Кости (ЛП) - Спир К. Л. - Страница 10

— Боунс, ты хорошая…

— Нет! — Перебила я. — Я не могу.…Я не могу сделать достаточно. Это слишком…

Боль пронзила мои глаза, и я зажмурила их. У меня закружилась голова, как будто я кружилась на месте.

Грохот. Голоса.

— Он мертв? — Попыталась спросить я, но не могла понять, говорю я или нет. Мне нужно было знать, но я не могла вспомнить, кто…

Кто-то рука положил мне руку на лоб и выругался.

— Она все еще горит.

Что-то ледяное прижалось к моему лицу, и я попыталась отдернуться, но оно последовало за мной.

— Холодно, — пробормотала я, мои зубы стучали, и я попыталась поднять руку, чтобы оттолкнуть его.

— Я знаю, — произнес голос, чья-то рука схватила мое запястье и потянула его обратно вниз, — но нужно сбить температуру.

— Я не больна, — попыталась сказать я, а комната кружилась все быстрее и быстрее.

— Все в порядке, Боунс, — сказал голос, — просто постарайся уснуть.

— Клэрити, говорю тебе, я мог бы! Я мог бы вытащить тебя.

— Трей, хватит, — произнес мягкий женский голос. — Я могу сама о себе позаботиться.

— Клэрити, ты чуть не умерла. — Голос Трея стал резче. — Я не могу…

— Она просыпается.

Я приоткрыла глаза. Красные шелка, занавешивающие окно, колыхались на ветру. Появилось лицо Трея, его глаза были широко раскрыты и обеспокоены.

— Боунс?

Я приоткрыла губы, они потрескались.

— Воды? — Прохрипела я.

Появилось еще одно лицо, и я уставилась на красивую девушку примерно моего возраста, одетую в узкую красную шелковую комбинацию. Ее вьющиеся черные волосы были собраны на макушке в красивую, изящную прическу. Она поднесла чашу с водой к моим губам, и я жадно выпила ее. Я никогда раньше не была настолько слабой. Я пыталась держать чашку с водой ровно, но мои руки тряслись так сильно, что вода начала выплескиваться через края. Девушка, как я догадалась, накрыла мои руки своими, помогая мне держать их неподвижно.

— Спокойно, — сказала она сладким, нежным голосом. — Не пей слишком быстро.

Допив, я в изнеможении рухнула обратно на шелковую подушку. Воспоминания мелькали в моей голове, и мне потребовались все силы, чтобы сдержать эмоции. Мадам пытала того человека. Просто чтобы посмотреть, на что я способна, как далеко она сможет меня завести. И я сделала все, о чем она просила. Я думала, что если мне удастся сбежать от Джака, я буду свободна от этого зла…

— Боунс? — Руки Трея обхватили одну из моих.

Я отдернула руку, он отпустил, на его лице промелькнуло чувство вины.

— Боунс. Все в порядке. Ты в безопасности.

Хриплый саркастический смешок вырвался из моего горла. В безопасности? Для меня ее не существовало.

— Ты в безопасности, — повторил Трей, и мне пришлось побороть желание закричать на него.

— Убирайся, — прохрипела я, все еще отказываясь встречаться с ним взглядом.

Какое-то время он стоял молча.

— Мне так жаль, — наконец сказал он, мягко и с болью, и тон его голоса почти вызвал воспоминание, но ничего не пришло.

Я опустила взгляд на свои руки, чтобы не смотреть в эти глубокие коричневые колодцы молящих эмоций. Я ожидала увидеть кровь, грязь и рвоту, все еще пачкающие мои руки, но они были начисто вымыты. На мне была короткая рубашка с глубоким вырезом, который подчеркивал клеймо на моей груди так, что у меня по коже побежали мурашки. Мои пальцы дернулись в желании прикрыть ужасный след, но я сцепила их вместе, чтобы не выдать эту слабость.

— Боунс?

— Трей. — Клэрити подошла к нему сзади и коснулась плеча. — Думаю, тебе лучше уйти.

— Я не могу просто оставить ее здесь…

— Просто иди и подожди снаружи, хорошо? Мы спустимся до звонка.

Какое-то время они смотрели друг на друга, разговаривая только глазами. Наконец, Трей вздохнул и вышел из комнаты. Клэрити подошла, край тонкого матраса прогнулся, когда она присела на край кровати.

— Это было ужасно, то, что мадам заставила тебя сделать, — сказала она.

— Он мертв? — Пробормотала я.

