Доктор-попаданка. Без права лечить (СИ) - "Юэл" - Страница 28

Я вцепилась ногтями в его запястье, практически впиваясь в кожу. Боль, видимо, наконец заставила его сфокусироваться. Взгляд резко остановился на мне. И наши глаза встретились.

На секунду всё вокруг будто исчезло.

А затем он дёрнул второй рукой ворот моей рубашки.

Ткань треснула. Пуговицы разлетелись в стороны. Грудь он, конечно, не увидел — бинты, которыми я перетягивалась, всё ещё держались крепко, — но этого хватило, чтобы взгляд Леонарда стал осмысленнее.

Следом с моей головы слетела кепка. Волосы рассыпались по плечам. Хватка на шее ослабла. Я резко вдохнула воздух, а сам Грейвис вдруг тяжело рухнул набок и хрипло выдал:

— Предпочитаю быть сверху.

Несколько секунд я просто сидела, пытаясь восстановить дыхание и не задушить его собственными руками.

— Это такая благодарность за спасение жизни? — зло процедила я, потирая шею.

— Я очень благодарен, — устало произнёс он, прикрывая глаза.

И тут же, словно ничего не произошло, спросил куда-то в сторону:

— Сколько погибло?

— Трое, — ответил Ух.

— Четверо, — автоматически поправила я, вспоминая тела на полу. — Последний умер от внутреннего кровотечения.

Ух коротко кивнул, легко соглашаясь с моими выводами.

— Значит, четверо.

Леонард медленно выдохнул.

— Похоронить.

— Нет, — тут же отрезала я.

Он приоткрыл один глаз.

— Что значит «нет»?

— Сначала мне нужна горячая вода, чистая ткань и новое постельное бельё. А потом уже будете хоронить кого захотите. У тебя там почти все ранены, значит, возиться будете долго. А я долго ждать не намерена.

В комнате повисла тишина.

— Ты приказываешь моим людям? — тихо спросил Грейвис.

Я медленно повернула к нему голову.

— Я только что вытащила тебя с того света. Так что да, имею полное право делать всё, что захочу.

Несколько секунд он просто смотрел на меня. Потом прикрыл глаза рукой и устало махнул свободной ладонью.

— Воды ей. И…

— Ткань и чистое постельное бельё, — напомнила я.

— Да-да.

Люди сорвались с места быстрее, чем он закончил фразу. Хотя, если честно, двигаться начали ещё до разрешения. Видимо, выражение моего лица сейчас обещало мучительную смерть каждому, кто рискнёт спорить.

И правильно.

Через несколько минут кровать уже перестилали. Правда, чистота постельного белья вызывала у меня сомнения, но, по крайней мере, оно было не окровавленным. Мне притащили кипяток, ткань и… спирт.

Я тем временем осторожно начала разматывать повязку на боку Леонарда.

Та снова пропиталась кровью.

— Ну конечно, — зло пробормотала я. — Обязательно надо было устроить удушение сразу после остановки сердца.

— Ты слишком драматизируешь, — прохрипел он.

— Да неужели…

Рана снова открылась. Не полностью, но достаточно, чтобы кровь начала сочиться между швами.

Я вытянула руку.

— Иглу и нитки.

На этот раз подошёл Элтран. Протянул всё молча и даже не попытался пошутить.

— А с тобой мы поговорим позже, — предупредила я, не поднимая головы.

Кажется, он сглотнул.

Ничего, пусть боится. Люди, которые не боятся врача, обычно плохо заканчивают.

Пальцы у меня дрожали. Плечи ныли так, будто по ним проехалась телега. Ладони горели после массажа сердца. А ещё ужасно хотелось спать. Организм был вымотан до предела.

Но вместо отдыха я снова начала шить. Осторожно стягивала края раны, стараясь не смотреть на количество крови.

— Аккуратнее, — тихо протянул Леонард.

— А не надо было на меня нападать, — огрызнулась я. — Тогда и швы бы не разошлись.

Он тихо хмыкнул, но спорить не стал.

К счастью, комнату почти полностью освободили. Остались только Ух у двери и Элтран, который зачем-то изображал мебель в углу.

— И надо было доводить себя до такого состояния? — зло прошептала я, затягивая очередной шов.

