос её стал гораздо спокойнее, чем в понедельник. — Я с врачом говорила. Операцию отцу на завтра назначили, на утро. Сегодня возьмут все анализы, подготовят. А завтра будут устанавливать этот кардиостимулятор.

— Хорошо, — ответил я. — Значит, завтра я приеду. Ты не волнуйся, всё пройдёт как надо. Врач же сказал, что операция несложная, для них привычная.

Мы поговорили ещё пару минут, и она отключилась. Я поспешил на работу. По дороге снова поймал себя на мысли о кредите, который взял. Сожаления по этому поводу не было. Деньги — дело наживное, особенно с такой Системой в руках. А вот отец у меня один. Точнее, даже не мой отец, но уже ставший родным.

Первая клиентка была записана на девять утра. Я как раз успел всё подготовить, и в мастерскую зашла бледная худая девушка лет двадцати пяти, с большими глазами и светлыми волосами. Одета она была в летящее платье, которое ей очень шло.