Она на мгновение заколебалась, и я узнала ответ прежде, чем она его произнесла.

— Да.

Я наконец подняла взгляд. Ее карие глаза были похожи на глаза Трея, но кожа была темнее, скорее бронзовой, чем загорелой. Вблизи я разглядела заживающие синяки на ее слишком худом лице и руках. Я уже догадывалась, где мы находимся. Я побывала в достаточном количестве борделей, чтобы распознать еще один. Я изо всех сил попыталась сесть, и мне было приятно, что она не двинулась, чтобы помочь мне. Я прислонилась спиной к прохладной шершавой стене, мои глаза блуждали по ее комнате, не видя ее по-настоящему.

Я никак не могла выбросить из головы крики Ходжо. Джак был бесконечно жесток и пытал бесчисленное количество людей, включая меня, но он никогда не использовал меня, чтобы пытать кого-то. Я закрыла глаза, злясь на себя за то, что не предвидела такой возможности. Да, он называл меня своим секретным оружием, но я никогда не считала себя настоящим оружием. Моя способность к исцелению никогда прежде не была так извращена и использована.

Одним из первых, что Джак сказал мне, было то, что, если люди узнают, что я могу делать, они причинят мне боль и используют меня. У меня скрутило живот. Я чертовски ненавидела, когда он был прав.

Клэрити деликатно откашлялась, и я, болезненно вздрогнув, вернулась в комнату, обтянутую красным шелком.

— Трей и Мак привезли тебя сюда прошлой ночью. Ты была без сознания. Я привела тебя в порядок, как смогла.

Я заметила, как ее взгляд метнулся к тому месту, где на моей груди была выжжена буква «J», и мои пальцы снова дернулись от желания прикрыть ее.

— Я не целительница, — продолжила она. — У тебя не было видимых повреждений, но ты горела в лихорадке. Я не знала, что делать, но Трей и я оставались с тобой всю ночь. Мы пытались охладить тебя компрессами, и твоя лихорадка наконец спала сегодня утром на рассвете.

Она помолчала, а затем протянула руку и нежно накрыла мою.

— Ты в порядке?

Нет. Хотела сказать я. Нет, я не была в порядке.

Ты должна быть сильнее. Слышишь? Будь сильнее. Голос Вольфа эхом отдавался в моей голове.

— Со мной все будет в порядке, — солгала я, высвобождая руку.

Ее глаза выглядели печальными, как будто она могла видеть все, о чем я умолчала.

— Меня зовут Клэрити. Я не виню тебя за то, что ты нам не доверяешь, но здесь есть хорошие люди. — Она помолчала. — Мак и Трей — хорошие люди.

Я не смогла удержаться от усмешки, скользнувшей по моему лицу, но промолчала. После минуты изучения моего лица она вздохнула.

— Ну что ж, как ты себя чувствуешь? — спросила она более бодрым голосом. — Что-нибудь болит?

Я промолчала. Все мое тело болело, будто меня избили. Теплое ядро силы в моей груди казалось маленьким и слабым. Мои руки все еще дрожали, а желудок скрутило от тошноты, но я не собиралась говорить ей ничего об этом.

— Я буду в порядке, — повторила я.

Клэрити прищурилась, глядя на мое лицо, и мне пришлось отвести взгляд. Ее глаза были так похожи на глаза Трея.

— Трей сказал, чтобы ты явилась в лечебницу, как только сможешь. Не хочешь принять ванну перед уходом?

Ванну? Я удивленно посмотрела на нее, и она улыбнулась.

— Мне ее подарил один из моих клиентов. У нас нет горячей воды, но ты можешь помыться.

— Это было бы здорово, — сказала я.

Я поднялась на ноги, и комната закружилась, но мне удалось проследовать за ней в соседнюю комнату, которую я раньше не замечала. Посреди комнаты стояла большая ванна на ножках, напоминающих звериные лапы. Из пола торчала грубая труба с одним краном. Она включила воду, а затем указала на щербатый керамический поднос рядом с ванной.

— Вот мыло. Мист — наш мыловар, и она очень талантлива. Мое — с запахом перечной мяты. На крючке висит полотенце. Твоя одежда здесь. — Она указала на сушилку в углу, и к своему удивлению я заметила, что мои брюки и фланелевая рубашка были чистыми. — Я не смогла спасти твою рубашку, — извинилась она. — Но ты можешь взять ту, что на тебе. — Она на мгновение заколебалась, изучая меня, когда я оперлась о дверной косяк. — Тебе нужна помощь?