— Раз довёл… значит, надо было, — выдохнул он.

— Ну-ну.

Я отрезала нить и только тогда позволила себе коротко выдохнуть.

— Вообще-то, хочу напомнить: ты теперь мой должник.

— Вот оно как?

Леонард тихо рассмеялся, но смех быстро перешёл в болезненный кашель. А потом он неожиданно внимательно посмотрел на мои руки. Точнее — на то, как сильно они дрожали.

Его ладонь медленно поднялась и осторожно накрыла мою. Тёплая, тяжёлая и такая же дрожащая.

— Что произошло? — тихо спросил он.

От Автора: Драгоценные читатели, у автором моба планируются скидки. Буду прибегать с инсайдерской информацией. Кому интересно сэкономить денежек, переходите.

Юлия Зимина

Иномирная акушерка ее величества

Скидка 15%

https:// /shrt/Ga-9

Глава 37

— Нет, я не давал ему такого указания.

Леонард попытался приподняться, но я тут же толкнула его обратно в подушки, упираясь ладонью ему в грудь.

— Даже не думай, — предупредила я. — Эстер сегодняшнюю ночь проведёт в безопасности, со слов твоих людей. А ты после того, как я буквально вытащила тебя с того света, будешь лежать и молчать. Желательно — спать.

Он скривился, будто сама мысль об отдыхе вызывала у него физическую боль.

— Я в порядке.

— Конечно, — фыркнула я, поправляя повязку у него на боку. — Именно поэтому полчаса назад был мёртв.

На это он ничего не ответил. Только отвёл взгляд в сторону.

За окнами стоял шум. Внизу люди двигались, таскали воду, кто-то ругался, кто-то глухо переговаривался. Нескольких погибших уже вынесли во двор. Леонард приказал не копать могилы без него, но это распоряжение я отменила сразу.

Ему сейчас только не хватало отправиться копать могилы со свежими швами на боку.

Я медленно размотала ткань на его плече и тихо выдохнула сквозь зубы. Столько ран на одном человеке за один вечер я не видела уже очень давно. Последний раз — ещё в девяностых, когда после массовых драк к нам в приёмный покой привозили подростков и молодых мужчин. Тогда они тоже резали друг друга всем, что попадалось под руку. И живого места на них после таких разборок обычно не оставалось.

Я затянула повязку сильнее, и он едва заметно напряг челюсть.

— Терпи, — буркнула я. — Сам виноват.

— Мне казалось, врачи-женщины по природе должны быть добрее.

— А мне казалось, взрослые мужчины не должны лезть под ножи. А ещё я считала, что ты во врачей-женщин не веришь и ведёшь на них охоту.

Уголок его губ дёрнулся в слабом подобии улыбки.

Некоторое время в комнате стояла тишина. Только потрескивали свечи да где-то внизу скрипели половицы.

— Не смотри на меня так злобно, — неожиданно произнёс Леонард, заметив мой взгляд. — Только благодаря мне многие из тебе подобных выжили.

Я подняла бровь.

— Да неужели? — злобно поддела я, но почему-то… верила ему.

Это раздражало больше всего.

В прошлой жизни я слишком часто сталкивалась с людьми разных социальных слоёв. Богатые, бедные, чиновники, преступники, врачи, военные. И за всё это время поняла одну простую вещь: уважение бандитов заслужить сложнее, чем уважение благородных людей.

Те, кто выживает в преступном мире, очень тонко чувствуют силу. Они знают, за кем идти, кого бояться, кого избегать, кого предать, а кого защищать до последней капли крови.

И Леонард не внушал страх. Он внушал уверенность. Опасную, почти безрассудную уверенность в том, что если он что-то пообещал — значит, сделает.

— Как получилось, — наконец спросила я, — что гроза преступного мира оказался среди Гильдии? Да ещё и на такой должности?

Он медленно выдохнул и попытался сесть выше. Я недовольно цокнула языком, но всё же подложила ему под спину подушку, перевернув окровавленную сторону к стене.

— Мне нужно было умереть, — спокойно сказал он.

Я замерла.

— Что?

— В своём мире. Для всех остальных. — Он прикрыл глаза на секунду. — И я умер. По-настоящему о том, для чего это было сделано, знал только Ух.

Я невольно посмотрела на дверь.